КЛИНИКА И ДИНАМИКА ПАТОЛОГИЧЕСКОЙ РЕВНОСТИ ПРИ ХРОНИЧЕСКОМ АЛКОГОЛИЗМЕ 2
Клинические аспекты патологической ревности, Н.А. Опря, 1986

рецидивы были обусловлены стойкостью преморбидно-па-ранойяльных радикалов и указывали на углубление личностных изменений, сенсибилизацию личности к последующим психотравмирующим ситуациям, с другой — тем, что при воздержании от алкогольных напитков в течение двух лет больные снимались с диспансерного учета и тем самым выпадали из поля зрения врачей.

При хроническом алкоголизме паранойяльные реакции с идеями ревности имеют свои специфические особенности. Толчком для развития паранойяльной реакции являются алкогольная интоксикация и психотравмирующая ситуация, а движущим моментом — видоизмененные личностно-преморбидные признаки, которые выступают на всем протяжении заболевания. Психогенная симптоматика выступает только в начале развития паранойяльной реакции, а затем заменяется психопатологическими проявлениями алкогольного генеза. По мере усиления алкогольных изменений личности паранойяльные реакции с идеями ревности приобретают наибольшую специфичность.

Динамический клинико-статистический подход к изучению патологической ревности при хроническом алкоголизме позволил нам разработать ряд дополнительных диагностических критериев. В частности, стало возможным не только констатировать, но и клинически проследить поэтапно процесс паранойяльного (патологического) развития личности с бредом ревности. В литературе этот вопрос освещен недостаточно (Штиллер Л. Я., 1947; Портнов А. А., Пятницкая И. Н., 1971; Курмашова Л. А., 1971; Позднякова С. П., 1972). Указанные авторы подчеркивают, что алкогольная интоксикация, видоизменяя личностные (пре-морбидные) особенности, создает определенную готовность к паранойяльному бредообразованию. При этом многие психиатры обнаруживают в преморбиде данного контингента больных определенные клинические отклонения еще до злоупотребления спиртными напитками.

По мнению некоторых исследователей, процент «нормальных» людей до развития алкоголизма весьма невелик:    по Bleuler (1955) — 20, по Hoff (1956) — 6.

Hetzel (1956) отмечает, что 50% больных хроническим алкоголизмом до заболевания являлись психопатами.

Р. В. Дудорова (1966) и Л. В. Дымицкая-Кигель (1968) считают, что обнаруживаемые у больных с алкогольным бредом ревности задолго до алкоголизма патологические черты характера являются решающим фактором в развитии идей ревности.

Необходимо отметить, что в литературе уделено много внимания патологическому развитию личности при хроническом алкоголизме, механизм формирования психопатологической симптоматики которого близок к паранойяльному развитию. Так, Л. Я. Штиллер (1947), описывая клинику алкогольного бреда ревности, выделяет группу больных с реактивно-паранойяльным развитием идей ревности. Эта форма бреда обычно развивается у хронических алкоголиков при наличии определенных конституциональных и характерологических черт личности. Идеи ревности у больных данной группы возникают реактивным путем под влиянием травмирующих обстоятельств. Зародившаяся первоначально идея ревности вскоре принимает сверхценный характер и в дальнейшем подвергается быстрому росту и аффективной фиксации.

По мнению В. Я. Рожнова (1964), «...у алкоголиков с психопатическими чертами характера при определенной реальной ситуации возможно появление сверхценных идей ревности и паранойяльного развития с преобладанием переживаний, связанных с идеями ревности...».

А. X. Лазарова (1967), рассматривая алкогольный бред ревности как паранойяльное развитие личности на почве токсического (алкогольного) поражения головного мозга, подчеркивает, что подозрительность и недоверчивость, наблюдаемые на начальном этапе заболевания, переходят затем в типичные бредовые идеи ревности, которые длительное время остаются стабильным моносимптомом, не обнаруживая склонности к дальнейшему развитию.

А. А. Курмашова (1971) прослеживает семь вариантов патологического развития при хроническом алкоголизме: астенический (чистый); астенодепрессивный; астеноипо-хондрический; эксплозивный с преобладанием аффективных расстройств; эксплозивный с преобладанием эпилепто-идных черт; истерический; параноический. При астенодеп-рессивном и параноическом вариантах автор наблюдала и ревнивые переживания: при первом — идеи ревности носили навязчивый характер и не сопровождались грубостью, агрессивностью, а являлись выражением собственной неполноценности, ущербности больных, при втором — они отличались относительной правдоподобностью и редко носили нелепый характер. Во всех случаях постоянно сохранялась паранойяльная готовность к бредообразованию.

С. П. Позднякова (1972) обнаружила в преморбиде у больных хроническим алкоголизмом психопатические особенности, характерные для паранойяльных и астенических

5*

67

психопатов. Кроме того, автор наблюдала два последовательно сменяющих друг друга бредовых состояния: сверхценные и паранойяльные бредовые идеи ревности, отношения, отравления. При сверхценных идеях ревности в трезвом состоянии возможна временная коррекция нелепых ревнивых подозрений и идей отношения. Однако после дву кратого повторения подобных обострений происходит перс растание сверхценных идей в бредовые и формируется паранойяльная бредовая структура.

Из приведенных работ видно, что все авторы придаю! основное значение роли преморбидных особенностей в ге-незе паранойяльного бредообразовання

Анализ клинического материала позволил выделить два варианта (механизма) паранойяльного развития: первый— характеризуется поэтапным, более сложным формированием психопатологической паранойяльной структуры, вюрой — отличается большей динамичностью и подвижностью паранойяльных ревнивых переживаний и возникает после перенесенных острых алкогольных психозов (делирий, галлюциноз, параноид). В преморбнде у больных с паранойяльным развитием личности при хроническом алкоголизме статистически регистрировались такие особенности характера, как упрямство (30,95%), переоценка личности (29,72), эгоистичность (28), злопамятность (2,77%). Паранойяльное развитие наблюдалось при длительном злоупотреблении спиртными напитками, когда под влиянием интоксикации и возникшей на этой почве длительной конфликтной ситуации создавался определенный эмоциональный фон с повышенной раздражительостью и вспыльчивостью (47,6%), склонностью к дисфориям (40,6) и истерическим реакциям (38,83%). Вместе с тем наибольший риск начала паранойяльного развития личности с бредом ревности при хроническом алкоголизме отмечался на фоне более глубоких преморбидно-личностных сдвигов, качественно отличающихся от предыдущих, сформировавшихся у больных с паранойяльными реакциями. В целом для паранойяльного развития личности при хроническом алкоголизме более специфичны следующие радикалы: подозрительность (51,70%), настороженность и тревожность (46,21), повышенная ревнивость (33,88), мнительность и впечатлительность (10,79%). Среди выявленных премор-бидно-иаранойяльных радикалов наибольшее весовое значение имеют подозрительность (R = 2,80), настороженность и тревожность (/? = 1,73). Приведем следующее клиническое наблюдение.

Больной Г., 46 лет, находился на стационарном лечении в течение 4 месяцев.

Анамнез Наследственноегь не отягощена В детстве ничем нс болел, развивался нормально. После армии работал шофером. По характеру высокомерен, эгоистичен, упрям. В 1950 г. женился. Жену характеризует спокойной, уравновешенной, несколько замкнутой. Половое бессилие у себя отрицает. Алкоголь употребляет с 18-летнего возраста, последние 8 лет злоупотребляет им. Ежедневно после работы выпивал с товарищами по 200—300 г водки. Пьянел быстро. За последние 3—4 года стал раздражительным, вспыльчивым, настороженным, подозрительным, впечатлительным. Болезненно реагировал на малейшие шутки окружающих, застревал на семейных мелочах. Начал высказывать идеи ревности по отношению к жене., В пьяном состоянии часто приходил к ней на работу (она работает продавцом), осматривал магазин, находил места, «подходящие для сожительства», устраивал скандалы. Назавтра просил прощения у жены и говорил, что он плохо помнит события прошедшего дня. Спустя два года стал высказывать идеи ревности и в трезвом состоянии. Ревновал жену к соседям, своим товарищам. На этой почве в семье часто возникали конфликты. С 1970 г. стал упрекать жену в сожительстве со многими мужчинами, считал, что у нее «десять любовников». Приходил к ней на работу, прятался за углом и следил, кто заходит в магазин. Видел, как жена «сигнализировала» мужчинам о его приходе Проверял ее белье, находил «подозрительные» пятна. Требовал от жены признания в измене. Становился агрессивным, чрезвычайно подозрительным, опасался, что жена со своими «любовниками» расправится с ним По ночам спал плохо. На работе всем рассказывал, что жена «сошла с правильного пути», изменяет ему с его сослуживцами. Нередко расспрашивал последних о том, как они сожительствуют с его женой. Подал заявление на развод, и суд их развел. После этого оставил семью и перешел к брату. Брат заметил странности в его высказываниях и обратился к психиатру

Соматическое состояние. Со стороны внутренних органов патологии не выявлено.

Неврологическое состояние. Без отклонений от нормы.

Психическое состояние. В беседу вступает легко, многоречив, держится с достоинством Анамнестические сведения сообщает последовательно, но быстро перескакивает с одной темы разговора на друг\ ю. Мышление ускоренное. О положении в семье рассказывает обстоятельно. Сразу же сообщил всему персоналу, а также окружающим, что жена ему изменяет в течение многих лет, и только сейчас он смог в этом убедиться Говорит, что после свадьбы жена изменила ему с киномехаником, затем с завхозом, завучем школы, слесарями, а с зета 1971 г сняла квартиру у одного старика и там ежедневно встречалась с 8—10 таксистами. Он «замечал», что таксисты при виде его перемигивались и улыбались. «Я чувствовал измену жены по ее поведению и отношению ко мне В последнее время она стала менее ласковой, холодной, часто отказывала в близости В общем, жена стала переходить из рук в руки. Я боюсь ее любовников, так как они недоброжелательно относятся ко мне».

В отделении больной внешне был спокоен, всем, кто был готов его слушать, рассказывал об изменах жены С гордостью говорил о том, что оставил ее, характеризуя ее «аморальной», «распущенной» Обстановкой не тяготился, считал себя вполне здоровым. С женой отказывался беседовать, так как «они разведены и им не о чем го-норить» После неоднократных бесед с врачом успокоился, стал выходить на свидание к жене, но встречал ее недоброжелательно, просил больше не приходить. Заявлял, что никогда не будет с ней жить. Был убежден в ее измене.

При экспериментально-психологическом исследовании у больною выявлены снижение памяти, конкретность мышления и умеренная общая интеллектуальная шранпченность.

После лечения инсулином (гипогликемии), трифтазином (60 мг/сут) настроение нормализовалось, меньше стал говорить о взаимоотношениях с женой. Более приветливо встречал ее, разрешил ей вновь прописать его к себе. Появилась частичная критика к своему состоянию. Допускал, что ему могло показаться. Был выписан домой в сопровождении жены.,

Диагноз: хронический алкоголизм, II стадия (водочный), непрерывное пьянство; паранойяльное развитие личности с бредом ревности.

Катамнез. После выписки устроился на работу слесарем. Вновь стал употреблять спиртные напитки «Замечал», что жена продолжает сожительствовать с другими мужчинами. Ушел от нее и живет одни Говорит, что в настоящее время следит за супругой, наказал сыновьям,чтобы они за ней наблюдали Рассказывает, что жена после работы не идет домой, а заходит к одной старухе, там ее «притон», где она встречается с таксистами. Повествует об этом свободно, с большой гордостью подчеркивает, что он всегда был честен, много сделал для жены, а она продолжает заниматься «грязными» делами. В ходе беседы наблюдались алкогольный юмор и снижение критической оценки.

В преморбиде у этого больного отмечались отдельные психопатические особенности характера (переоценка ли i-ности, эгоистичность, упрямство). Под влиянием алкогольной интоксикации они стали усугубляться, возникли высокая аффективная напряженность, застойность и инертность аффективных проявлений. Наряду с этим появились и новые симптомы — повышенная впечатлительность, за-стреваемость на мелочах, подозрительность, настороженность и тревожность. На указанном измененном фоне легко возникали идеи ревности, которые постепенно генерализовались, систематизировались и достигли бредовой системы.

Приобретенные особенности характера и бредовые идеи ревности в дальнейшем, опять-таки под влиянием алкогольной интоксикации, становятся постоянными чертами характера и не исчезают даже при прекращении приема алкоголя. Все это указывает на стойкость образовавшейся структуры, что дает нам право говорить о паранойяльном развитии личности с бредом ревности.

Анализ клинических наблюдений больных первой группы показал, что в преморбиде у них обнаруживались отдельные психопатические особенности характера разной степени выраженности. Однако в момент исследования трудно было разграничить первичные личностные особенности от приобретенных, так как алкогольная интоксикация довольно глубоко изменяла характерологический рисунок. Вместе с тем удалось установить определенный личностный преморбид с повышенной раздражительностью, капризностью, эгоистичностью, упрямством, склонностью к дисфорическим реакциям и созданию конфликтных ситуаций.

Длительная алкогольная интоксикация (от 11 до 20 лет) не только видоизменяла характерологические особенности личности, но и приводила к возникновению новых симптомов. Более заметным изменениям подвергалась аффективная сфера. Вначале утрачивалась дифференци-ровка аффекта. В аффективных проявлениях доминировали уже настороженность и тревожность Появившийся в психике больных новый качественный сдвиг (преморбид-но-паранойяльные радикалы) и являлся «благоприятной» почвой для начала паранойяльного развития личности с бредом ревности. Важно подчеркнуть, что преморбидно-паранойяльные радикалы служили движущим моментом начала паранойяльного развития личности, а окончательное формирование паранойяльной структуры шло под влиянием алкогольной интоксикации и психотравмирующей системы.