ГЛАВА VI


ГЛАВА VI

ТОРФЯНИК ФЕРНАУ

Таким образом, межвековая фаза наступання альпийских ледников, называемая также «колебанием Фернау», была определена по своей специфике, своеобразию, климатическим условиям, которые могли ее определять. Насколько было возможно, по этой фазе было установлено, хотя и не с полной уверенностью, существование изменения климата, вероятно, в сторону похолодания — гипотетического и неощутимого похолодания не более чем на 1° С. Похолодание, интенсивность которого, несомненно, менялась, захватывало обширные пространства Западной Европы в период между 1590 и 1850 гг. Оно стало проявляться после 1540 г. и постепенно закончилось в конце XIX—XX столетии.

Следует отметить, что представление о нем, судя по многовековой амплитуде, — не очень плохая рабочая гипотеза. Продолжение исследований покажет, придерживаться ли этой гипотезы или же заменить ее какой-то другой, более приемлемой. Как бы то ни было флуктуация ледников 1600—1850 гг. не является ни единственной, ни даже (что бы об этом ни думали Кинзл и Матте) самой сильной из известных за историческую эпоху. Относительное обилие документов, хорошее состояние недавно образовавшихся морен — свидетелей этой флуктуации — делают ее заслуживающей очень точного описания и оценки. Но на самом деле она представляет собой лишь повторение эпизодов, неоднократно случавшихся в течение исторического периода, или, точнее, со времени окончания теплого периода, климатического оптимума, или Warmezeit, и начала субатлантического похолодания.

Вслед за Лео Аарио [1] Франц Майр в своем замечательном исследовании 1964 г. [258] насчитывает с суб атлантического периода в общей сложности пять вековых или многовековых эпизодов такого же типа, как стадия Фернау. Майр занимается исследованием именно ледника Фернау (Тироль). Это название благодаря Кинзлу [202] было присвоено и наступанню ледников 1600—1850 гг. По счастливому стечению обстоятельств, максимальные морены этого ледника заканчиваются в торфянике, или болоте, Бунте Моор (фронт ледника находится в настоящее время в 800 м от этого торфяника). Следовательно, прослойки торфа

178

в болоте Бунте Моор соответствуют минимумам оледенения (сравнимым с современным), когда торфяник, высвободившийся из-под отступающего ледника, мог функционировать, производить торф без затруднений. Прослойки торфа в болоте чередуются со слоями моренных песков, которые служат показателями того, что ледник подходил к болоту. Датировка определяется по пыльцевым ярусам, хорошо установленным со времен работ Аарио и Фирба [1; 125; 258], различными геоморфологическими методами, по С-14 и по точно измеренной скорости нарастания (торфа). Составленная Майром диаграмма дает упрощенное представление о времени отложения слоев торфа и моренных песков: наполовину по данным пыльцевого анализа, наполовину по моренам.

Группировка выявленных таким образом пяти ледниковых эпидозов не может оставить равнодушным историка, занимающегося процессами очень большой длительности. На диаграмме Майра (см. рис. 30) совершенно четко выделяются два длинных периода. Это прежде всего первое тысячелетие до нашей эры, почти полностью занятое двумя длительными интервалами наступання ледников, которые разделены лишь столетним интервалом отступания. На протяжении же двух последних тысячелетий (нашей эры) ледники Фернау достигали торфяника Бунте Моор на значительно более короткое время. Интервалы мягкой или теплой погоды и отступания ледников определенно преобладали по продолжительности над интервалами похолодания и наступання.

Укажем теперь последовательно на пять главных эпизодов за последние 3500 лет:

а) «Максимум альпийских ледников между 1400 и 1300 гг. до нашей эры», когда язык (находившийся на 750 м дальше, чем при максимуме 1850 г.) «достигал наибольшего развития за всю послеледниковую эпоху».

б) «Максимумы ледников между 900 и 300 гг. до нашей эры». Речь идет о двух последовательных случаях наступання ледников, каждое из которых продолжалось два или три столетия. Они следуют друг за другом и разделены интервалом отступания, продолжавшегося не более полутора столетий. Оба случая наступання накладывают свой отпечаток на большую часть первого тысячелетия до нашей эры.

в) Новый максимум ледников наступает между 400 и 750 гг. нашей эры, после промежуточного отступания, соответствующего римской эпохе.

г) Кратковременное наступание в средние века происходит между 1200 (возможно 1150) и 1300 гг. (возможно 1350).

д) Наконец, максимум 1590—1850 гг., которому в этой книге уделено так много внимания.

Этот торфяник — настоящая находка! Ведь для того чтобы в общих чертах восстановить этот максимум (1590—1850 гг.), потребовалось поднять сотни текстов и иконографических документов.

12*

179

Люттиг

I960

Год

1000

%

§

£

■2—

■3

3'

% і 4»

8

1000

«>

(5

2000

3000

Средний

голоцен

4000

3 5000

Древний

6000

голоцен

L

{*} Ледниковое наступами^ Фернау

Рис. 30. Современная гляциоклиматическая периодизация по данным о подледниковом болоте.

В таблице (заимствованной из [258]) схематически представлена (в графе Штубайские Альпы, осадочные отложения Фернау) стратиграфия торфяника Бунте Моор: черный цвет — слои торфа (отступание ледника); белый цвет с черными точками - моренные пески (иаступание ледника), а также послеледниковые и послеоптимумные периодизации различных Авторов (AapSo-для Балтики, Фирбаса и Годшша по пыльце- для Западной Европы, Карлстрома - для Аляски и т. д.,‘.

А вот вдруг благодаря стратиграфии Бунте Моор этот самый максимум прослеживается по слоям песка и морен, зажатым между двумя слоями торфа. Нижний слой торфа соответствует уменьшению оледенения в средние века, а верхний — современному сокращению ледников, еще не закончившемуся.

Трудно представить себе более полную «перспективу» и более очевидную конкретизацию процесса большой длительности. Наум приходит сравнение с космонавтами, которые со своих космических кораблей могут сразу увидеть сложные очертания целого континента, в то время как раньше, для того чтобы правильно изобразить эти контуры, картографам требовались столетия труда... Межвековая фаза наступання альпийских ледников (1590—1850 гг.), с таким трудом восстановленная по документам, на фоне тысячелетий сразу превращается в частный случай, в один из эпизодов, которому предшествовали еще четыре или пять эпизодов того же рода.

То же можно заметить и о фазе, которая до настоящего времени считается вековой,— фазе отступания альпийских ледников. Она длится с 1860 г. и еще не известно, окончится ли она через несколько десятилетий или будет продолжаться одно или несколько столетий. Но одно можно сказать с уверенностью: и эта фаза — всего лишь частный случай, один из пяти-шести эпизодов, каждый из которых был материализован в виде слоя торфа в торфянике Бунте Моор. Или в более общем виде можно сказать, что сложный вопрос о вековых и межвековых колебаниях климата на Западе в историческую эпоху если и неокончательно решен, то по крайней мере получил освещение и частичное обобщение благодаря стратиграфии этого подледникового болота.

Этот вековой процесс в настоящее время установлен для двух столетий (по современным метеорологическим наблюдениям) и для четырех или пяти столетий (по движениям ледников, известным по документам и по положению наиболее молодых морен).

И вот неожиданно данные, собранные в скучном досье, оживают п оказываются на самом высоком уровне обобщения, находят свое настоящее место, в контексте длинной шкалы времени. Оказывается, что два типа крупных известных вековых или межвековых колебаний — похолодание (1590—1850 гг.) и потепление (1860—-1960 гг.) —повторяются около десяти раз. И указанные климатологами, особенно Пьером Педелабордом в 1957 г. [292, стр. 412], характеристики межвекового процесса становятся достоверными, экспериментально подтвержденными. Этот процесс, вне всякого сомнения, связан с колебаниями длительными, чередующимися и, если угодно, периодическими. Но их периодичность не является ни регулярной, ни строго циклической в математическом смысле этого слова. Ибо «фазы», теплые или холодные, не бывают одинаковой продолжительности. Периоды наступання ледников могут иметь продолжительность приблизительно два с половиной столетия (как, например, колебание 1590—1850 гг.,

181

носящее название Фернау), быть чуть больше столетия (например, с 1150—1200 гг. до 1300 г.) или более трех столетий (в первом тысячелетии до нашей эры). И наоборот, фазы отступания ледников и смягчения климата могут едва превышать одно столетие и продолжаться три-четыре столетия или более.

Другой важный вывод относится к вопросу однородности во времени. Многие климатологи считают, что все колебания климата — будь это колебания годовые, десятилетние, вековые, тысячелетние. .. или масштаба геологических эпох — в конце концов относятся к одному и тому же типу [292, стр. 413]. Во всяком случае, мы можем констатировать, что сочетание межвековых колебаний, выявляемых по комплексу ледник—болото Фернау (Бунте Моор), показывает ход процесса тысячелетнего и межтысячелетнего масштабов, и этот процесс целиком укладывается в свою очередь в субатлантическую фазу и включается на протяжении этой фазы в основные хронологические подразделения послеледниковой эпохи и четвертичного периода. Таким образом устанавливается связь, тесное единство исторического времени с временем геологическим.

Различные колебания ледников, длительность которых меняется, но всегда превышает столетие, имеют, кроме того, большую географическую однородность. В самом деле, на протяжении тех или других периодов наступання рассматриваемый ледник (Фернау) никогда не переходил более чем на 200—800 м за конечные морены 1850 г.

С точки зрения методов научного исследования два из этих «наступаний» занимают особое место. Это наступание нового времени (1590—1850 гг.), описанное во множестве исторических документов. И наступание в средние века (с 1150—1200 гг. до 1300 г.), которое, хотя в основном и лишено документации (как и предшествующие ему), все же (для умеющих читать) может стать доступным в случае серьезных попыток изучения, пренебрегать которыми нельзя с точки зрения историка-профессионала.

И действительно, для этого наступання можно собрать и проверить путем сопоставления достаточно показательные как собственно документальные, так и геоморфологические данные, и не только о леднике Фернау, но и о других ледниках.

Я уже приводил выше любопытный текст (1712 г.) Бенедикта Куэна [315, стр. 384] об одном старинном протоколе, найденном у некоего Тумбхерра, в котором утверждалось, что первоначальное наступание ледника Фернагт имело место «в XIII в.» (Ап-fang... іш dreyzehnten saeculo). Геоморфологические исследования Майра полностью подтверждают это утверждение тирольского летописца.

182

Для ледника Алеч, основного источника дат, относящихся к средним векам, археологические, документальные данные и радиоактивные определения сходятся. Ведь именно здесь Кинзл [202], проводя изыскания с текстами в руках и непосредственно на местности, определил, что значительно меньшие размеры ледника Алеч, чем в XVII в. и даже сегодня, относятся к средним векам. Трубопровод (трасса которого отмечена обломками стен ') начинался у подледникового потока или у одного из его притоков, на месте, которое к настоящему времени было сглажено и снова покрыто ледником. Трубопровод был заброшен, судя по текстам, уже в 1385 г. Датировка углеродным методом позволила еще отодвинуть эту дату в прошлое [282].

Действительно, в последние десятилетия (1940 г.) при отступании ледника Алеч обнаружились следы перегноя и ископаемый лиственничный и лиственный лес со стволами, укоренившимися в скале. По данным о различных образцах, проверенных на С-14 в Берне, лес существовал около двух столетий, а затем был уничтожен при наступании ледника: 720±100 лет назад (образец 1 — лиственница) или 800± 100 лет назад (образец 2 — лиственное дерево), то есть в среднем около 1210 г.

Так как начало трубопровода еще и теперь (1961 г.) покрыто ледником, то следует предположить, что к 1210 г. им уже не пользовались.

Во всяком случае, Алеч (как и Фернау) в XIII в. находится в состоянии наступання, в отличие от предшествовавшей эпохи (IX—XI вв.), когда он явно отступал и когда здесь, на месте, свободном от льдов, произрастал лес, работал трубопровод.

Один из поздних текстов (XVI или XVII столетия) местной хроники Гриндельвальда сообщает [314, стр. 16], что в 1096 г. церковь была перенесена из «Бургбиля» на свое современное место «из-за ледника и опасности наводнения». Текст вызывает сомнение: старинная церковь в Бургбиле была основана не ранее 1140 г. Может быть, следует читать: «была перенесена в 1196 г.»? Или просто бросить текст в корзину для бумаг?

Гораздо более серьезны и точны данные об ископаемом лесе в Гриндельвальде. Послушаем Грюнера [162, стр. 82; 163, стр. 63, 330] — хорошего свидетеля XVIII в. (1760 г.): «На леднике Грин-дельвальд, около места, называемого Хейесе Платте, или Шварце Бретт (Горячая Плита, или Черная Доска), видны лиственницы, еще совсем свежие, хотя они находятся там уже давным-давно... Эти деревья совершенно очевидно свидетельствуют о том, что в свое время эта местность была плодородной». И далее: «В Гриндельвальде, на склоне Фишерхорна и Эйгера, посреди льда имеется ряд стволов лиственничных деревьев, находящихся там, возможно, уже несколько столетий. Те, кто там побывал, говорят, что даже острым ножом невозможно отделить от этих деревьев

183

самую маленькую частицу». И Грюнер сравнивает эти ископаемые деревья с окаменелыми бревнами, обнаруженными на Дунае, под устоями римского моста.

В 1960 г. я посетил место, описанное Грюнером. Действительно, на боковой правой морене (рис. 20), недалеко от местечка Штирег, обнаруживаются великолепные стволы pin cembro, выступающие из гравия морены. Стволы ободраны и обтесаны льдом. Они поддаются дендрохронологическому исследованию. Интересно, что на обоих склонах, прилегающих к леднику и к его моренам, совсем нет живых деревьев.



История климата с 1000 года, Э. Ле Руа Ладюри, 1971



фильм Джентльмены удачи смотреть онлайн
фильм Ирония судьбы, или с легким паром смотреть онлайн
Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика