Первое в Океании

Первое в Океании

В новогоднюю ночь
В эту новогоднюю ночь в Западном Самоа никто не спал.
Во всех деревнях горели большие костры. Повсюду слышались песни, звучал радостный смех. Юноши и девушки, украшенные цветочными гирляндами и венками, в ярких национальных костюмах исполняли старинные пляски под аккомпанемент флейты и барабана. А старики, глядя на веселящуюся молодежь, покачивали в такт музыке головами и вспоминали свою молодость.
Апиа — единственный город и порт Западного Самоа — был необычайно ярко освещен. Маленькая электростанция работала на полную мощность, чтобы дать ток для праздничной иллюминации. По улицам ходили группы людей с зажженными факелами. Их веселые песни и крики поднимались над городом и сливались с праздничным шумом, доносившимся из окрестных деревень. Даже океан, казалось, принимал участие в празднике, отражая на своей зеркальной поверхности мириады огней.
Особенно весело и оживленно было на городской площади Апии. Здесь собрались тысячи коренных жителей, прибывшие со всех островов Западного Самоа. На специальном возвышении разместились самоанские вожди и почетные иностранные гости.
—           Почему такое веселье? — спросил у молодого самоанца матрос с английского корабля, случайно оказавшийся на площади.— Неужели здесь всегда так радостно и торжественно встречают Новый год?
—           Нет, сэр, — со счастливой улыбкой ответил самоанец, — у нас сегодня особая причина для радости. В эту новогоднюю ночь наша страна станет независимым государством.
Теперь матрос понял, почему так мрачно в европейских кварталах Апии. Здесь тоже не спали. Но за плотно задернутыми оконными занавесками «белые» купцы, судовладельцы и плантаторы с тревогой думали о будущем, прикидывали, как обезопасить свои богатства, нажитые путем жестокого угнетения самоанцев.
Ровно в полночь, когда новый, 1962 год вступил в свои права, на огромной мачте, установленной на площади Апии, взвился украшенный пятью звездами красно-синий флаг. Смотря на этот символ долгожданной свободы, многие островитяне плакали от радости. Собравшиеся давали друг другу клятву защищать и укреплять независимость, отвоеванную у колонизаторов.
На рассвете, когда солнце, словно вынырнув из океанских глубин, озарило золотисто-огненным светом горы, темным полукругом охватившие Апиа, празднество еще продолжалось. Оно не утихало в течение пяти дней. Многим детям, родившимся в эти памятные дни, родители дали необычное имя Тутоата, что значит Независимость.
Долгим и трудным был путь народа Западного Самоа к освобождению от колониального гнета.
Давайте поближе познакомимся с самоанцами, с их чудесной страной, с их борьбой за свободу, принесшей плоды в новогоднюю ночь 1962 года.

ЖЕМЧУЖИНА ЮЖНЫХ МОРЕЙ

Если плыть из Северной Америки в Австралию, то через много дней пути по бескрайним просторам Тихого океана корабль подойдет к островам Самоа.
Сначала на горизонте покажется светлое облачко. Оно будет становиться все выше, шире и темнее. Вскоре вы уже сможете различить высокий гористый остров, покрытый от моря до вершин пышным зеленым ковром.
Когда корабль подойдет поближе, вы залюбуетесь живописными долинами, спускающимися к океанскому побережью. По этим долинам, через рощи кокосовых пальм и банановые плантации, несут свои воды серебристые ручьи и речки. Вдоль побережья раскинулись селения; они виднеются кое-где и по склонам гор. Это остров Уполу, на северном побережье которого расположен город Апиа. Миновав опасные коралловые рифы, корабль входит в бухту и становится на якорь в гавани Апии.
Архипелаг Самоа раскинулся почти на 600 километров в юго-западной части Тихого океана. Этот архипелаг состоит из 14 островов общей площадью в 3224 квадратных километра.
Все острова архипелага, за исключением расположенного на востоке кораллового атолла Роз, вулканического происхождения и имеют горный рельеф. Большинство гор — это потухшие вулканы, сохранившие свои кратеры. На острове Савайи находится действующий вулкан Матавану. Его последнее крупное извержение, начавшееся в 1906 году, продолжалось с перерывами несколько лет.
Склоны гор на островах Самоа покрыты тропическим лесом, состоящим в основном из пальм и исполинских древо
видных папоротников. Горные массивы прорезаны глубокими ущельями. Здесь много красивых пещер и горячих источников, весело журчащих ручейков и грозно бурлящих водопадов. В кратерах некоторых потухших вулканов образовались озера.
Горные массивы опоясаны прибрежными низменностями. Здесь находится большинство селений.
Климат островов Самоа — морской, тропический, с незначительными температурными колебаниями в течение суток, сезона и всего года. Фактически здесь стоит вечное лето. Обилие солнца и влаги (до 5000 миллиметров осадков в год), плодородные вулканические почвы создают благоприятные условия для выращивания ценных сельскохозяйственных культур. Полезных ископаемых на Самоа пока не найдено.
Пышная вечнозеленая растительность?
и изумительные ландшафты приводили в восторг всех путешественников, побывавших на островах Самоа. Известный русский мореплаватель О. Е. Коцебу, который в 1824 году посетил Самоа, с восхищением писал о «щедрости здешней природы, одевающей .в зеленый наряд даже самые обрывистые утесы». Коцебу высказал мнение, что эти острова — «самые красивые в южных морях и, следовательно, во всем мире». Другие путешественники прозвали архипелаг Самоа «жемчужиной южных морей».

ПОЗНАКОМЬТЕСЬ С САМОАНЦАМИ

Самоанцы — народ древней и своеобразной культуры. Их предки, отважные мореходы, примерно две тысячи лет назад переселились на Самоа из юго-восточной

Азии. Переселенцы сумели отлично приспособиться к новым природным условиям и упорным трудом на протяжении столетий превратили большие участки островов в цветущие сады.
Основным занятием самоанцев является тропическое земледелие подсечного типа. Островитяне вырубают участок в лесу (в прошлом — с помощью каменных, теперь — железных топоров и ножей), сжигают поваленные деревья, а потом взрыхляют заостренными палками легко поддающуюся обработке землю. Расчищенный участок дает несколько урожаев. Затем почва на нем истощается, и приходится расчищать новый.
Главные продовольственные культуры самоанцев — клубневые растения таро и ямс. Выращивают также сахарный тростник, кокосовые пальмы, бананы и хлебное дерево.
Значительную часть пищи самоанцы
добывают из моря. Особенно важным дополнением к фруктам и овощам служит им рыба. Островитяне питаются также крабами, осьминогами, улитками, морскими червями и водорослями.
Разведение домашних животных (свиней, кур и употребляемых в пищу собак) считается подсобным занятием. Самоанцы лакомятся мясом лишь по большим праздникам.
Совершим экскурсию в самоанскую деревню. К ней ведет дорога, пересекающая пальмовую рощу. Вдруг роща редеет. По обе стороны от дороги показываются хижины, расположенные недалеко друг от друга.
Эти хижины имеют овальную форму. Крыша, покрытая листьями и травой, покоится на деревянных столбах. Стены отсутствуют. Пол выложен ровной крупной галькой и покрыт циновками.
Заглянем в одну из хижин. Ее утварь состоит из циновок, низких деревянных скамеек, посуды из дерева и скорлупы кокосового ореха, а также больших и маленьких калебасов — сосудов, изготовленных из тыквы. Эти сосуды служат своего рода шкафами. В них хранятся нехитрые инструменты самоанцев, одежда, куски выработанной из древесного луба материи (тапы), вода и продовольствие.
Теперь в жилищах самоанцев можно встретить кое-какую европейскую утварь. Вот и в этой хижине, принадлежащей, очевидно, зажиточному самоанцу, на почетном месте стоят металлическая кастрюля и керосиновая лампа. Рядом лежат кусок мыла и коробка спичек.?

Тропический климат позволяет самоанцам обходиться без теплой одежды. Мужчины обычно носят только набедренную повязку, женщины — доходящую до колен юбку. В случае ливня или небольшого похолодания на плечи набрасывается четырехугольная накидка. Вожди в торжественных случаях надевают узорчатый плащ.
Раньше вся эта одежда изготовлялась из тапы и тонких циновок. Теперь ее делают преимущественно из привозных хлопчатобумажных тканей. Но выработка тапы не прекратилась. Только немногие островитяне, главным образом вожди и жители Апии, одеваются по-европейски.
Возле хижины, которую мы посетили, два самоанца хлопочут над небольшой ямой. Вот они извлекают из нее печеные клубни таро. Оказывается, это земляная печь (уми). Островитяне охотно показывают, как ею пользоваться.
В яму кладут раскаленные камни, на них — слой листьев, чтобы пища не подгорела, затем — таро, рыбу или мясо, сверху — еще один слой листьев и все это засыпают землей. Через два — три часа кушанье готово. Хотя у самоанцев появились металлические котлы и кастрюли, земляная печь до сих пор не вышла из употребления.
... Ранним утром громкие звуки сигнального рога, сделанного из морской раковины, созывают жителей деревни на рыбную ловлю.
Островитяне быстро собираются на берегу и спускают на воду паопао — легкие лодки-однодеревки, выдолбленные из древесных стволов. Каждая такая лодка имеет сбоку своеобразный поплавок, так называемый балансир, придающий ей устойчивость на волнах.
Снова трубит сигнальный рог. И вот на водную гладь лагуны величаво выплывает целая флотилия, состоящая из 40— 50 паопао.
Лодки образуют большой круг, который начинает быстро суживаться. Островитяне поднимают страшный шум, колотя по воде веслами и черпаками. Это делается для того, чтобы заставить рыбу собраться в центре круга.
По сигналу вожака рыбаки мгновенно опускают якорь, ныряют за борт и начинают подводную охоту. Они поражают рыбу длинными стрелами с помощью метательных приспособлений, напоминающих старинные арбалеты. Через несколько минут пронзительные звуки рога собирают островитян обратно в лодки. Поднимаются якоря, и флотилия отправляется на новое место. За три — четыре часа такой охоты каждый ее участник добывает до двадцати крупных рыб.
При подводной охоте самоанцы пользуются теперь самодельными водяными очками. Эти очки состоят из двух полых деревянных цилиндров, плотно прилегающих к углублениям вокруг глаз, вставленных в эти цилиндры стекол и резинового держателя. Стекла прикреплены к дереву клейким соком хлебного дерева. Держатель соединяет оба цилиндра и полосой охватывает голову. Такие очки стали употреблять на Самоа сравнительно недавно.
Почему не принимает участия в общей охоте этот молодой самоанец? Он замер на камне у прибрежной отмели. Смуглое тело юноши собрано как будто для прыжка. В руке зажата острога с зазубренными наконечниками. Быстрое движение—и острога вонзается в воду. Через несколько секунд юноша торжествующе поднимает свое орудие над головой. На конце остроги извивается рыба.
Самоанцы ловят рыбу также сетями и на удочку, применяя крючки и наживки. Они хорошо разбираются в рыбьих повадках, знают, как легче поймать ту или иную обитательницу морских глубин.
На Самоа еще сохранились пережитки родового строя. Островитяне живут большими семьями, насчитывающими до 30— 40 человек. Население деревни составляет одно целое — общину.
Что за люди собрались вечером в самой большой хижине деревни? Это заседает деревенский совет (фоно). Его членами являются матаи — главы больших семей. Руководит советом самый богатый и знатный матаи, считающийся деревенским вождем. Сегодня обсуждается вопрос о строительстве новой дороги...
Щедра и изобильна самоанская природа. Талантливы и трудолюбивы коренные жители «жемчужины южных морей». Так почему же нужда и болезни являются уделом большинства самоанцев? Почему среди островитян почти нет людей со средним и высшим образованием? Почему по улицам Апии бродят безработные, а в порту детишки просят милостыню у приезжих туристов?
Таковы последствия хозяйничанья колонизаторов.

Острова Самоа были открытые 1722 году голландским путешественником Роггевеном. В 1768 году здесь побывал французский капитан Бугенвиль. Увидев большое количество парусных лодок, плававших между островами, Бугенвиль назвал страну самоанцев Островами мореплавателей.
Вначале колонизаторы не обратили внимания на открытые Роггевеном острова. Но в середине XIX века на Самоа стали селиться европейские и американские купцы и плантаторы.
Чужеземные пришельцы сознательно разжигали на островах междоусобные войны. Снабжая огнестрельным оружием враждующих самоанских вождей, они получали взамен земли и торговые привилегии.
Купцов и плантаторов поддерживали военные корабли Англии, Германии и Соединенных Штатов Америки. Командиры этих кораблей вынуждали местных властителей подписывать кабальные «договоры», которые все более ограничивали независимость архипелага.
В 1872 году США навязали вождям острова Тутуила договор об устройстве американской военно-морской базы в гавани Паго-Паго. Через несколько лет Англия и Германия захватили базы на острове Уполу.
Большую роль в колониальном порабощении самоанского народа сыграли немецкие, английские и американские миссионеры. Эти проповедники «слова божьего» призывали островитян к терпению и покорности, уговаривали их во всем слушаться «белых хозяев». «Непокорных черти будут жарить в аду на медленном огне», — внушали эти пособники колонизаторов.
Но самоанцы не желали покоряться
«папаланги» («небесным разрушителям»), как стали называть на островах чужеземных завоевателей.
Враждующие племена, забывая про свои внутренние раздоры, нередко объединялись для защиты родных островов. Они изгоняли «белых» миссионеров, купцов и плантаторов, обращали в бегство вооруженные отряды колонизаторов. В ответ военные корабли США, Англии и Германии подвергали жестоким бомбардировкам самоанские селения. Особенно часто страдал от артиллерийских обстрелов с моря порт Апиа. Эти варварские бомбардировки несли смерть тысячам самоанцев. Разрушались их жилища, уничтожались поля и огороды, гибли плодовые деревья.
В то же время усиливались трения из-за Самоа между Англией, Германией и Соединенными Штатами Америки. Каждое из этих империалистических государств стремилось овладеть «жемчужиной южных морей» и держало в местных водах военные корабли не только для борьбы с самоанцами, но для противодействия своим соперникам. Назревало открытое столкновение..
16 марта 1889 года немецкая и американская эскадры выстроились друг против друга в порту Апиа. Все корабли находились в полной боевой готовности. Залпы корабельных пушек должны были разрешить спор о судьбе островов Самоа.
Но сражение не состоялось, так как внезапно налетевший страшный ураган уничтожил обе эскадры. Уцелел только английский фрегат, который стоял в некотором отдалении от приготовившихся к бою эскадр. В течение многих лет о происшедшей здесь трагедии напоминали торчащие из воды остовы погибших кораблей.
Однако эта катастрофа не спасла самоанцев, а лишь отсрочила на десять лет захват их родины колонизаторами.

В 1899 году империалистические государства договорились о разделе архипелага. Его западную часть (Западное Самоа) получила Германия, восточную часть (Восточное Самоа) —Соединенные Штаты Америки.
Англия отказалась от своих притязаний на «жемчужину южных морей» в обмен на уступки на других тихоокеанских архипелагах.
На самоанскую землю высадились немецкие и американские войска. Они обрушились на плохо вооруженных самоанцев... Столицей американской колонии стал Паго-Паго, немецкой — Апиа.
После разгрома Германии в первой мировой войне Западное Самоа досталось Новой Зеландии.
В настоящее время в Западном Самоа живет 115 тысяч человек, в Восточном — 22 тысячи человек.
Так колониальная граница разделила на две части единый народ, говорящий на одном языке и имеющий общую культуру.

ПОД ГНЕТОМ КОЛОНИЗАТОРОВ

Над архипелагом Самоа опустилась черная ночь колониального рабства.
Колонизаторы отняли у островитян лучшие земли и создали на них большие плантации. Самоанцев заставили работать на «белых хозяев». Даже на тех землях, которые не были захвачены иностранными капиталистами, местным жителям приходилось выращивать такие растения, которые приносили наибольшую прибыль колонизаторам.
Колонизаторы воспользовались тем, что природные условия «жемчужины южных морей» благоприятствуют возделыванию какао. Уже в конце XIX века на Уполу и некоторых других островах появились плантации этих низкорослых прихотливых деревьев. На плантациях какао за гроши трудились местные жители и островитяне, привезенные с других архипелагов Тихого океана.

Знаете ли вы, что такое копра?
Копра — это сушеная мякоть кокосового ореха. Она используется в пищевой промышленности, идет на изготовление свечей, технических масел, глицерина, мыла. Копра является также ценным военным сырьем. Из нее на химических заводах США и Англии вырабатывают напалм — сильнодействующее зажигательное вещество, которым начиняют снаряды и авиабомбы.
Колонизаторы решили начать массовый вывоз копры с островов Самоа. Для этого понадобилось огромное количество кокосовых орехов. И вот островитянам было приказано продавать за бесценок скупщикам-иностранцам почти весь урожай этих орехов, а также разводить новые кокосовые рощи. Кроме того, капиталисты, поселившиеся на Самоа, основали собственные кокосовые плантации. И здесь хозяевами были белые, а рабочими — самоанцы. Другие местные?
труженики перерабатывали орехи на копру.
В порты Апиа и Паго-Паго один за другим приходили американские, немецкие и английские корабли. Грузчики-самоанцы наполняли корабельные трюмы тяжелыми мешками с какао-бобами и копрой. Некоторые пароходы уходили отсюда нагруженные бананами, которые тоже стали важным предметом вывоза.
Выкачивая из Западного и Восточного Самоа большие богатства, империалисты не заботились о нуждах местного населения.
Еще в середине XIX века была создана самоанская письменность, и теперь большинство островитян умеет читать и писать на родном языке. Но широкое распространение грамотности не привело пока к значительному подъему культурного уровня самоанцев, так как им почти нечего читать на своем языке, за исключением Библии. Достаточно сказать, что, кроме нее, колонизаторы за полвека издали на самоанском языке только одну книгу — приключенческую повесть английского писателя Стивенсона «Остров сокровищ».
Лишь в последние годы колониальные власти были вынуждены открыть на островах несколько таких школ, в которых, наряду с местным, преподается и английский язык. Горсточке самоанцев удалось получить за пределами своей родины среднее, а единичным счастливчикам— высшее образование. Но по вине колонизаторов еще ни один самоанец не стал инженером или врачом, хотя потребность в этих специалистах очень велика.
О том, как заботились «белые хозяева» о здоровье островитян, свидетельствует такой красноречивый факт. В 1959 году во всем Западном Самоа имелось лишь четыре врача-иностранца и несколько фельдшеров-самоанцев. Поэтому большинству местных жителей приходилось лечиться у знахарей.
Не удивительно, что в Западном Самоа свирепствуют многие тропические болезни, часто вспыхивают эпидемии. Особенно много человеческих жизней уносит туберкулез, заболеваемость которым в последние годы значительно увеличилась.
Еще хуже обстоит дело с охраной здоровья островитян в Восточном Самоа. В этой колонии получила распространение ужасная болезнь — проказа.
Ввиду тяжелых условий жизни и отсутствия медицинской помощи в обеих частях архипелага очень высока детская смертность. Многие рождающиеся здесь дети не доживают до трехлетнего возраста; еще меньшее их число становится взрослыми.
Колонизаторы не только препятствовали экономическому и культурному развитию местного населения, не только держали его в бедности, но и унижали человеческое достоинство островитян. Белый мог безнаказанно оскорбить самоанца. У чужеземных пришельцев имелись свои церкви, гостиницы, клубы, куда «цветных» не пускали. За одну и ту же работу островитянин получал в десять раз меньше, чем американец или европеец...
Стоит ли удивляться тому, что гордые и свободолюбивые самоанцы ненавидели «папаланги» и вели неустанную борьбу за свое освобождение.

В БОРЬБЕ ЗА СВОБОДУ

Самоанский народ никогда не мирился с иностранным господством и произвольным разделом архипелага. Особенно упорное сопротивление поработителям оказывали жители Западного Самоа.
Уже в период немецкого владычества в Западном Самоа неоднократно происходили выступления против колониального гнета. Самое крупное восстание вспыхнуло в 1908 году. Немецкие власти жестоко расправились с «бунтовщиками». Вождь восставших Лоуати и его одиннадцать соратников были отправлены в ссылку на Каролинские острова.
Национально-освободительное движение в Западном Самоа еще более усилилось после первой мировой войны, когда эта часть архипелага была превращена в колонию Норой Зеландии.
В начале 20-х годов в Западном Самоа возникла антиимпериалистическая организация «Мау» («Мнение»). Ее активно поддерживало подавляющее большинство островитян. Эта организация выдвинула лозунг: «Самоа мо Самоа!» («Самоа для самоанцев!»).
Островитяне отказывались платить налоги, бросили работу на плантациях, принадлежащих иностранцам, и даже создали свои органы управления, которые не подчинялись колониальным властям.
Новозеландское правительство приняло против «Мау» суровые меры. Многие руководители этой организации были арестованы. К берегам колонии подошли военные корабли. Но освободительное движение продолжало нарастать.

Тогда колонизаторы решили запугать островитян. Вскоре случай для этого представился.
... Воскресным утром 28 декабря 1929 года на окраинах Апии стали собираться самоанцы. Они решили провести демонстрацию в знак протеста против колониального гнета. Эта демонстрация была разрешена новозеландскими властями. Но когда две колонны самоанцев подошли к правительственному зданию, прозвучала отрывистая команда офицера, и солдаты открыли огонь по демонстрантам из пулеметов. Одиннадцать самоанцев было убито, в том числе верховный вождь Тамасесе; десятки островитян получили ранения. Этот предательский расстрел вошел в историю национально-освободительного движения в Океании под названием «черного воскресенья».
Однако колонизаторы просчитались.

Кровавая расправа не испугала самоанцев, а лишь вызвала в колонии бурю негодования.
Тогда полиция, колониальные войска и отряды моряков, высаженные с военных кораблей, начали прочесывать округ за округом, производя массовые аресты. В нескольких местах произошли вооруженные столкновения. Избежавшие ареста активные члены «Мау» ушли в подполье; некоторые из них скрывались в кратерах потухших вулканов. Но кампания неповиновения властям продолжалась. Вместе с мужчинами в ней активно участвовали женщины и дети.
Движение сопротивления не утихало до 1936 года, когда новое новозеландское правительство вернуло из ссылки руководителей «Мау» и пошло на значительные уступки островитянам.
Новый этап национально-освободительного движения в Западном Самоа начался после второй мировой войны. Победа в этой войне демократических сил во главе с Советским Союзом облегчила дальнейшую борьбу самоанцев.
В 1947 году сорок шесть вождей послали в Организацию Объединенных Наций (ООН) письмо, в котором требовали предоставить самоанцам право самим распоряжаться своей судьбой. В письме содержался призыв объединить обе части архипелага в единое независимое государство.
В связи с получением этого письма Западное Самоа посетила комиссия ООН. Куда бы ни поехали члены комиссии,
островитяне встречали их песней с такими словами:
Мы хотим быть свободными,
Мы хотим самоуправления,
Потому что это наше право по рождению.
Мы хотим дорог, школ и здоровья, —
Больше, чем Новая Зеландия дала нам...
В своем отчете комиссия признала, что письмо сорока шести вождей «представляет собой еще один шаг в непрерывной и энергичной борьбе самоанского народа против господства иностранных пришельцев».
Мощный подъем национально-освободительного движения в Западном Самоа и растущая критика политики Новой Зеландии в Организации Объединенных Наций сделали свое дело. Новозеландское правительство вынуждено было в 1957 году объявить, что Западное Самоа через четыре года получит независимость. Рупор колонизаторов, английский журнал «Оверси куотерли» в связи с этим откровенно писал, что Новая Зеландия дала такое обещание, поняв, что она «не сможет противостоять движению в пользу независимости».
В октябре 1959 года было создано правительство Западного Самоа во главе с премьер-министром Фиаме Матаафа. В мае 1961 года в колонии состоялось всенародное голосование, в ходе которого подавляющее большинство островитян высказалось за независимость. И вот в ночь на 1 января 1962 года в Апии был торжественно поднят флаг независимого самоанского государства.
Такова предыстория праздника, о котором мы рассказали в начале очерка.

ЗАРЯ СВОБОДЫ НАД ОКЕАНИЕЙ

Завоевание независимости — лишь начало пути в светлое будущее. Перед народом и правительством Западного Самоа встает много больших и сложных задач.
Необходимо, прежде всего, уберечь завоеванную в результате длительной борьбы за независимость от происков колонизаторов. Новозеландское правительство уже пытается воспользоваться слабостью молодого государства, чтобы лишить его подлинной самостоятельности!
Многое предстоит сделать, чтобы ликвидировать хозяйственную отсталость, победить нищету и болезни, улучшить народное образование. Страна остро нуждается в специалистах. В государственном казначействе мало денег. Но островитяне полны решимости преодолеть все трудности.
В Западном Самоа родилось первое политически независимое государство Океании. Значение этого события выходит далеко за пределы Самоанского архипелага.
В настоящее время в Океании быстро нарастает борьба за освобождение от колониального гнета, которая вливается в общий могучий поток движения народов против империализма и колониализма. На островах Фиджи прогрессивные профсоюзы успешно ведут упорные стачечные бои, которые в декабре 1959 года переросли в открытое восстание. В архипелаге Общества развертывается движение «Таити для таитян». Антиколониальные выступления происходят на Новой Гвинее, Новой Британии, Соломоновых островах, островах Микронезии и других тихоокеанских архипелагах. Завоевание независимости Западным Самоа будет способствовать дальнейшему усилению этой борьбы, так как теперь все океанийцы видят, что даже маленький островной народ может добиться своего освобождения. Вот почему уже знакомые нам события, происшедшие в новогоднюю ночь 1962 года, могут стать поворотным пунктом в истории Океании.
Заря свободы поднимается над необъятными просторами Тихого океана!?
Ямайка... Раскроем энциклопедию. Что можно узнать об этом острове? Площадь— 11525 квадратных километров. Население — около 1,8 миллиона. Местоположение— в Карибском море, в 150 километрах к югу от Кубы...
Первая достоверная дата в истории острова связана с именем Колумба, открывшего Ямайку в 1494 году. Колонизаторы перебили большинство коренных обитателей острова — индейцев, а уцелевших обратили в рабство. Но этих рабов оказалось немного, гораздо меньше, чем требовалось завоевателям. Начался ввоз рабов из Африки...
В конце XVII века на Ямайку напали англичане. Они отняли остров у испанцев, и вплоть до августа 1962 года остров был английской колонией.
В то далекое время, когда английские и испанские войска сражались между собой, решая судьбу Ямайки, негры- рабы бежали с плантаций и укрылись в двух самых неприступных районах острова. Один такой район находился в Голубых горах, на востоке Ямайки, другой — на западе, в местности Кокпит Кантри. Так появились на территории острова первые группы марунов — беглых негров, объявивших войну рабовладельцам.
Маруны создали в горах укрепленные поселки. Охота на диких свиней, возделывание кукурузы, ямса и сладкого картофеля (батата) обеспечивали марунов пищей. Каждым поселком управлял вождь, поддерживавший связь с вождями других поселков.
О внутренней жизни марунов известно очень немного. Есть сведения, что в Голубых горах и Кокпит Кантри к моменту появления беглых рабов еще жили остатки местных индейцев, и только благодаря их помощи первые маруны смогли укрепиться в этих местах. Говорили в ма- рунских поселках на особом языке, представлявшем собою смесь различных языков Африки, испанского и английского. Однако вожди и их приближенные пользовались еще каким-то языком, которого остальные маруны не понимали.
С конца XVII века Ямайка стала главной базой английских пиратов в Карибском море и — почти в это же время — одним из крупнейших в мире рынков рабов. Никто не мог бы точно сказать, сколько рабов прошло через этот остров,
но, во всяком случае, не меньше полутора миллионов человек. На самой Ямайке оставалась лишь часть ввезенных из Африки негров. К середине XVIII века их было уже более ста тысяч, к концу — около двухсот тысяч, а к началу XIX века — 300 тысяч человек.
Трудом африканских негров создавалось главное богатство Ямайки — плантации сахарного тростника.
Уже в самом слове «рабство» содержится так много горя и унижения, что вряд ли стоит его пояснять. Раб был совершенно бесправен. Его труд, время, да и жизнь полностью принадлежали рабовладельцам.
Казалось бы, негры, привезенные из-за океана в далекую и совершенно неизвестную им страну, должны были стать послушными рабами. Но этого не случилось. Стремление к свободе оказалось сильнее плетей и палок надсмотрщиков, сильнее воинских отрядов, охранявших угнетателей.
Историю Ямайки можно назвать историей негритянских восстаний.
За полтора столетия (до тридцатых годов XIX века) рабы на острове восставали почти тридцать раз!
О необычайной стойкости и мужестве восставших рабов и одновременно о варварской жестокости, с которой англичане расправлялись с участниками восстаний, говорит хотя бы такой пример. При подавлении восстания 1760 года один из его руководителей был приговорен к сожжению заживо. «Его посадили на землю, — рассказывает наблюдавший за казнью плантатор, — и, приковав к железному столбу, приложили к его ногам огонь. Не проронив ни стона, с предельной стойкостью и самообладанием он наблюдал, как ноги его обратились в пепел. Затем, когда одна рука у него каким-то образом оказалась на свободе, он выхватил из огня горящую ветвь и швырнул ее в лицо палачу».
Особенно досаждали плантаторам отряды марунов, нападавшие на плантации, убивавшие рабовладельцев, освобождавшие рабов. Применяя особого рода партизанскую тактику, они всегда побеждали?
английских солдат в открытом бою. Колонизаторы решили победить их хитростью. Они вначале заключили с марунами договор, затем сами стали нарушать его условия, а когда маруны выступили в защиту своих прав, — вероломно напали на них. Только в 1795 году колонизатораАм удалось сломить сопротивление марунов. Большая часть восставших была перебита, почти все остальные — изгнаны с Ямайки.
Чтобы хоть как-нибудь оправдаться перед общественным мнением, англичане стали выпускать одну за другой книги о марунах, изображая восставших кровожадными дикарями, клевеща на них, как только возможно. С одной из таких книг вы можете познакомиться. Это «Мароны» Томаса Майн Рида. Не будем гадать о причинах, по которым приложил руку к клевете на марунов этот талантливый писатель. Запомним только, что книге его верить нельзя, она написана по заказу колонизаторов. И когда, несколько лет спустя после выхода книги, английские войска жестоко подавили самое большое в истории Ямайки восстание негров (1865 г.), — роман Майн Рида неплохо послужил колонизаторам.
Передовые люди Европы и Америки отнеслись к восстаниям ямайских негров иначе, чем Майн Рид. Маркс и Энгельс внимательно следили в это время за событиями на Ямайке. В их письмах не раз встречаются упоминания о восстании. Великие учители пролетариата заклеймили позором жестокости колониальных войск на острове.
С конца XIX века в хозяйстве Ямайки начинает преобладать американский капитал. Плантации все в большей степени переходят под контроль пресловутой компании «Юнайтед фрут», прозванной в Латинской Америке «зеленым чудовищем».
Время шло, в мире происходили перемены, а ямайский народ по-прежнему находился под колониальным игом, по- прежнему не имел никаких прав. Только после волнений 1938 года колонизаторы разрешили создание на острове политических партий и профсоюзов.
Подъем национально-освободительной борьбы после разгрома фашизма во второй мировой войне сказался и на положении ямайского народа. Долголетняя борьба принесла ему, наконец, победу. Ямайка стала независимым государством.
Эта маленькая страна вступила на новый путь.
Каковы же богатства острова?
Прежде всего он богат бокситами. А бокситы — это алюминий. По добыче и вывозу бокситов Ямайка теперь — на первом месте в мире.
Ямайка — это сахар и бананы. А из отходов сахарной промышленности делают ром. Лучший в мире ром — ямайский.
Ямайка — замечательный курорт. Теплое море, чудесные пляжи, масса тропической зелени, среднегодовая температура— примерно плюс 25°...
Да, так, собственно, говорят и пишут о Ямайке в английских, американских и других газетах и журналах. Многое можно там прочитать. А вот кому принадлежат богатства острова, как живет ямайский народ, — об этом такие газеты и журналы не расскажут. Только вскользь, мимоходом, как бы между прочим касаются они этой опасной темы.
А тема действительно опасная. Ведь бокситы принадлежат пяти компаниям — четырем из США и одной из Канады. Сахарные плантации — английским монополиям и тоже американцам. Банановые плантации — «Юнайтед фрут». Цементные заводы — американцам. Нефтеперегонные — американцам. Транспорт и связь — американцам.
Богатейший остров, с очень плодородной почвой, вынужден ввозить из США... продовольствие. Так выгоднее американским монополистам, а все лучшие земли острова заняты плантациями сахарного тростника.
Да, не случайно, должно быть, возникла старая ямайская пословица: «Не каждая вещь, в которой есть сахар, — сладкая...»
И еще об одном предпочитают помалкивать красивые журналы на глянцевитой бумаге, с великолепными цветными фотографиями. Около 80 процентов населения страны — негры. Около 18 процентов — мулаты. Но самые богатые люди — белые. Больше всего негров среди батраков и меньше всего — среди тех, кто имеет землю. Негры составляют большинство населения острова, но их во всем ограничивают...
Пусть попробует негр войти в разгар туристского сезона в богатую гостиницу или ресторан. Пусть попытается он поступить на службу в банк или в магазин вроде универмага в столице.
Много еще на Ямайке такого, что вызывает в памяти местное выражение: «Ему мешает его цвет».
Чтобы лучше представить себе особенности острова и жизнь его людей, давайте совершим прогулку по главному городу— Кингстону. Сначала пройдем по тем его районам, где много зелени, где прячутся за причудливыми металлическими оградами красивые белые дома, окруженные тропическими растениями и цветами. Какими только удобствами не пользуются жители этих кварталов! А отдыхать они ездят на дорогие курорты вроде Саванны ла Мар...
А теперь отправимся в порт. Как все сразу изменилось! Улицы узкие, грязные, пыльные. Уже не верится, что Кингстон — зеленый город. Кирпичные дома, битком набитые многосемейным рабочим людом.
Тесно, жарко, пыльно. Но так живут те, у кого есть работа. А безработные? Их на Ямайке не меньше четверти населения. Хибарки, кое-как слепленные из картона, обломков досок, каких-то ящиков, тряпья. Горы мусора. Тучи мух. Это знаменитые кингстонские трущобы. Сюда не водят туристов. И вообще эти районы стараются как бы не замечать.
Но время от времени власти вдруг вспоминают о трущобах. На окраинах появляются бульдозеры. Они уничтожают, вдавливают в землю лачуги безработных. Но жить ведь где-то надо? И уже назавтра лачуги возникают снова — до следующего нашествия бульдозеров.
Трудно, голодно живется простым ямайцам. Но они не унывают. Это жизнерадостные, веселые, очень музыкальные, гостеприимные люди.
Правильна ли такая характеристика? Правильна, но не полна. Этот беспечно напевающий парень, эта девушка-хохотушка, эта толстая бабушка, окруженная внучатами, этот добродушный дед, посасывающий трубочку на крыльце,— все они могут быть и другими. Им хорошо знакомо слово «забастовка». И они не забыли 1865 год.
Сейчас их родной остров переживает необыкновенное время. Независимость! Впервые это слово стало не просто лозунгом, не мечтой. Оно стало действительностью.
Каким путем пойдет страна дальше? Правительство, пришедшее недавно к власти, клянется в верности Соединенным Штатам. Оно резко враждебно народной Кубе. Но простой ямаец все больше и чаще задумывается над тем, что происходит в мире. Он хорошо знает, во имя чего погиб борец за независимость Конго — Патрис Лумумба. И о Фиделе Кастро, вожде революционной Кубы, знает не только то, что пишет правительственная печать.
Ямайка провозглашена независимой. Кое-кому хотелось бы, чтобы на этом все и кончилось. Но это не конец. Это только начало.
Начало нового пути многострадального острова.
А. Дридзо