Острее нищеты

Острее нищеты

Американские государственные деятели любят говорить: «Под звездно-полосатым флагом Соединенных Штатов Америки нет колониальных владений».
Но так ли это? Действительно ли США не имеют колоний? А Гавайские острова? А восточная часть острова Самоа, атолл Уэйк и острова Мидуэй, Хауленд и Гуам в Тихом океане? А Виргинские, Навасса, Грейткорн и другие, более мелкие острова в Карибском море? А зона Панамского канала в Центральной Америке и бывшие японские территории в Тихом -океане — Маршалловы, Каролинские и
Марианские острова? А, наконец, остров Пуэрто-Рико в Карибском море? Это же все колонии США. Или, может быть, колонизаторы добровольно предоставили свободу угнетенным народам?
... Остров Пуэрто-Рико. Он находится в дуге Антильских островов, разделяющей Карибское море и Атлантический океан.
Пуэрто-Рико — значит: «Богатая Гавань».
«Богатая Гавань» была открыта 19 ноября 1493 года Колумбом во время его второго путешествия в Вест-Индию. Колумб и его спутники установили, что Пуэрто-Рико— горная страна. С востока на запад вдоль всего острова тянется хребет, который часто переходит в красивые долины. Северное и южное побережье острова представляет собой плоскую низменность или небольшие террасы с плодородными почвами. Богат растительный мир этого острова. Особенно красивы кокосовые пальмы, возвышающиеся над побережьем моря. В Пуэрто-Рико произрастают многочисленные тропические вечнозеленые растения. На южных склонах гор встречаются смешанные леса и заросли засухоустойчивых кустарников. На плодородных землях острова возделываются сахарный тростник, виноград, ананасы, бананы.
Спустя 15 лет после открытия Пуэрто- Рико Колумбом на острове высадился отряд испанских конквистадоров, объявивших его владением испанской короны. Остров был густо населен индейцами — боринкенами. Они оказали сопротивление захватчикам, но силы были неравны, и боринкены оказались покоренными. Иноземные захватчики, узнав, что на вновь завоеванной территории имеются залежи золота, стали обращать в рабство коренных жителей, заставляя их принудительно работать на золотых рудниках. Это была тяжелая, изнурительная и непривычная для миролюбивых крестьян- боринкенов работа.
Не выдержав гнета завоевателей, индейцы подняли в 1511 году восстание против своих поработителей, однако колонизаторы сумели подавить его.
Боринкены умирали тысячами от голода и болезней. Многие индейцы покинули родные места и бежали на другие острова, еще остававшиеся свободными.
В 1582 году испанские колонизаторы официально объявили, что в Пуэрто-Рико не осталось больше туземного населения. Тогда испанцы начали ввозить туда негров из Африки и с других островов Вест- Индии, а также из Мексики, которая в те времена принадлежала Испании. Кроме того, население Пуэрто-Рико пополнялось за счет переселенцев из Европы — французов и испанцев, а в более позднее время и за счет переселенцев из Азии — китайцев и индусов.
Положение пуэрториканцев под испанским игом было тяжелым, и они не раз поднимались на борьбу за национальную независимость. В XIX веке пуэрториканцы четырежды восставали против зверского колониального режима, но все их выступления были подавлены. Колонизаторы, напуганные широким размахом народного движения за независимость, в 1897 году решили предоставить Пуэрто- Рико автономию, которой, однако, не суждено было осуществиться. В 1898 году народ Пуэрто-Рико постигло новое несчастье. Он снова попал в тяжелое рабство, на этот раз к алчным американским капиталистам, отобравшим остров у Испании. На смену королевским губернаторам и чиновникам пришли новые угнетатели — американские капиталисты.
Современное население Пуэрто-Рико состоит из белых, негров, индейцев, метисов (потомки белых и индейцев), мулатов (потомки белых и негров) и самбо (потомки негров и индейцев). Пуэрториканцы — живой и одаренный народ. Общеразговорным языком является испанский язык. Государственным языком — английский и испанский. Путешественники, побывавшие в Пуэрто-Рико, отмечают большое гостеприимство жителей этой страны.
По вечерам, когда наступают сумерки, молодежь идет на городские и сельские площади, устраивая там массовые гуляния. Часто в Пуэрто-Рико можно слышать веселую песню под аккомпанемент гитары. Путешественники отмечают, что у пуэрториканцев очень дружные семьи. Старшим родственникам оказывается большое уважение. Большой заботой и вниманием всех членов семьи окружены дети.
Население Пуэрто-Рико усвоило испанские обычаи, но в последние десятилетия на острове насаждается «американский образ жизни», калечащий многих пуэрториканцев, разрушающий традиционные уклады. Однако старые обычаи не исчезают. Народ их бережно хранит.
Пуэрториканцы дали миру немало видных представителей культуры, особенно поэтов и музыкантов. Широко известны поэты Хосе Парилья и Хосе Гаутиер, композитор Морелл Кампос. Их произведения пользуются популярностью во всей Латинской Америке.
Значительная часть пуэрториканцев живет в деревнях и поселках. Сельские поселения состоят из жилищ, похожих во многом на индейские хижины коренных жителей — боринкенов.
В городах Пуэрто-Рико можно видеть одновременно и старинные здания, построенные в стиле средневековой испанской архитектуры, и здания современной архитектуры. В центре пуэрториканской столицы Сан-Хуане много больших монументальных зданий, поражающих своим величественным видом, однако половина населения столицы живет в беднейших кварталах, среди которых особенно знаменит пригородный участок Эль-Фангито, что значит «сточная яма». Побывавший в этом районе в 1926 году американский писатель Миксер писал, что люди там «живут в воздвигнутых над водой на шатающихся столбах лачугах, сделанных из обломков ящиков, кусков ржавого железа или старых керосиновых баков. В лачугах нет ни мебели, ни посуды, если не считать банок из-под керосина, одна из которых служит печкой, а другая — кастрюлькой для варки риса». Спустя 22 года этот же район посетил прогрессивный американский общественный деятель Фостер, который говорил, что жилища Эль-Фангито «непригодны для свиней, а не только для людей... Вся местность представляет собой свалку мусора, консервных банок и других отбросов, которые наполняют воздух тошнотворной Вонью... В Эль-Фангито нет ни водопровода, ни канализации, как нет их в большинстве городов Пуэрто-Рико».
В Пуэрто-Рико не хватает продовольствия, и население испытывает вечный голод. На острове свирепствуют различные болезни, особенно туберкулез, преждевременно уносящий в могилу тысячи человеческих жизней. Если в Пуэрто-Рико человек заболел, то он чувствует себя обреченным на верную смерть, так как знает, что ему не окажут никакой медицинской помощи. Вот как описывает Фостер положение больных, живущих в том же Эль-Фангито: «Отец семейства, больной человек, не имеет работы. Его 28-летняя жена, едва сохранившая следы былой красоты, лежит на постели, покрытой тряпьем, и медленно умирает от туберкулеза. У них нет ни денег, ни еды, никакой медицинской помощи и... никакой надежды. Женщина хотела лечь в больницу, но ее не взяли, — говорят, нет места. Умирающая мать больше всего беспокоится о том, что станется с ее полуживыми от голода маленькими детьми, когда она умрет».
Более чем полувековое хозяйничанье американских монополий на острове Пуэрто-Рико привело народ к нищенскому существованию, к вымиранию. Пуэрто-Рико называют островом нищеты, страданий и рабского угнетения. Одна прогрессивная мексиканская газета писала по этому поводу: «Трудно придумать более верное название для этого острова. Постылый удел рабов, не смеющих поднять головы, прозябающих в непосильном труде или в вынужденном безделье, за которыми следуют, как верные спутники, голод и болезни».
Американские монополии разоряют крестьян, отнимая у них землю, нещадно эксплуатируют рабочих. Жизнь пуэрториканцев находится в руках чужеземных захватчиков, которым, как писала та же мексиканская газета, «... принадлежит право решать, сколько людей будет жить и кому суждено умереть, кто будет сыт, а кто голоден, кто разут и раздет, кто укроется в хижинах, а кто останется под открытым небом».
Более половины населения Пуэрто-Рико неграмотно. 50% всех детей школьного возраста не посещает никаких учебных заведений. Американские колонизаторы держат население в темноте и невежестве, умышленно не отпуская денег на народное образование. Зато они щедро расходуют крупные средства на содержание полиции и воинских частей. Американская военщина превратила остров в «плавучий авианосец», настроив там много военных баз. Военная база на острове Вьекесе, принадлежащем Пуэрто-Рико, уже использовалась для нападения в апреле 1961 года на революционную Кубу, навсегда сбросившую ярмо колониального гнета. О том, как создавались военные базы на пуэрториканской земле, писали мексиканские газеты: «Пинками кованых армейских башмаков и ударами прикладов жители сгонялись с насиженных мест, где созданы воздушные базы и сооружена военно-морская база».
Но американским монополистам не удалось привить пуэрториканскому народу дух рабской покорности. Рабочие, крестьяне, передовая интеллигенция и студенты борются за национальную независимость и возрождение своей самобытной культуры.
Особенно усилилось национально-освободительное движение в Пуэрто-Рико после второй мировой войны. В 1948 году на остров прибыл американский президент, но народ Пуэрто-Рико встретил его не восторженной овацией и дружескими приветствиями, а требованием предоставления свободы и независимости. В марте 1950 года на сахарных плантациях вспыхнула мощная стачка, в которой приняло участие 150 тысяч человек.
Молодежь и студенты Пуэрто-Рико стоят в передовых рядах борцов за свободу. Они организуют демонстрации протеста против американского засилья. В 1949 году молодежь создала организацию «Вангардия Хоувена» («Молодая гвардия»), ставящую целью освобождение своей родины. Это патриотическое движение молодежи встретило поддержку во всем мире, в том числе и со стороны Всемирной Федерации Демократической Молодежи.
Примером антиимпериалистического выступления пуэрториканского народа могут служить демонстрации протеста против отправки молодежи Пуэрто-Рико в Корею, где американские империалисты вели несправедливую, захватническую войну.
В конце октября 1950 года в Пуэрто-Рико вспыхнуло народное восстание, охватившее весь остров. Это выступление народных масс было направлено против зверского колониального режима США. Колонизаторы, испуганные народным гневом, спешно направили против восставших войска с танками и артиллерией. Американская военщина зверски расправилась с повстанцами. Колониальные власти, воспользовавшись восстанием, решили расправиться со всеми прогрессивными организациями, выступавшими за свободу и лучшее будущее своего народа. В первую очередь полиция арестовала руководителей Коммунистической партии Сесара Андреу Иглесиаса и Хуана Сантоса Ривера, руководителя националистов Педро Альбису Кампоса, профсоюзного деятеля Хуана Саэса Коралеса и сотни других патриотов.
Напуганные ростом борьбы за независимость, американские колонизаторы в 1952 году объявили, что Пуэрто-Рико не является больше «владением», а «свободно присоединившимся» к США государством. Объявить-то объявили, но на самом деле Пуэрто-Рико осталось колонией США. Пуэрториканцы официально считаются гражданами США, но в действительности им не даны даже права американских граждан. В декабре 1958 года в Пуэрто-Рико побывала делегация парламентариев из Эквадора — одной из латиноамериканских стран. Колонизаторы пригласили эту делегацию с той целью, чтобы показать ей «свободное» Пуэрто- Рико, но эквадорские гости сказали, что Пуэрто-Рико по-прежнему является американской колонией.
И в последнее десятилетие национально-освободительное движение на острове Пуэрто-Рико не шло на убыль. Демонстрации, митинги протеста, требования предоставления независимости — вот с чем сталкивается американская администрация. В марте 1962 года организация «Единое патриотическое действие» направила гневное письмо в Комитет ООН по информации о несамоуправляющихся
территориях с обвинением американских империалистов в наводнении острова новыми контингентами войск. В письме говорилось, что остров стал военным бастионом и арсеналом атомного оружия, а это угрожает не только безопасности Пуэрто-Рико, но и делу мира во всем мире.
В мае 1962 года американская военщина начала проводить мобилизацию кубинских контрреволюционеров, проживающих в Пуэрто-Рико, чтобы использовать их для нового вторжения на Кубу. На эти происки американской реакции пуэрториканский народ ответил мощными демонстрациями, требуя прекращения новых авантюр, направленных против братского кубинского народа.
Подлинным руководителем пуэрториканского народа в его борьбе за национальную независимость является созданная в 1934 году Коммунистическая партия, объединяющая все прогрессивные силы, которым дороги честь, свобода и независимость своего народа. Коммунистов преследуют, но они не сдаются...
Нет, под звездно-полосатым флагом Соединенных Штатов Америки еще много колониальных владений! Но недалек тот час, когда их не будет, — угнетенные народы разорвут цепи рабства и уничтожат ненавистное, позорное ярмо колониализма.
И. Труфанов

ПИТЕР ВСТУПАЕТ В БОРЬБУ

Питер Эллис, молодой негр, родился и живет в самом большом городе Соединенных Штатов — Нью-Йорке. Работает он грузчиком в порту. Питер по праву считает Нью-Йорк своим родным городом. Но город ему порой кажется совсем чужим. Многое, очень многое в Нью-Йорке ему напоминает о том, что он негр. А негров в США не считают полноправными людьми.
Вот и сегодня Питеру пришлось пережить неприятное. У него выходной, и он решил побродить по набережным города, по его улицам. Настроение было чудесное. Питер вышел на улицу. Его потянуло в центр города, в район Манхэттен, где расположены самые высокие небоскребы. Вот один из них — Эмпайр Стейт билдинг — здание в 102 этажа! Питер запрокинул голову — посмотрел на иглу, которая венчает это здание. Ну и высоко же! «Видно, страшно строить было на такой высоте. А ведь строили такие же люди, как я», — размышлял Питер Эллис. И вдруг услышал резкий окрик: «Эй ты, черная свинья, прочь с дороги!» Какой-то молодой белый парень в клетчатой рубашке, с сигаретой в руке, толкнул его плечом. Питер хотел было дать сдачи, да опомнился. Он заметил недружелюбные взгляды многих белых и, сжав свои мощные кулаки, смолчал. Настроение, конечно, было испорчено...
Он уже без интереса бродил по городу. Почувствовал голод и решил зайти в закусочную. Издали увидел вывеску: «Кафе». Здесь, пожалуй, можно съесть пару бутербродов, выпить чашку кофе. Питер уже подошел к широкой вращающейся двери — и отскочил от нее как ужаленный. Он увидел надпись: «Цветным вход запрещен». О, он знает, что это такое! Еще будучи подростком, он однажды не посчитался с таким грозным предупреждением и вошел в клуб. Тогда один из белых подошел и сказал: «Сейчас же убирайся восвояси!» — и указал на надпись: «Только для белых!»
Питер хотел объяснить, что он не заметил этой надписи, но тут стали собираться посетители клуба, а один из служащих с бранью налетел на него. После того случая Питер всегда внимательно оглядывался, читал все надписи, куда бы ни доводилось ему идти: в парк ли, в кинотеатр или в кафе.
Эта жизнь с оглядкой унижала его, становилась невыносимой. И он знал, что в других городах США неграм дышится не легче. Питер бывал в других штатах страны.
Он вспомнил, как в прошлом году ездил к родственникам на юг. На пароходе негры могли находиться только в каютах «для цветных». Чуть ли не на каждом шагу в южных городах встречаются предостерегающие надписи. Даже в трамваях и в автобусах вывешены дощечки со словами: «Только для белых». Плохо придется тому негру, который ошибется и войдет в такой вагон. Разъяренные белые (их обычно называют расистами) выбросят негра из вагона на полном ходу трамвая.
У родственников, в городе Бирмингеме, Питер встретился со своим двоюродным братом — солдатом Бобом. Боб с обидой говорил, что он и его друзья-негры ездят в вагонах, на которых написано: «цветные войска».
Боб вырос в городе Бирмингеме, еще с детства знал многих мальчишек в округе, в том числе и некоторых белых. Случилось так, что с одним из них он подружился. Но сколько слез и страданий принесла обоим эта дружба! А теперь они не могут даже встретиться: в штате Алабама, где расположен город Бирмингем, существует правило, которое запрещает негру быть наедине с белым. Не имеют права также белый и черный играть в домино или кости. Негр, нарушивший это правило, должен уплатить штраф в 100 долларов, или его на полгода посадят в тюрьму.
Вспомнил Питер и статью в газете, где сообщалось о том, что одного негра в штате Луизиана посадили в тюрьму лишь за то, что он зашел на трибуну для белых, когда на стадионе шла игра в бейсбол.
Питер решил идти домой, в квартал Гарлем, где живут негры.
Гарлем размещается на очень маленькой территории. Но живет там больше полумиллиона человек. Живут очень скученно.
Улицы Гарлема всегда завалены нечистотами и мусором. И все потому, что те белые богатеи, которые правят городом, не отпускают средств даже на строительство канализации и водопровода.
Питер живет в старом, полуразрушенном доме. Он снимает маленькую комнату. Платить за нее приходится дорого, но Питер доволен, что ему удалось снять хотя и плохую, но все же отдельную комнатушку.
Недаром его друзья-негры завидуют ему. Многие из них довольствуются «неостывающей постелью», то есть пользуются жильем по очереди.
Один человек отдыхает на постели ночью, а другой — днем.
Невдалеке от своего дома он зашел в закусочную. Как только он вошел, увидел Джека Питерсона, товарища по порту, тоже грузчика.
—           Привет, Питер! Составь компанию!
С Питерсоном Питер всегда чувствовал себя хорошо.
—           Какие новости, Джек? — обратился он к приятелю.
—           Да все по-старому, Питер. Вот только дела наши становятся все хуже.
—           Что случилось, Джек?
—           Ты, видно, не читаешь газет, дружище, — ответил Джек. — Смотри, — он указал пальцем на снимок, где дюжие парни избивали негритянского юношу.
—           Где это?
—           В городе Монтгомери.
Питер стал быстро читать, и у него от возмущения ком застрял в горле. Он узнал, что так избивали участников «похода за свободу». Он слышал об этих черных и белых парнях, студентах, которые не побоялись расистских законов и в одном автобусе поехали в южные штаты, для того чтобы во весь голос заявить, что черные и белые люди должны жить в дружбе, в мире.
—           О Питер, они, эти студенты, смелые парни. Они показали хороший пример,— говорил Джек.
А Питер, не отрываясь, читал корреспонденцию из города Монтгомери.
Корреспондент известной американской газеты «Нью-Йорк геральд трибюн» описывал эту расправу так:
«Ничего ужаснее я не видел за всю свою жизнь. Перед моими глазами мелькали железные трубы и палки, искаженные злобой лица и окровавленные кулаки. Толпа буквально поглотила маленькую группу участников «похода за свободу». Их швыряли на землю, били палками и кулаками, топтали ногами, плясали на их распростертых телах какой-то дикий танец... Прошло пять минут, десять, пятнадцать... Полиции не было... Когда все кончилось, первое, что я увидел, был белый молодой человек, безжизненно лежавший на земле. Голова его была пробита в нескольких местах, его светлые волосы были в крови и грязи, губы разорваны, все лицо представляло собой кровавую маску... Рядом с ним лежали другие...»
—           Неужели все это правда? — спросил Питер.
Джек горько улыбнулся.
—           Может, и похуже там было. Сообщает-то газета капиталистов. Просто факты эти не скроешь.
Питер знал, что Джек всегда следит за политикой, читает газеты. Джек и учился больше Питера, и знал больше его. В порту некоторые служащие поговаривали даже, что Джек, мол, коммунист. Но Питер знал, что Джек не был коммунистом. Просто уж так повелось, что стоит кому-либо из грузчиков сказать правду о порядках в стране, как сразу же такого человека объявляли коммунистом и начинали преследовать.
Беседы о положении негров в США между Питером и Джеком и раньше бывали нередко. Это от Джека узнал Питер, как передовые люди Америки и других континентов борются с расизмом.
Он узнал, что расизм оправдывает порядки, при которых одна раса угнетает другую. Но большинство честных американцев не признают расизм и с уважением относятся к талантливому негритянскому народу.
От Джека узнал Питер о Поле Робсоне— известном негритянском певце и общественном деятеле, об Уильяме Дюбуа — замечательном крупном ученом и писателе. Джек посоветовал Питеру послушать симфонии и оперы негритянского композитора У. Г. Стилла. У Питера словно открывались глаза. Он убеждался все более, что среди негров очень много талантливых людей, которых уважает и признает весь мир. Негры такие же трудолюбивые люди, как все. Это он хорошо видел сам.
Так почему же в Соединенных Штатах преследуют негров? Почему чернокожие не имеют тех прав, которые имеют белые? Разве только потому, что у негров черная кожа? Это же несправедливо! Такие размышления все более приводили Питера к мысли, что подобного терпеть нельзя. Питер знал, что во многих городах негры активно борются за свои права. Он читал в газетах о многочисленных демонстрациях протеста против расовой дискриминации. Дискриминация,— как объяснял Питеру Джек, — значит неравноправие.
Об одной из демонстраций Питеру рассказывал Джек. Дело было несколько лет назад. Тогда в городе Чикаго расисты убили мальчика Эммета Тилла. Убили за то, что он негр. Родители мальчика требовали в суде, чтобы убийцы были наказаны. Суд же оправдал расистов.
На похороны мальчика в Чикаго пришло 50 тысяч человек. Среди них были и черные и белые. В газетах сообщалось, что это была очень мощная демонстрация.
И вот, как отзвук чикагских событий, такие же демонстрации прошли по всей стране — в Лос-Анжелосе, Сан-Франциско, Кливленде,  Дейтройте... А в Нью- Йорке, в Гарлеме, собралось на демонстрацию более 20 тысяч человек. И Джек был среди них. У него все клокотало в груди. Он нес большой плакат, на котором крупными буквами был написан боевой призыв: «Долой суд Линча!»
О суде Линча Питер слышал с малых лет, когда только научился понимать и говорить. Со страхом, шепотом, о суде Линча впервые поведала ему мать. Она не могла рассказать, кто такой Линч, но потом, будучи взрослым, Питер хорошо разобрался в этом.
Он узнал, что Линч жил давно, двести лет назад. Был он, как говорят, плантатором в южных штатах и предложил расправляться с неграми без суда и следствия. Возникла даже специальная организация — называется она ку-клукс-клан, — которая при попустительстве властей по суду Линча, — самосудом расправлялась с неграми.
Да, Питер в последние годы много узнал о том, как борются его товарищи негры за свои права. Он теперь и сам был готов к еще более активной борьбе.
И вот теперь, в этот день, когда Питер встретился в закусочной с Джеком и узнал о зверствах в городе Бирмингэме, у них опять возник разговор о том, как нужно бороться неграм за свои права. К ним подсели другие негры, знакомые Питера и Джека.
— Нас, негров, в Америке шестнадцать миллионов, — говорил один из собеседников, пожилой негр. Все знали, что он работает шофером и недавно его избрали в профсоюзный комитет транспортников. А профсоюзы — немалая сила. Они организуют стачки и забастовки. Многие стачки, в которых участвуют и негры, заканчиваются победой членов профсоюзов. Пожилой негр был профсоюзным руководителем. Он продолжал:
—           Неужели мы будем молчать, а нас будут в это время вешать и жечь на кострах!
Его сосед, рослый красивый парень, достал небольшую книжку. Это был сборник стихов. Он полистал книжку, сказал:
—           Хотите, прочту стихотворение нашего Сэмюэля Хайнеса?
—           А кто он?
—           О, это наш товарищ, он тоже негр. Пишет хорошие стихи.
И молодой парень стал звонким голосом, горячо жестикулируя, читать стихи:

Линчевание.

«Слушай-ка, белый,
Слушай хорошенько.
Мы, черные и бесстрашные,
Не отступим ни на шаг.
В беспощадной борьбе За всеобщее равенство,
За наши жизни и наше добро Мы до последнего будем Сражаться и умирать,
Покуда не станем свободными
американцами, Равными всем остальным».
Слова поэта воодушевили Питера. Он почувствовал большой прилив сил, желание бороться вместе с друзьями...
Вот такие встречи, такие разговоры помогли Питеру понять, что его место в строю...
А лучшим учителем была сама жизнь. Вот и сейчас, вернувшись из закусочной домой, Питер обвел взглядом свою маленькую комнатку. Обстановка в комнате была убогой и состояла всего лишь из кровати, стола, одного стула и маленькой вешалки для его скромной одежды. На стене висела фотография покойного отца Питера. Всякий раз, когда он смотрел на этот портрет, он вспоминал рассказы отца. Отец Питера родился в одном из южных штатов Америки. Здесь с раннего детства работал батраком на хлопковой плантации. Его предки были вывезены на американский континент из Африки. Но откуда? С берегов ли Гвинеи? Из Конго?.. А может быть, из Нигерии? Этого отец Питера не знал. Но его дед рассказывал, что давно-давно, более четырехсот лет назад, белые колонизаторы ловили его собратьев в Африке и на специальных рабовладельческих кораблях отправляли в Америку. Чтобы перевезти как можно больше рабов, на пароходах устраивали узенькие галереи между палубами. Месяцами негры вынуждены были лежать в узеньких щелях, скованные друг с другом цепями. Цепями же их прикрепляли к верхней палубе. На многих кораблях рабов усаживали на колени друг к другу, и они не имели возможности двигаться. Невольникам давали очень мало питьевой воды и пищи. Они задыхались от недостатка воздуха. Негры тысячами умирали в пути или сходили с ума. На невольничьих кораблях часто вспыхивали восстания. Рабов били плетьми, им отрубали руки и выбрасывали живыми в море на съедение акулам. Тех, кому удавалось перенести муки переезда через океан, заставляли работать на плантациях белых рабовладельцев. Среди них были и предки Питера.
Отец Питера работал на своего господина от зари до зари, а получал за свой тяжелый труд гроши, и семья жила впроголодь.
Спасаясь от голода, отец Питера покинул свои родные места и переехал, как и многие другие негры, на север Америки, в город Нью-Йорк... Здесь он работал грузчиком. На фотографии он так и снят: в рабочей одежде, у причала.
Питер отвел глаза от фотографии и задумался. Он стал сравнивать прошлое и настоящее негров. А разве сейчас негры живут лучше? Он вспомнил сообщение, которое прочел сегодня в газете. Да, негров избивают так же, как и 400 лет назад! Техника с тех пор очень продвинулась вперед, а разве обеспеченнее стали негры? Вот он, Питер, добросовестно работает в нью-йоркском порту, а получает за свою работу совсем гроши. Кстати, он зарабатывает намного меньше, чем любой белый, и живет он в старом ветхом доме, а платит за свою комнату значительно дороже, чем белые за хорошую комнату.
Неграм очень трудно получить какую-нибудь квалифицированную профессию и почти совсем невозможно окончить институт или университет. Многие профессии запрещены для негров. Вот его товарищ хотел стать машинистом, а ему сказали, что негру нельзя быть машинистом на паровозе. Белые просто не доверяют неграм-машинистам. А почему во многих штатах негритянские дети не имеют права посещать школы, в которых учатся дети белых? Разве это справедливо?
Но это все мелочи по сравнению с делами, которые творит ку-клукс-клан! Эта организация состоит из фашистов, которые убивают негров. Недаром символом этого сборища убийц стал «огненный крест». Чтобы запугать негров, куклуксклановцы сжигают огромные деревянные кресты, устраивая в это время кровавые оргии. А сколько негров погибло от их рук! Скольких судили они судом Линча!
Питер тихо запел известную «Песню негритянской няни»:
Черного юношу одного Они линчевали вчера.
Он только и сказал, что нам Свободными быть пора.
Он вспомнил, что недавно в городе Джексоне (штат Миссисипи) расисты арестовали и отдали под суд девять негров-студентов, вся вина которых состояла в том, что они вошли в общественную библиотеку. Суд приговорил студентов к тюремному заключению сроком на четыре месяца и к штрафу в сумме 200 долларов. После вынесения этого несправедливого приговора более ста юношей и девушек устроили демонстрацию протеста. Расисты накинулись на демонстрантов и вместе с полицейскими стали избивать их резиновыми дубинками, а потом натравили на демонстрантов собак. Вот как действуют расисты.
Вот чему учила Питера жизнь. И жизнь, как и встречи с друзьями, разговоры с ними привели его в ряды борцов за свободу негров. Он стал активным членом Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения. Эта ассоциация имеет 1300 отделений по всей стране и объединяет в своих рядах более 300 тысяч человек.
В защиту прав негритянского народа борются и многие другие организации и среди них Коммунистическая партия США. Сейчас коммунисты подвергаются травле. Буржуазные газеты подняли настоящий вой о том, что коммунисты якобы являются шпионами.
Но кому не ясно, что коммунисты — самые честные и самые смелые люди. Питер Эллис не раз убеждался в этом. И все лучшие люди, самые смелые люди вступают в коммунистическую партию. Так поступил лауреат Ленинской премии за укрепление мира между народами, ученый Уильям Дюбуа. Он написал письмо генеральному секретарю Компартии США с просьбой принять его в члены партии. В письме есть такие строки: «Коммунизм — стремление дать всем людям то, что им нужно, и просить у них взамен лучшее, что они могут дать, — единственно правильный образ жизни для человечества... В конце концов коммунизм победит. Я хочу приблизить этот день». Уильям Дюбуа не испугался репрессий.
С таких людей, как Уильям Дюбуа или Поль Робсон, и старается брать пример простой негр-грузчик Питер Эллис. В 1949 году расисты хотели линчевать Поля Робсона. Но он тоже, как и Дюбуа, не испугался. А как смело поступил другой борец-негр — заместитель председателя Национального Комитета компартии США Генри Уинстон. Его долго держали в тюрьме; он потерял здоровье, ослеп, но мужественно боролся. Генри Уинстон был вырван из лап охранников и посетил Советский Союз. Какую ему у нас оказали теплую и торжественную встречу! И Питер в знак благодарности к нашей стране крепко, очень крепко жал руки простым советским людям, посланцам Советского Союза, посетившим недавно Соединенные Штаты Америки. Прощаясь с советскими людьми, он говорил: «Мы все сделаем для того, чтобы и в Америке люди стали равными и свободными, как и в вашей великой стране!»
И. Труфанов