ДЛЯ ЧЕГО МЫ НОСИМ ОДЕЖДУ?

Наверное, каждый человек, даже ребенок, недавно начавший говорить, удивленно пожмет плечами в ответ на этот вопрос: все знают «зачем» — чтобы было тепло, чтобы было удобно, наконец, потому, что все носят.
Если полистать журналы мод, пройтись вдоль кронштейнов с одеждой и полок с обувью в универмаге, если просто вообразить, вспомнить разновидности одежды, обуви, сумок, шапок, шарфов и шалей, поясов, носков и чулок, то наверняка ответ усложнится, «Чтобы было тепло» — да. «Чтобы было удобно» — да. «Потому что все носят» — тоже совершенно верно, но... В этой части ответа есть уже некоторая расплывчатость, неопределенность. Что значит «все носят»? Все носят, а ты не носи — сегодня душно, жарко. Ну оберни «чресла» каким-нибудь куском ткани да ступай на улицу, догони автобус, спустись в метро, войди в аудиторию, в цех, в канцелярию! Нет. Невозможно. Дрожь пробирает от одной мысли.
Был однажды такой случай. Группа студентов во время
24
летней экзаменационной сессии как-то очень веселилась, озорничала, и двое молодых людей поспорили. Один был с актерского факультета театральной студии, другой — филолог. Будущий артист уверял, что может все что угодно сделать на людях (это ему казалось главным в будущей профессии). А филолог поставил свою стипендию, если актер пройдет в одних бельевых трусах от метро «Площадь Революции» до Большого театра (одно из самых многолюдных мест в Москве). И проиграл стипендию, так как актер, раз* горяченный «болельщиками», прошел этот путь. Его никто не остановил, никто не сказал ни одного слова (может быть, несколько старушек ахнули от удивления). У колоннады наконец к нему подошел милиционер. Оштрафовать, арестовать? Нет — спросить, не нужна ли помощь: он решил, что с человеком что-то случилось — обокрали, выбежал из горящего помещения или еще что-нибудь в этом роде. Тем более, что лицо молодого человека говорило о страшном напряжении — глаза горели, а щеки были серо-белыми, губы сжаты, руки как-то суетливо двигались, стремясь прикрыть тело. Инцидент был благополучно исчерпан. Милиционер, сам молодой, посмеялся вместе со студентами, когда они ему объяснили, что это — пари. Но актер весь вечер был не так весел и остроумен, как обычно, хотя пытался восстановить свое душевное равновесие. Это, видимо, было нелегко.
Отношение человека к самому себе гораздо прочнее связано с одеждой, чем нам подчас кажется. Вот, например, на фронте молодые люди немного переделывали военную форму по моде тех лет: подставляли «подплечики»; девушки укорачивали юбки, сминали, укорачивали сапоги «гармошкой», прилаживали пилотки и фуражки к лицу — в каждом блиндаже был хоть осколок зеркала. Странно, казалось бы, на фронте думать о своей внешности: вокруг снаряды, и бомбы рвутся, смерть и увечье грозят, до длины ли юбок тут? Но пока человек жив, он, осознавая себя человеком, беспокоится о своем внешнем виде и, подчас неосознанно, о настроении и состоянии других, с кем он делит опасности, нелегкий военный труд.
Б. Блинов, мастер-закройщик высшего класса, в своей книжке «По одежке встречают...» приводит интересный факт. «...Недавно я узнал о довольно любопытном эпизоде из жизни Ф. Э. Дзержинского.
25
Феликс Эдмундович был арестован царской охранкой. В тюремной камере, куда его поместили, сидели двое ребят- гимназистов. Мальчиков арестовали за издание рукописного литературного журнала, в котором инспектора гимназии и полиция усмотрели крамолу. Четырнадцатилетние ребята, дети из состоятельных семейств, совсем пали духом. Целыми днями валялись на нарах. Одежда их была помята.
В первое же утро Дзержинский разбудил мальчиков:
—   На зарядку!
Соседи недоуменно посмотрели на Феликса Эдмундовича.
—  Подымайтесь, подымайтесь, — поторапливал оп удивленных ребят.
После гимнастики Дзержинский сказал повеселевшим гимназистам:
—  Теперь нужно привести в порядок себя и свою одежду. Запомните: настоящий человек должен и в тюрьме оставаться человеком... И стал обучать ребят испытанным в ссылках способам^ как обходиться в этих случаях без утюга».
Внешний вид, а значит, и одежда играют большую роль в самосознании человека, в его настроении, поведении, в поддержании чувства собственного достоинства. К сожалению, у нас в быту, да подчас и в процессе воспитания детей, подростков, молодежи, чаще говорят о моде, чем об облике человека в неразрывной связи его внешнего вида и внутреннего содержания.
«По одежке встречают...»
Нет такой книжки, даже статьи или заметки, где, говоря о моде вообще или об одежде, не вспомнили бы поговорку: «По одежке встречают, по уму провожают». Известна она всем, а толкование ее может быть многогранным. Например, можно так: все равпо в конечном итоге судить будут по уму, так что значение одежды вторично. А можно и с другой стороны: смотри, чтобы не разочаровались, надо и внешним обликом представить себя достойно.
Новое общество, строительство которого началось в нашей стране после октября 1917 года, отменив неравенство, отнюдь не отменило общего назначения одежды в жизни че
26
ловека. Напротив, оно немало приложило и прикладывает сегодня усилий, чтобы сделать одежду всех людей, без различия должностей, дохода, образования и т. п., красивой, разнообразной, соответствующей требованиям самих людей и общества в целом по отношению к каждому человеку. Обычай носить одежду сохранился, но содержание его значительно изменилось.
Содержание обычая носить одежду связывает ее форму, ее применение, вообще отношение к ней с самосознанием человека и его пониманием общественных связей, личной ответственности и места каждого человека в системе этих связей. Люди работающие, трудолюбивые и обладающие чувством собственного достоинства вне зависимости от общественного положения одевались хорошо и всегда придавали этому должное значение. Достаточно вспомнить портреты крестьянских девушек работы художника Венецианова, русский (да и любых других народов) национальный костюм, нарядные варианты которого остаются образцами красоты и высокого вкуса для наших современников.
Замечательная советская актриса М. И. Бабанова вспоминала, как (еще до революции) аккуратно, красиво, даже элегантно одевался ее отец — квалифицированный рабочий- токарь одного из московских заводов. Он не был франтом, тем более мотом, но имел основания уважать себя, что и отражалось, в частности, в его костюме, манерах. И окружающие получали вполне справедливое о нем представление уже «по одежке».
Каждому новому поколению предстоит в свое время и в определенной исторической обстановке осваивать традиции, обычаи и общепринятые нормы. Конечно, легче, быстрее усваивается внешняя сторона, ее очевидные приметы, детали. Труднее проникнуть во внутренние закономерности, содержание, взаимосвязи, предопределяющие внешнюю форму. Для молодежи в этом случае очень важна окружающая среда, ее критерии, поступки, идеалы, воплощенные в наглядных примерах, не нарочито-назидательных, а в естественно происходящих событиях обыденной жизни. Если семья но дает таких примеров или то, что происходит в семье, резко расходится с постулатами воспитателей (в детском саду, в школе, училище и т. д.), заметную роль может играть коллектив, группа сверстников, молодежная компания, подающая хорошие, т. е. с правильной ориентацией, примеры.
Ну а если нет такой компании, если коллектив оказался дезориентированным, расколотым, не монолитным в своих нравственных ориентациях? Главное и при этих и при других, даже самых благоприятных, обстоятельствах — собственная работа ума и сердца, внимание к своим чувствам, порывам, ощущениям и постоянное наблюдение жизни окружающих людей. На эту самостоятельную работу — самая большая надежда, она, как правило, выводит на верный путь оценок, помогает глубже, крепче усвоить отличие хорошего, настоящего от поддельного, плохого, неправильного.
Устаревшие, изжившие себя и вредные обычаи особенно часто сохраняются в среде людей, не обремененных высоким уровнем сознания, не затрудняющих себя формированием собственных взглядов, проникновением в суть явлений жизни. Как правило, они избирают самую легкую позицию: бездумное, неразборчивое подражание.
Обычаями практически обставлена вся наша жизнь. Они вносят определенный порядок в наши взаимоотношения. Если обычай соответствует сути той жизни, в которой он бытует, если он не отстал, не «уводит» людей в сторону от реально существующих условий и общепринятых форм общения, то такой обычай стоит сохранить, стоит передавать его по наследству. Но если обычай, тем более традиция, отстал от времени, то, по словам К. Маркса, такие «традиции... тяготеют, как кошмар, над умами живых»'. В. И. Ленин указывал, что укоренившиеся привычки, которые поддерживали капитализм, оказалось невозможно разбить сразу: «Сила привычки миллионов и десятков миллионов — самая страшная сила»1 2. Привычка — часть психологии людей, а переработка психологии, говорил В. И. Ленин, «...есть дело, требующее поколений»3.
Традиция подменять одеждой высокие духовные ценности, кичиться ею, утверждать с ее помощью свое превосходство над другими людьми — ушла. Ее сменила новая, смысл которой, основа — уважение к труду, к тем, кто трудится, кто трудом зарабатывает и по труду потребляет. Здесь нет