НА ПОИСКИ ПРОПАВШЕГО ГОРОДА

НА ПОИСКИ ПРОПАВШЕГО ГОРОДА

Несколько лет назад в ясный солнечный день из Ленинграда выехала колонна автомашин. По шоссе, поднимая пыль, бежали совершенно одинаковые зеленые грузовики с крытыми кузовами. Их заполняли доверху тяжелые, окованные железом деревянные ящики, свернутые спальные мешки, черно-белые рейки, рюкзаки, лопаты.

Мы лежали на тугих брезентовых колбасках спальных мешков под самыми ребрами фургона и смотрели вперед, на прямое, как стрела, шоссе. Где-то далеко впереди лежала Сальская степь, выжженная дожелта солнцем, пустынная, знойная. Там, в степи, нас ждал загадочный город Саркел, давно умерший, но зовущий и увлекательный, как легенда.

Этот город исчез восемьсот лет назад. А в древности он был широко известен. Его мощные стены выдержали не одну
осаду; его ворота видали пришельцев из дальних заморских стран; его закрома ломились от припасов. «Неразумные хазары» собирали здесь конных воинов для похода на земли вещего Олега. Сюда приплывали разодетые в золотую парчу хитроумные послы византийского императора. Прямодушный Святослав посылал сюда свое грозное предупреждение: «Иду на вы!» Здесь, на пути в сказочные восточные страны, останавливались варяжские гости.

Славу об этом городе донесли до нас византийские хроники, русские летописи, тюркские предания, скандинавские саги.

Его постройкой руководили византийцы, приглашенные хазарским каганом. Византийская хроника сообщает, что император Феофил направил к хазарам своего родственника Петрону, который, «прибыв в Херсонес (греческую колонию на южной оконечности Крыма), нашел там суда и, посадив на них людей, отправился к тому месту реки Танаиса, где намерен был строить крепость. Так как на месте не было камня, годного для постройки, то он, устроив печи и обжегши в них кирпич, воздвиг из него крепостные строения».

Хазары держали в крепости большой по тому времени гарнизон.

Но все же они недолго владели ею. В 965 году ее взял штурмом киевский князь Святослав. С тех пор Саркел стал называться Белой Вежей, — так русские перевели на свой язык хазарское название города. После этого в городе стало жить русское население, а вокруг кочевали половцы. В 1117 году летопись сообщает, что жители города, не будучи более в силах выдерживать набеги кочевников, покинули город и ушли «в Русь».

Жизнь в городе прекратилась. Постройки постепенно разрушались и обваливались, ветры заносили их песком и пылью. И когда в 1389 году митрополит Пимен проезжал мимо этих мест по пути в Константинополь, он увидел только занесенные землей руины города. Это последнее упоминание о Саркеле. Последующие поколения уже не знали имени города и забыли место, где он находился.

Только в XVIII веке ученые прочли об этом городе в летописях и начали длительный спор о том, где стоял город и где его нужно искать.

Река Танаис, на берегу которой был построен город, ныне называется Дон. Но Дон велик; возможно, что в древности его верхним течением считался Донец, а то, что мы принимаем за верхнее течение Дона, считалось притоком. И вот одни ученые пытались отождествить Саркел с позднейшим Белгородом, другие помещали его на месте слияния Донца с Доном у нынешней станции Раздорской; третьи искали при устье Дона или близ теперешнего Черкасска.

Ученые и краеведы километр за километром обследовали берега Дона и Донца от устья до истоков, а место города все еще оставалось предметом споров и догадок.
В последнее время наметилось два наиболее вероятных предположения. Одно отстаивал московский географ профессор К- В. Кудряшов, второе — ленинградский археолог профессор М. И. Артамонов. Оба не сомневались, что город находился на Дону. Но Кудряшов утверждал, что его надо искать в районе станицы Трехостровянской, в том месте, где Дон ближе всего подходит к Волге, а по расчетам Артамонова, Саркел находился значительно ниже, в районе теперешней станицы Цимлянской.

Географ Кудряшов проследил по карте путешествие Пимена, связанное с последним упоминанием о Саркеле, и, рассчитав расстояние, начертил кружок близ Трехостровянской. Но ведь и Пимен мог ошибиться!

Археолог Артамонов предпочел этому летописные маршруты военных походов, а они перекрещивались где-то в районе Цимлянской. Профессор Михаил Илларионович Артамонов и возглавил нашу экспедицию.

Предстояла трудная, длительная, кропотливая работа. Нужно было осмотреть гораздо тщательнее, чем это делалось до сих пор, каждый квадратный километр намеченного участка, расспросить старожилов, изучить найденные черепки и побуревшие обломки костей. Каждый из них может оказаться сигналом, что город где-то здесь, под землей. А затем — копать и копать до седьмого пота. В этих местах, при пятидесятиградусной жаре, суглинок ссыхается и делается как кирпич, а ранней осенью промерзает до твердости камня. Лето и осень, и снова лето, и снова осень — так три года.

И вот все позади. Сомнения отпали, давнишний спор окончен. Мы стоим на древней почве Саркела. С лопат осыпается тонкая розовая пыль; груды развороченной земли закрывают горизонт; под ногами твердая глина, та самая, на которой византиец Петрона клал первые кирпичи для хазарской крепости. Стены были тяжелыми — кирпичи хорошо отпечатались в глине.

Самих кирпичей почти не осталось. Позднейшее население разобрало их на свои постройки. Кстати, это и помогло найти крепость. Уже давно местные краеведы подметили, что церковь, а также некоторые дома и каменные ограды станицы Цимлянской сложены из кирпичей, уже бывших где-то в употреблении. Притом кирпичи какие-то необычные, не похожие на современные — очень тонкие, но широкие, почти квадратные. Этот плиточный кирпич («плинфа») хорошо известен археологам. Из него сложены древнейшие церкви Киева и Новгорода и еще более древние здания византийских городов.

Некоторые цимлянские старики еще помнили, откуда их деды брали кирпич. Они показали ученым невысокое всхолмление, поросшее сухим бурьяном. С самолета при косом свете утреннего солнца было видно, что возвышенность имеет правильные четырехугольные очертания.
Осторожно, мягкими кистями и пахучими вениками из полыни мы смахиваем с этих отпечатков прах веков.
Здорово! Как будто прямо на глине вычерчен в натуральную величину план крепости — аккуратный прямоугольник: сто восемьдесят шесть на сто двадцать шесть метров. Толщина кирпичных стен достигает почти четырех метров; их высота, судя по расстоянию между башнями, достигала десяти или более метров. Вокруг города — широкий и глубокий ров, который заполнялся водой (от воды осталась прослойка ила). Нелегко было воинам Святослава штурмовать эти стены!

А вот, кстати, и сами воины, только трудно разобрать, где Святославовы, а где хазарские — все смешалось в страшный час битвы. Трупы не были убраны, завалы никто не разбирал. Пришельцы только разровняли поверхность и строили на ней свои жилища.

Скелеты лежат в том положении, в котором воинов настигла смерть. У некоторых в костях застряли железные наконечники стрел. Какой-то человек упал в подвал или колодец и пытался удержаться за край — рука скелета держится за край колодца еще тысячу лет спустя.

В одном месте под стеной оказался подземный ход. Рыли его поспешно и потому недостаточно глубоко. Кровля не выдержала тяжести крепостных стен и провалилась. Внизу лежит раздавленный человек. Видимо, гонец осажденных, с просьбой о помощи, ползком пробивался этим подкопом. В руке у него, по странной случайности, сохранилась (пропиталась железистыми окислами) бумага. Письмен на ней, к сожалению, никакими средствами не удалось проявить.

Увы, археологам часто приходится применять эту горькую оговорку: «никакими средствами». Находки обычно ветхие, едва держатся. Конечно, добывать их лопатой — все равно что писать письмо поленом. Кирка и лопата снимают только верхний слой, где нет находок. Потом в ход идут ножи, медицинские скальпели, шильца, кисти...

Вам не приходилось ковырять иглой кирпич? Попробуйте. Вообразите еще, что при этом надо не повредить запеченное внутри кирпича голубиное яйцо — и вы получите полное представление о раскопках Саркела.

Не мудрено, что Саркел долго не могли найти. Он оказался не на самом берегу Дона, а в семи километрах от реки, на берегу Старицы, «Поповой лужи». Дон изменил свое русло и спутал все карты.
Профессор Артамонов едва сдерживал радость при виде все новых и новых доказательств того, что перед нами действительно древний Саркел —Белая Вежа.

Вот к нему торжественно несут обломок мраморной капители — точно такие применялись для увенчания колонн христианских храмов в Херсонесе. Оттуда как раз и прибыл на место стройки византиец Петрона. Оттуда, вероятно, и захватил он мраморные капители, чтобы воздвигнуть в новом городе христианский храм. Неподалеку от крепости найдены развалины гончарных печей, в которых были изготовлены те десять миллионов кирпичей, из которых Петрона сложил город.

Вокруг крепости экспедиция раскопала огромные курганы со множеством скелетов людей, похороненных по христианскому обряду. Только в одном кургане их было более двухсот. Это были славянские жители города. Им принадлежали верхние слои городища. Их избы, посуда, украшения — точно такие же, как и в других древнерусских городах.

Между этими большими курганами имеется множество маленьких круглых курганчиков. Под каждым из них лежит скелет с плоским широкоскулым лицом, а рядом с ним — костяк лошади. Это кочевники — торки, половцы, из-за которых ушли из своего города беловежцы.
А вот керамика из нижних слоев города— высокие желтые амфоры с массивными ручками. В них привозилось вино и оливковое масло из греческих поселений на берегу Черного моря. Этот тип амфор хорошо там известен. Они изготовлялись в IX веке, в период, когда был основан город Саркел.
Рядом с этими амфорами в нижних слоях Саркела лежат груды черепков не известной нам посуды. Перед глазами ученых впервые предстала культура хазар. До сих пор об этой культуре мы ничего не знали. Ведь Саркел пока единственный город хазар, который ученые нашли и раскопали.
Столица хазарского каганата—Итиль— и другие хазарские города, известные по летописям и хроникам, не найдены до сих пор.
Л. Клейн

ГОРОДА под водой

Историки и археологи давно установили, что многие древние города поглотило море. Это подтверждается многочисленными документами, раскопками и исследованиями. Уже несколько десятилетий назад у южных берегов Франции, в заливе Фо были обнаружены древние городские стены, найдена разнообразная посуда и искусно сделанная из слоновой кости фигура богини. В другом месте были найдены обломки колонн и греческих саркофагов. У побережья Туниса водолазы подняли со дна моря мраморные статуи, бронзовые фигуры, статуэтки и парадные доспехи, сделанные еще до нашей эры.

Большие научно-исследовательские работы проводятся и у нас, на побережье Черного моря. Особый интерес здесь представляет давно исчезнувшее древнегреческое поселение Ольвия. Это был когда-то крупнейший город в северо-западном Причерноморье. Он основан две с половиной тысячи лет назад и просуществовал более тысячи лет.

Ольвию начали раскапывать на берегах Бугского лимана, невдалеке от Одессы. Вскоре ученые обнаружили, что кварталы города обрываются в воде. Очевидно, море наступило на сушу и значительная часть города оказалась под водой.

Но это были пока что только предположения.

Тайну исчезнувшего города окончательно разгадал ленинградский археолог профессор Р. А. Орбели. Под его руководством специальная экспедиция обследовала подводное продолжение Ольвии. Водолазы опустились на дно и в полумраке увидели очертания развалин. Подводные следопыты своими свинцовыми башмаками коснулись ступеней полуразрушенных каменных лестниц. Это, оказывается, был парадный въезд в Ольвию, ее «морские ворота». Еще дальше, в глубине моря, виднелись остатки древней гавани.

С каждым годом энтузиастов подводных путешествий становится все больше и больше.

На Черное море отправляется небольшая экспедиция под руководством молодого археолога-подводника Ю. Кузина. Ученый начал свои работы у подножия Карадага —красивейшей вершины восточного Крыма. Именно здесь когда-то профессор Р. А. Орбели надеялся найти следы скифской культуры. Работа экспедиции была успешной. На десятиметровой глубине водолазы нашли древнюю пристань, оказавшуюся под водой из-за подъема уровня моря. Археологи осмотрели кладку этой пристани, извлекли несколько каменных глыб, из которых состояла ее облицовка, и с большим трудом вытащили их на берег.

Тем же летом начала работу у берегов Керченского пролива экспедиция профессора В. Д. Блаватского. Она производила подводные исследования остатков древнего русского города Тмутаракани.
Город был основан дружиной князя Святослава. Он упоминается в знаменитом «Слове о полку Игореве».

Экспедиция проделала огромную работу. Постепенно суживая круг поисков, подводные исследователи приблизились к Таманскому берегу. В зеленоватой толще воды были обнаружены остатки древних стен, по которым удалось проследить границы города. Археологам-под-водникам приходилось двигаться очень медленно, ощупывая и осматривая каждый камень, каждый бугорок.

И вот в руках ученых первые находки. Водолаз обнаружил осколок древнего сосуда — амфоры с клеймом, изображающим голову медузы. Как определил В. Д. Блаватский, сосуд был завезен сюда в конце V века до нашей эры с греческого острова Фасос. А на амфоре, изготовленной в VI веке до нашей эры, оказалось клеймо другого греческого города — Гераклеи.

Это еще раз подтверждает то, что Тмутаракань была основана на развалинах еще более древнего греческого города — Гермонассы.
Археологическая экспедиция занялась также подводными раскопками Фанагории — крупнейшего порта древнего Бос-порского царства. Его остатки обнаружены в Таманском заливе на глубине всего двух с половиной метров. В результате раскопок был составлен подробный план этого города, на который ученые нанесли остатки крепостных стен, здания и башни.

В августе 1953 года в Сухумской бухте на глубине двух метров была обнаружена мраморная фигура греческой работы V века до нашей эры. В том же районе были замечены развалины какого-то строения. Этими находками заинтересовались ученые Абхазии. В 1958 году экспедиция, под руководством опытного водолаза В. И. Скасырского, подробно изучила дно Сухумской бухты и нашла несколько строений — руины древнего города Диоскурии. Этот город почти целиком лежит теперь на дне Сухумской бухты.

Замечательный английский писатель и мастер подводного спорта Джеймс Олдридж, ныряя там, обнаружил изваяние пловца, установленное на крыше древнего греческого дома.
Если этот высокий дом, поднимающийся над пятью-шестью метровой толщей ила, до сих пор не разрушен, — значит, и весь город сохранился в целости, — решили ученые. Возможно, они и правы. Уже сейчас здесь, на дне, найдено немало древних предметов: светильники, грузила, различная посуда.

Немало интересного обнаружено экспедицией Академии наук СССР на Чудском озере. Здесь в 1242 году русские, во главе с Александром Невским, разбили войска немецких рыцарей. Летом 1958 года на дне озера были найдены остатки укрепленного вала. Его высота достигает трех метров, а ширина — около семи метров. Обнаружена также скала — Вороний камень, вблизи которой происходила битва. Специальные магнитные наблюдения показали, что здесь имеется много железа. Не доспехи ли погибших рыцарей создали здесь магнитное поле?

Издавна известно интересными находками и озеро Иссык-Куль. Обнаруженные в нем редкостные памятники древних культур хранятся в музеях Москвы и Ленинграда. Китайские путешественники II—VII веков рассказывают в своих сочинениях о бывших там городах-крепостях, которые вели торговлю со многими странами Востока. Еще и сейчас на берегах озера в курганах не редко находят позеленевшие наконечники стрел, обрывки истлевших тканей и другие предметы.

Летом 1959 года группа подводных исследователей — участников экспедиции Института истории Академии наук Казахстана — произвела обследование дна озера. Были обнаружены развалины древней крепости — убежища эмира. В руинах подводного города было найдено множество осколков посуды и глиняные трубы — очевидно, остатки древнего водопровода.

Работы ученых-подводников продолжаются. Они помогут нам лучше изучить историю народов нашей страны.
Б. Кошечкин