ОФОРМЛЕНИЕ КНИГИ И ТЕХНИЧЕСКИЕ НОВОВВЕДЕНИЯ


По оформлению русская книга первой половины XIX века не только не уступала западноевропейской книге, но во многом превосходила ее. Хорошая печать, обилие гарнитур шрифтов, разнообразие приемов украшения и иллюстрирования создавали непревзойденные образцы оформления книги, сделавшиеся классическими.

Развитию искусства книгопечатания содействовало возникновение нескольких словолитен, снабжавших шрифтами все типо

1 В. Г. Белинский, Сочинения, т. IX, 1884, стр. 442.

графин. Некоторые словолитни выпускали такие образцы шрифтов и украшений, которыми они по праву могли гордиться. Из таких образцов шрифтов особенно известны: «Образцы литер, виньетов и политипажей1, находящихся у Августа Семена» (М., 1818 и 1826) (рис. 84); «Образцы литер типографии и словолитни Семена Селивановского» (М., 1834) и «Образцы типов из словолитни Ревильона и К0» (Спб., 1841). Все три словолитни отливали большое количество шрифтов, текстовых и титульных разных кеглей (размеров); каждому кеглю прямого шрифта соответствовал такой же шрифт курсивного (наклонного) начертания. Кроме русских шрифтов отливались латинские, готические (фрактура), греческие, армянские. Словолитни изготовляли также множество орнаментальных узоров, рамочек, линеек, мелких типографских украшений, комбинируя которые типографии могли создавать замысловатые узоры. В словолитне Ревильона производили подбор политипажей для типографий. Разнообразие политипажей, изготовлявшихся словолитней Ревильона, необычайно велико — свыше 700 рисунков; выполнение политипажей поражает изяществом рисунка и тонкостью гравирования.

В 1838 году русский физик академик Борис Семенович Якоби (1801—1874) изобрел гальванопластику — способ получать металлические рельефные формы, скопированные с оригинала с помощью электролиза. Это изобретение нашло широкое применение в полиграфическом производстве для получения копии с гартовых, цинковых или с деревянных клише, а также для покрытия печатных форм из мягкого металла слоем более твердого металла (никеля, железа). Такое покрытие давало возможность получать большое число отпечатков.

В 30-х годах широко распространяются в книгопроизводстве новые способы воспроизведения иллюстраций — литография и торцовая гравюра на дереве. Оба способа были известны и раньше, но мало применялись в книге. Эти способы удешевили иллюстрирование книг, вытеснили дорогостоящую гравюру на меди, что способствовало появлению дешевых иллюстрированных изданий. В 1835 году начинает выходить первый в России иллюстрированный журнал «Живописное обозрение», организованный К. А. Полевым. Полевому не удалось получить разрешение цензуры на это издание, и потому «Живописное обозрение» выходило в издательстве упомянутого выше Августа Семена. Это Журнал энциклопедического типа, щедро иллюстрированный гравюрами на дереве и дававший читателю самый разнообразный материал научно-популярного характера.

Новые идейные течения, возникшие в прогрессивных кругах общества, нашли отражение как в изобразительном искусстве,

1 Политипажем называли изготовленную из типографского металла печатную форму, полученную путем копирования с деревянной гравюры; при помощи политипажей с одного деревянного клише можно было получить большое число металлических.

Рис. 84. Страница из «Образцов шрифтов» словолитни А. Семена (Москва, 1826)

так и в книжном оформлении. Уже в 30-х годах в книжной иллюстрации проявляется реалистическое направление. Литература ставит своей задачей правдивое изображение окружающей действительности, и ту же действительность художники-иллюстраторы стремятся правдиво передать в своих рисунках. На 40-е годы приходится расцвет русской реалистической иллюстрации, связанной с деятельностью выдающихся художников-графиков и граверов — А. А. Агина, В. Ф. Тимма, П. А. Федотова, Р. К. Жуковского, Е. И. Ковригина, И. С. Щедровского, Е. Е. Бернардского, Г. Г. Гагарина, А. П. Сапожникова и других. Эти иллюстраторы создают замечательные памятники книжной графики. Во многих случаях иллюстрации надолго пережили те произведения, которые они украшали. Перед художниками встали новые задачи — правдиво изобразить действительную жизнь, показать живого человека, которого до тех пор заслоняло академическое искусство, требовавшее сюжетов, взятых из давно прошедших эпох или из мифологических сказаний. Эти новые задачи вызвали появление огромного количества всякого рода очерков, сопровождавшихся иллюстрациями, которые изображали представителей различных слоев общества, и главным образом представителей трудовых классов. Так, например, известный художник И. С. Щед-ровский создал альбом «Сцены из русского народного быта».

Количество книг, созданных в 40-х годах художниками-реа-листами, очень велико. По высокому мастерству на первое место следует поставить произведения замечательного рисовальщика Александра Алексеевича Агина (1817—1875), работавшего в тесном содружестве с не менее замечательным гравером на дереве Е. Е. Бернардским. Иллюстрации этих двух мастеров к «Мертвым душам» Гоголя являются лучшими среди множества иллюстраций на ту же тему, а создание их — подлинный творческий подвиг. При жизни художникам не удалось издать все свои рисунки. Н. В. Гоголь отказался дать согласие на издание «Мертвых душ» с какими бы то ни было иллюстрациями, исходя из того взгляда, что художественное произведение должно говорить само за себя. Попытка Бернардского издать рисунки за свой счет не удалась; он был арестован по делу Буташевича-Петрашевского как один из участников его кружка. Ни Агин, ни Бернардский не получили никакой материальной выгоды от своего труда. Испытывая огромные материальные лишения, они продолжали трудиться над осуществлением своего замысла. Сто рисунков к «Мертвым душам» появились в печати впервые после смерти обоих мастеров в 1892 году.

По объему художественной продукции одно из главных мест занимает Василий Федорович Тимм (1820—1895), уроженец Прибалтики, получивший художественное образование в Петербурге. Тимм был прекрасным рисовальщиком и литографом. В многочисленных его иллюстрациях сильно заметно влияние западной.

особенно французской книги. Это влияние иногда доходило до прямого подражания. Тимм иллюстрировал знаменитое издание «Наши, списанные с натуры русскими», выходившее отдельными выпусками. По мастерству рисунка и гравюры на дереве иллюстрации к этому изданию стоят несравненно высоко, но сами рисунки являются прямым подражанием французской книге «Французы, нарисованные ими самими», незадолго перед тем вышедшей в Париже. В издании «Наши, списанные с натуры русскими» (1841) имеется несколько рисунков, правдиво отражающих русскую действительность; в них художник выступает обличителем существующего общественного строя. В первом выпуске «Наших» помещена иллюстрация к очерку «Водовоз» (рис. 85). Каждая деталь рисунка — и сам водовоз, и его лошаденка, и вся окружающая обстановка — вызывает чувство острой жалости. Художник дал такое реалистическое изображение нищеты, какое встречается лишь у позднейших реалистов-передвиж-ников. Появление этого рисунка вызвало переполох в цензурном ведомстве: так как оснований для запрещения подыскать было нельзя, то оно отдало распоряжение скупать этот выпуск за деньги и уничтожать его. Тимм был вызван в III отделение, где ему сделали указание на недопустимость выпуска подобных рисунков.

Из числа отдельных произведений русской литературы, иллюстрированных Тиммом, наибольшей и вполне заслуженной известностью пользуются «Сенсации и замечания г-жи Курдюковой за границею, дан л’этранже» (1840) — сатирическая поэма И. П. Мятлева, написанная языком, представляющим смесь «французского с нижегородским» и высмеивающая увлечение некоторых светских кругов всем западным.

В 1851 году Тимм предпринял издание журнала «Русский художественный листок» (1851 —1862), состоявшего почти из одних иллюстраций. Большинство этих иллюстраций выполнено самим художником способом литографии. Журнал является подробной художественной летописью современной жизни, в нем отражались все более или менее крупные события. Особенно интересны рисунки, относящиеся к Севастопольской обороне 1854— 1855 годов, — зарисовки боевых эпизодов, сцены из жизни армии, портреты героев Крымской войны. Эти рисунки остаются до наших дней незаменимым памятником той эпохи.

Одно из лучших изданий 40-х годов — «Тарантас» Соллогуба (1845). Иллюстрации в книге были выполнены художником Г. Г. Гагариным, но они не имеют подписи. Эти рисунки развертывают целую картину провинциальной жизни того времени: тут и представители всех классов общества, и обстановка жилищ, постоялых дворов, и пейзажи, и дороги в бескрайних степях — одним словом, вся провинциальная жизнь, изображенная необычайно остро, подчас с гоголевской беспощадностью. Некоторые рисунки поданы карикатурно: таково изображение почтовой

!8

НАШИ

какь мы здоровы: но иг. полньбшсмт»значспш ягог» г>мрп;кс|ц:| Исполнит*, что ли»! нрлчслгь бслчтменныя и. можегь-быть, довольно гря нп.ш оо.| ь,ни|. давно жнттшя в ь ПраГСКоИ СВЛЗП в ». « 1.-П. Н'ПГСЧТ.. Но. П» :»:Л1 К\ II) «!•. 1,41!«М I. 'М'ЬанКП, ПОД1'!» .ЮСтПЦоСе}\

о\!,тю моднаго Фрака, нодь оархатт» жилета и ранил» налью :ы к\ течь и\т. богсдымн (‘йотами: спокойно волимь н\т. сь собою в!, сим ь: белпечно старт.емся им ьст г» г ь ними, и кгб знаеть.

'•д о ИобоЖМП'Я, ПСИрлиИШ)1!Ш'}(->.III Л НЛИСЩС На( ТОЛ1Ц1|'| , \ОТЯ» ЬДОЙ

ог.и\иь? Подонолу ито невозможно: безпрермвныи ми.ни, \жа-• .нои;;»л ходьба, вь пм,п., вь слякоть, пъ жарь и холод ь, прямое безпсречсжное п.тппс воздыииыхь перемыть; горячая испарина, обильно илилсклсмая тяжкнмь трудомь и мгновенно из-ехшаемал ит.тромъ, обмываемая дождемт., оледеннемлл моро-аомт». — нс барчать, нс рапнп,: они быстро и страшно разопьют ь и»» ноли» чальГннсе зерно всякой босьзни. нссомнышо лбыоп» его вь п (.сколько дней; опт» не ичп.ет ь даже собрать коис\льташн <,д1шстж,Ш1ы\ь лр'зеп чсдоиьчсства, богатыхь н .модным» ме-

ШК01Г!..

Рис. 85. Страница из книги «Наши, списанные с натуры русскими» с иллюстрацией В. Ф. Тимма

-* 120 *»-

Лул то оип были виноваты, что въ английской карет! мпнш ресгл»ра.

— ;*н, вы! закричал» тгь довольно неучтиво подъезжающему тарантасу. — Помогите. пожалуйста.

«Стой!» закричал, Ваеплш Нвлиовить.

Иваит» Наспльеяпчъ ахнул,.

•Км»,.. Какъ это вы зд&сь... въ Россш?»

Князь съ недоверчивостью взглянул на исжданнаго зна

комца, и спросил, сквозь дымт» сигарки. — А вы какъ

Рис. 86. Страница из книги «Тарантас» с иллюстрацией Г. Г. Гагарина

станции, где из-за красивого фасада в стиле греческого портика видны грязь, нищета и запустение. Современной критикой «Тарантас» был принят восторженно. В. Г. Белинский писал в «Отечественных записках»: «Вглядитесь в эти лица мужиков, баб, купцов, купчих, помещиков, лакеев, чиновников, татар, цыган — и вы согласитесь, что рисовавший их не только мастер рисовать, но и великий художник и знает Россию» (рис. 86).

Р. К. Жуковский оставил нам классические иллюстрации к сказке П. П. Ершова «Конек-Горбунок»; А. П. Сапожников — великолепные, чисто реалистические иллюстрации к басням Крылова. Сапожников известен также как автор серии иллюстраций к шутливой повести Казака Луганского (В. И. Даля)

«Приключения Виоль д'Амура и его Аршета». Рисунки с большим сочувствием изображали тяжелую жизнь неудачника-музыканта, и уже современниками было признано, что они намного превосходят текст самой повести.

Иллюстрации 30-х и 40-х годов высоко оценивал В. Г. Белинский, особенно отмечавший их национальный характер.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ КНИЖНОЕ ДЕЛО В ПЕРИОД КАПИТАЛИЗМА § 98. ЦЕНЗУРА И ПЕЧАТЬ

После крестьянской реформы 1861 года Россия вступила на путь капиталистического развития, которое до этого времени задерживалось существованием крепостного права.

После окончания неудачной для России Крымской войны правительство вынуждено было провести ряд буржуазных реформ и в других областях. Наступило некоторое облегчение и для печати. Бутурлинский комитет был упразднен. В 1865 году были изданы временные правила о цензуре. Согласно временным правилам от предварительной цензуры освобождались некоторые категории книг, как, например, сочинения классиков литературы, переводы античных писателей и т. п., а также допускалось без предварительной цензуры издание книг объемом выше десяти печатных листов. С одной стороны, это было выгодно авторам и издателям, так как избавляло рукопись от исправлений цензоров; с другой стороны, выпуск книг без предварительной цензуры был всегда связан с риском: в случае обнаружения чего-либо предосудительного, с точки зрения цензуры, весь тираж уничтожался, а издатель привлекался к судебной ответственности. Таким образом, ослабление предварительной цензуры усилило карательную цензуру. Большое количество лучших книг, вышедших в 60-х годах без предварительной цензуры, подверглось уничтожению, а издатели их — судебному преследованию. Среди книг, подвергавшихся преследованию, были такие капитальные работы, как «Душа человека и животных» В. Вундта (1865), «Рефлексы головного мозга» И. М. Сеченова (1866), Сочинения Д. И. Писарева, т. II (1867), «Клод Гё» В. Гюго (1867) и многие другие.

С 70-х годов началось издание списков книг, запрещенных к обращению в России. В течение 50—70-х годов цензурные преследования литературы и журналистики в зависимости от общеполитических условий то усиливались, то ослаблялись. Цензурные гонения особенно усилились после польского восстания 1863 года и каракозовского покушения на Александра II в 1866 году.



История письменности и книги, Кацпржак Е. И.