3.2.2.1. Ситуационно спровоцированные действия
Опасные действия психически больных. Психопатологические механизмы и профилактика, Мальцева М.М., Котов В.П., 1995

Негативно-личностные механизмы ООД

Частота, %

1. Ситуационно спровоцированные действия    19,8

эмоциональная бесконтрольность    10

интеллектуальная несостоятельность (неспособность принять правильное, логичное решение)    4,7

повышенная внушаемость и    подчиняемость 4,2

2.    Инициативные действия    64,3

извращенность и расторможенность влечений    28,8

псевдосоциальная гипер активность    0,7

дефицит высших эмоций    34,9

3.2.2.1. Ситуационно спровоцированные действия

Психопатологические расстройства, приводящие к ООД,. у больных первой группы не являются непосредственным побуждающим фактором. Побуждение исходит из ситуации, возникающей объективно, независимо от желания больного, или косвенно обусловленной его нарушенным поведением. В аналогичных условиях у психически здорового человека обычно возникают такие же побуждения, однако способность к критической оценке ситуации, своего поведения, к прогнозированию дальнейшего хода событий, сохранность интеллекта, волевой сферы и сдерживающих механизмов позволяют ему избежать поступков, которые могли бы иметь неблагоприятные последствия и, в частности, представлять опасность для общества. Имеющаяся психическая неполноценность в таких случаях делает больного неспособным противостоять тем или иным импульсам из внешней среды и, следовательно, уязвимым в отношении опреде-

.ленных ситуаций. Если такой больной случайно или в результате целенаправленных действий окружающих (психиатрической службы) не встречается с провоцирующим фактором, последний исключен из среды обитания больного, он может никогда не совершить ООД. Если же пациент постоянно сталкивается с ситуацией, включающей в себя провоцирующий момент, он может совершать опасные действия систематически, что создает несоответствующее действительности впечатление о его чрезвычайной опасности и высокой антисоциальной активности. Все это позволяет высказать мнение о том, что, во-первых, общественная опасность такого рода может быть эффективно предупреждена, а, во-вторых, профилактические меры должны носить в таких случаях главным образом социальный характер с направленностью на изменение среды и условий, в которых находится больной. Очевидно, именно такого рода больные известны тем, что безукоризненно ведут себя в течение сколь угодно длительного пребывания в стационаре, производят впечатление психически сохранных и не нуждающихся в интернировании, но по выписке, вновь столкнувшись с провоцирующими обстоятельствами, немедленно совершают асоциальные и опасные действия.

Наиболее распространенным вариантом ситуационно спровоцированных ООД являются деликты, связанные с эмоциональной бесконтрольностью (10,9%)- Наиболее часто при этом мы имеем дело с повышенной возбудимостью, однако не в обычном ее варианте, столь свойственном целому ряду пограничных состояний, а в сочетании с выраженными негативными расстройствами, делающими больного неспособным отдавать себе ответ в своих действиях и руководить ими. Наряду с возбудимостью и несдержанностью больные могут руководствоваться в своих поступках и другими эмоциями: жалостью, состраданием, своеобразной добротой, стремлением во что бы то ни стало оказать помощь кому-то из окружающих, что, однако, значительно реже приводит к действиям криминального характера. Деликты такого рода совершаются обычно в ситуации конфликта и являются агрессивным выражением негативных эмоций. В зависимости от формы, направленности и выраженности агрессии ООД приобретают неодинаковое конкретное содержание и квалифицируются по разным статьям уголовного кодекса, от убийства и нанесения телесных повреждений до хулиганства и ос-

корбления личности. Существенно облегчает реализацию таких действий алкогольное опьянение, в силу чего недопущение пьянства таких больных является одной из эффективных профилактических мер.

Больные с рассматриваемым вариантом ООД совершили в 8,3% наблюдений убийства, в 5,8% — нанесение телесных повреждений, в 58,6% —хулиганские действия. Количество повторных действий достигает 41,4%, причем в 8,1 % за время наблюдения было совершено 2 правонарушения. Представляет интерес клинико-психопатологическая характеристика этих больных. В большинстве случаев (74,8%) имели место психопатоподобные состояния с повышенной поведенческой активностью, но, кроме того, было небольшое количество больных с явлениями слабоумия (8,1%), в том числе олигофренной структуры (3%), а также психоорганический синдром (4%). В нозологическом отношении преобладание больных шизофренией здесь было не столь значительным (45,5%,), в 32,3% диагностировано органическое заболевание ЦНС, по 8,1% пришлось на глубокую психопатию и эпилепсию. Характерным для данной группы является следующее наблюдение.

Наблюдение 14. П. М. И., 55 лет, обвинялся в хулиганских действиях.

Раннее развитие без особенностей. Своевременно начал учиться. По характеру был спокойным, общительным. Участвовал в Великой Отечественной войне. Перенес контузию и ранение головы, после чего у него некоторое время отсутствовали слух, речь, были «какие-то припадки», 2 года лечился в госпитале. Изменился по характеру, стал раздражительным, вспыльчивым, беспокоили головные боли; перенес повторное черепно-мозговое ранение с повреждением правой теменной кости. После длительного лечения имел вначале I, а затем II группу инвалидности, периодически выполнял неквалифицированную работу. С 30 лет злоупотребляет алкоголем. Неоднократно привлекался к уголовной ответственности за бродяжничество, хулиганство. Судебно-психиатрической экспертизе при этом не подвергался. Состоит на учете психоневрологического диспансера, неоднократно стационировался в психиатрические больницы с диагнозом «травматическая энцефалопатия, эксплозивная форма, хронический алкоголизм». В выписках из историй болезни отмечаются эмоциональная лабильность, раздражительность, повышенная утомляемость, значительное снижение памяти, конкретность мышления. В то же время указывается, что в условиях отделения он вел себя упорядоченно, в конфликты не вступал, подчинялся режиму, участвовал в трудовых процессах. В промежутках между стационированиями больной начинал вновь употреблять алкоголь, приводил в дом посторонних людей, был неопрятен. В связи с этим в квартире сложилась конфликтная обстановка, на которую он реагировал крайне болезненно: при малейшем замечании

129

9 Заказ № 1105

со стороны матери или соседа становился злобным, оскорблял их, угрожал побоями, замахивался. Последний раз он выписан из психиатрической больницы за месяц до правонарушения с диагнозом «травматическая энцефалопатия с нарастающим слабоумием, алкогольным отягощением, эксплозивный вариант». Вскоре больной возобновил употребление алкоголя и прежний образ жизни. Находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ответ на очередное замечание соседа внезапно набросился на него, стал наносить ему удары руками, а затем и ногами, пытался его душить. При этом, по словам свидетелей, он был весь красный, глаза налились кровью, тяжело дышал, хрипло выкрикивал одно слово «убью!». С трудом был связан прибежавшими на шум соседями. При проведении судебно-психиатрической экспертизы обнаружено следующее. Нижняя челюсть деформирована, костный дефект в левой теменной области. Со стороны внутренних органов грубых патологических изменений не выявлено. Нервная система: слабость конвергенции, правая глазная щель шире левой, сглажена правая носогубная складка, девиация языка вправо. Сухожильные рефлексы слева выше, чем справа, брюшные высокие, слева выше. В позе Ромберга неустойчив, пальценосовую пробу выполняет с промахиванием, тремор пальцев рук. Лабильность пульса, стойкий красный дермографизм, гипергидроз, акроцианоз.

Психическое состояние: больной охотно вступает в беседу, однако сведения о себе сообщает сбивчиво, бестолково, путает последовательность событий личной и общественной жизни, неправильно их датирует. Не может рассказать об обстоятельствах, связанных с получением им ранений, и последующих госпитализациях. Дает нелепое объяснение неоднократным пребываниям в психиатрических больницах, говорит, что «рвал документы, а без них нельзя жить дома». Испытуемый эмоционально лабилен, аффективно неустойчив однако легко успокаивается, уверяет врача, что знает «норму поведения в больнице». Отмечает, что чувствует себя гораздо лучше в больнице, где персонал к нему хорошо относится, «не выходит из себя». При расспросах о взаимоотношениях с матерью, соседом становится напряженным, заявляет, что мать не любит его, сосед постоянно придирается без всяких оснований. В сложившейся конфликтной ситуации винит соседа, а не себя, в своем поведении не видит ничего особенного. Вместе с тем сожалеет о случившемся, говорит, что, когда его разозлят, то «нельзя попадать ему под руку», а сосед «специально» изводил его. Просит назначить ему успокаивающее лечение. По данным экспериментально-психологического исследования мышление обстоятельное, ригидное, вязкое, конкретно толкует смысл пословиц и поговорок, переносного смысла их не улавливает. Память снижена как на текущие, так и на прошедшие события, не может запомнить имени лечащего врача. Не понимает цели обследования, критические способности нарушены.

Комиссия пришла к заключению, что у П. травматическое поражение головного мозга с выраженными изменениями со стороны психики, осложненное хроническим алкоголизмом. Признав его невменяемым, рекомендовала принудительное лечение в психиатрической больнице общего типа.

В данном наблюдении речь идет о довольно тяжелой повторной черепно-мозговой травме со значительными

психическими нарушениями, возникшими после нее, а в дальнейшем давшими неблагоприятную динамику. Определенную роль в этом отношении сыграли присоединившиеся вредности в виде хронической алкогольной интоксикации, а также возрастных сосудистых нарушений. Центральное место среди психических расстройств занимают характерные для психоорганического синдрома интеллектуально-мнестические нарушения (достигшие за последние годы степени органической деменции), а также не менее типичные эмоциональные расстройства в форме аффективной неустойчивости и взрывчатости с соответствующим вегетососудистым сопровождением. В нарастающем нарушении социальной адаптации существенное значение имеет и прогрессирующее слабоумие с явлениями анозогнозии и утратой критических способностей и не поддающаяся коррекции алкоголизация. Все это способствовало возникновению реальной конфликтной ситуации, которая явилась почвой для совершения больным общественно опасных действий. В механизме этих деяний наиболее существенная роль принадлежит повышенной эмоциональной возбудимости, которая не корригируется больным вследствие недостаточности сдерживающих механизмов, неспособности осмыслить ситуацию в целом, отсутствия достаточно критического отношения к своему поведению и способности к самоконтролю. Вне этой достаточно определенной ситуации, предъявляющей повышенные требования к регулированию эмоциональных реакций, как видно из истории болезни, особой склонности к опасному поведению больной не обнаруживает. Опытный персонал психиатрических учреждений легко обходит «острые углы» и избегает аффективных вспышек со стороны больного. Очевидно, и профилактика ООД в данном случае должна идти, с одной стороны, по пути урегулирования конфликтной ситуации и выработки щадящего отношения к больному со стороны окружающих, с другой стороны, по линии стабилизации аффективных проявлений путем устранения алкоголизации и проведения соответствующей терапии.

Опасные действия, совершенные в связи с интеллектуальной несостоятельностью в определенной ситуации, требующей разумной оценки обстоятельств и принятия логичного решения, имели место в 4,7 % наблюдений. Больные, казалось бы, не представляющие опасности, не склонные к конфликтам и каким-

либо асоциальным действиям, хорошо адаптированные к обычным жизненным обстоятельствам, оказавшись в усложненной обстановке, перед задачами, выходящими из круга повседневных забот, не могут самостоятельно найти оптимальный выход из положения и предпринимают действия, представляющие общественную опасность. Классической моделью такого поступка является пример, приведенный в одном из руководств по судебной психиатрии, когда слабоумный больной, желая согреться во время ненастной погоды, развел костер внутри помещения, что послужило причиной пожара. Очевидно, что поступки такого рода связаны с неспособностью охватить ситуацию в целом, предвидеть не только прямые, но и побочные последствия своих действий, прогнозировать развитие событий. Психопатологически во всех случаях такого рода имеет место интеллектуальная недостаточность, однако не всегда она возникает в рамках синдромов собственно слабоумия (деменция и умственная отсталость 83,7%), иногда встречаются и другие синдромы, чаще всего с преобладанием негативных расстройств (шизофренические изменения личности, психоорганические 7%), но иногда и психотические (параноидный). В соответствии с этим и нозологический состав таких больных будет несколько иным. Здесь отмечается относительное преобладание органических поражений мозга (41,9%), олигофрении (13,9%), однако и число больных шизофренией остается довольно высоким (30,2% ), в основном за счет дефектных состояний. Относительно своеобразен и характер ООД этих больных. Обращают на себя внимание меньшее количество агрессивных действий при сравнительно большом бродяжничества (32,6%) и уклонения от уплаты алиментов (23,3%). Определенное количество повторных правонарушений (37,2%) говорит о стойкости и, возможно, фиксированности данного механизма ООД у отдельных больных. Характерна следующая история болезни.

Наблюдение 15. Е. Т. Т., 19 лет, обвинялся по ст. 206, ч. Ill УК РСФСР в хулиганских действиях.

Отец злоупотреблял алкоголем, рано умер. Больной отставал в раннем развитии, поздно начал ходить, говорить. Перенес ряд детских инфекций в тяжелой форме. Рос слабым, тихим, предпочитал общаться с девочками. Из-за отставания в развитии учиться начал лишь с 9 лет, однако успевал плохо, не усваивал школьную программу. В связи с этим и с появившимися трудностями поведения был направлен на обследование в психиатрическую больницу,


где отмечались низкий интеллект, ослабленная память, задержка речевого развития, затруднения в осмыслении нового, а также двигательная расторможенность, суетливость, возбудимость, конфликтность. Был поставлен диагноз олигофрении и рекомендовано обучение в школе для умственно отсталых, где он в последующем и учился. В более старшем возрасте стал груб с матерью, агрессивен, требовал у нее денег на развлечения. Неоднократно лечился в психиатрических больницах в связи с психопатоподобным поведением. После смерти матери был помещен в детский дом, откуда совершал побеги.

Последний раз находился в психиатрической больнице за год до правонарушения. При этом наряду с низким интеллектом и недостаточной критикой отмечалось, что он стал спокойнее, соблюдал режим, помогал ухаживать за больными. После выписки жил самостоятельно в квартире матери, успешно справлялся с подсобной работой на производстве, сослуживцы взяли шефство над ним и помогали в самообслуживании и бытовых вопросах. Однако один из рабочих систематически дразнил больного, смеялся над ним, пугал различными наказаниями за якобы допускаемые им оплошности и проступки, иногда наносил побои. Больной эти насмешки принимал всерьез, был запуган ими, боялся этого рабочего. За несколько дней до правонарушения последний стал говорить больному, что за якобы допущенный брак в работе его должны наказать и, возможно, уволить. Больной очень переживал из-за этого, так как любил работу и дорожил ею, он расспрашивал о ситуации других рабочих, просил защитить его от администрации, иногда плакал. Насмешки и угрозы со стороны этого рабочего продолжались и в день правонарушения. Неожиданно больного пригласили по случайному поводу в отдел кадров. Он решил, что его будут увольнять, крайне встревожился, стал с причитаниями метаться по помещению. В это время кто-то сказал ему, что в его личном деле лежит докладная, которая является причиной всех неприятностей. Когда больной вошел в отдел кадров и ему протянули анкету для заполнения, он схватил свое личное дело и стал рвать его, затем пытался наброситься с ножом на сотрудницу.

При обследовании во время стационарной судебно-психиатрической экспертизы обнаружено диспластическое телосложение, конечности непропорционально короткие. Со стороны внутренних органов выраженных патологических изменений не выявлено. Неврологическое состояние: не доводит глазные яблоки кнаружи. Сглажена левая носогубная складка. Сухожильные рефлексы справа выше, чем слева, брюшные снижены. Стойкий красный дермографизм. При исследовании глазного дна, на рентгенограмме костей черепа патологических изменений не обнаружено. Заключение невропатолога: остаточные явления раннего органического поражения головного мозга.

Психическое состояние: рот полуоткрыт, речь дизартричная. Несколько подавлен, неохотно вступает в беседу, запас слов беден. Сведения о себе сообщает непоследовательно, с трудом вспоминает основные даты своей жизни, заинтересованности в беседе не проявляет, утверждает, что психически здоров. О правонарушении говорит с заметным волнением. Объясняет, что очень боялся потерять работу, так как не смог бы иным путем обеспечить свое существование. Говорит, что, когда его вызвали в отдел кадров, был полностью уверен, что его уволят. Считал, что, если он сейчас же не примет каких-то мер, в дальнейшем будет поздно и он останется без работы. Крайне растерялся и легко поверил, что, если бы в личном деле не было докладной о его нарушении, отдел кадров не вспомнил бы о нем и все бы осталось по-прежнему. Именно этим объясняет свою попытку уничтожить личное дело. Соглашается, что поступил неправильно, но до сих пор убежден, что ему действительно грозило увольнение. С ненавистью вспоминает о своем обидчике, говорит, что он злой и жестокий. В отделении малообщителен, незаметен, в то же время бывает злобен, негативистичен, конфликтен. Никаких интересов не проявляет, пребыванием в отделении не тяготится. Охотно работает в мастерской, помогает в уборке помещения. Суждения крайне примитивные, конкретные. Не может объяснить смысл простейших образных выражений, общеизвестных пословиц и поговорок. Запас знаний и представлений низок. Испытывает затруднения, допускает ошибки при выполнении простых арифметических действий. Имеется частичное сознание своей неполноценности, но ситуацию в целом оценить не может. Экспериментально-психологическое обследование подтвердило наличие выраженных интеллектуальной недостаточности и эмоционально-волевых расстройств.

Экспертная комиссия пришла к заключению о наличия олигофрении в степени выраженной дебильности, признала его невменяемым и рекомендовала принудительное лечение в психиатрической больнице общего типа.

Анамнез и клиническая картина достаточно характерны для олигофрении, развившейся, видимо, на почве органического поражения головного мозга. Одной из существенных особенностей данного наблюдения являются снижение волевой активности (появившееся после ги-пердинамии в детстве) и астенические признаки. Это проявлялось в неуверенности в себе, зависимости от окружающих, боязни перемен, склонности к стереотипному образу жизни, а также в легко возникающей растерянности, неспособности принимать решения. Критическая ситуация объективно не существовала. Ее возникновение было обусловлено психической несостоятельностью больного, его некритичностыо и неспособностью самостоятельно оценить объективные обстоятельства. Однако субъективно данная ситуация была грубо травмирующей, ее самостоятельное разрешение оказалось непосильным для ущербной психики больного, Характерной особенностью данной ситуации была ее острота, диктующая необходимость сиюминутных решений и действий. Именно это и вызвало растерянность больного, а затем нелепую агрессию (направленную главным образом против документа, который в его тогдашних представлениях был средоточием зла), объективно неспособную что-либо изменить. Следует подчеркнуть, что, по данным анамнеза и настоящего клинического обследования, больной спонтанно не обнаруживает каких-либо анти-

социальных тенденций, напротив, у него отмечаются черты гиперсоциальности, сочетающиеся с некоторым дефицитом активности. Поэтому данное деяние следует отнести к ситуационно спровоцированным, а в качестве профилактики рекомендовать помещение больного в адаптированные условия путем определения его на специализированное предприятие или создания соответствующей микросреды.

Больные, совершающие ООД в связи с повышенной внушаемостью и подч иняемостыо (4,2%), также обнаруживают общественную опасность лишь в определенной ситуации. Для реализации ООД в данном случае необходима инициатива, исходящая от окружения больного. Характер ООД зависит здесь от намерений и наклонностей лиц, имеющих на него влияние. Сам пациент выступает как один из членов группы, инициативой которой полностью определяется ООД. Нередко в таких случаях заранее формируется определенный замысел, деликт обдумывается и планируется, принимаются меры предосторожности, само деяние носит групповой характер. В этом отношении рассматриваемый вариант обладает некоторыми признаками, характерными для инициативных правонарушений (занимая как бы промежуточное положение между двумя группами негативно-личностных механизмов), с той, однако, разницей, что инициатором ООД является не сам больной, а другой член группы. По характеру ООД могут быть различными, хотя чаще совершаются корыстные правонарушения (50%). В 18,4% имели место хулиганские действия.

Характерна для этого варианта склонность к повторным ООД (52,6%), которая, однако, имеет здесь определенные особенности, обусловленные тем, что повторение опасных действий связано не с характером психопатологического расстройства, а с асоциальной направленностью окружения больного, От психопатологической структуры состояния зависит лишь готовность воспринять это дурное влияние и подчиниться ему. Как видно из катамнестических данных, прекращение опасного поведения некоторых больных связано именно с изменением микросоциальной среды и появлением лидера с положительными социальными установками. В этой группе преобладают состояния со слабостью волевого компонента, астенией. Отмечалось относительное преобладание психопатоподобных синдромов с пониженной пове-денческои активностью (52,6%), сравнительно велик /очт6»! рольных с задержкой психического развития 'Ь'- Соответственно несколько иным будет и нозологический состав больных этого варианта: шизофрения — 47,4 /о, олигофрения — 23,7%, органические пора-

ДНС —18,4%. Рассмотрим характерное наблюдение.

несо?ершеннолетнеИго. ^ С' А' Ю’ '9 Л6Т’ обвинялся в ограблении

ИРЛР!!1авТЬвИСНп“Т^М0Г0 ЛИШена Р0Дительских прав за аморальное по-

хооошие Вр° ЫВаЛСЯ °ТЦ0М И мачехой- Взаимоотношения в семье хорошие. Раннее развитие испытуемого без особенностей, был по-^ ушен, исполнителен. Учился хорошо, принимал участие в общест-

спо^омЖННвп,пяКОЛЫ',чМНОГО ЧИТаЛ' Увлекался рисованием, лепкой, спортом. В возрасте 13 лет во время туристической поездки получил проникающее огнестрельное ранение черепа. В течение длительно ВР6МеНИ Находился в тяжелом состоянии, наблюдался в уте^ нейрохирургии, где ему в дальнейшем ставился диагнозтекущий рубцово-спаечный процесс правой затылочной области с заинтересованностью правого мосто-мозжечкового угла Предпола-tvpmk!5 оперативное лечение, от которого родители отказались Испытуемый после травмы с большим трудом окончил! 8 классов не cv-

электпикя1, Г™6™ В техникуМ’ обучался в ПТУ по специальности электрика. У него ухудшились память, сообразительность быстро утомлялся, жаловался на головные боли. Изменился и характер-стал вспыльчивым, раздражительным, непослушным, иногда бездеятельным и вялым, легко попадал под влияние подростков с асоци-;;;ГМВ каденциями. В их обществе стал употреблять алкоголь,

’ ЧТ° °Н *Не хуже их*- Нигде не Работал, ничем не ересовался, стал враждебен к родственникам, к их мнению перестал прислушиваться. Старался быть похожим на приятелей

пГГп "ГДЧТЛСЯ ИМ’ П° ИХ наУщению брал из дома различные вещи, деньги. В состоянии опьянения участвовал в драках, неоднократно доставлялся в отделение милиции. В день правонарушения испытуемый находился в компании приятелей, а когда один из лидеров потребовал, чтобы он отобрал деньги у школьника, выполнил его указание.

При проведении стационарной судебно-психиатрической экспертизы физическое состояние без особенностей. Нервная система- выражен нистагм, левое глазное яблоко отклонено кнаружи, сглажена носогубная складка, язык при высовывании отклоняется влево сухожильные рефлексы справа выше, чем слева, пошатывание в позе Ромберга. Заключение невропатолога: органическое поражение ДНС, травматической этиологии, текущий рубцово-спаечный процесс в мозговой ткани.    -

Психическое состояние: подавлен, немногословен, сведения о себе сообщает достаточно последовательно, но старается умолчать о фактах, характеризующих его отрицательно, психически больным себя не считает, заявляет, что у него «все нормально». Вместе с тем сообщает, что после получения травмы у него часто бывают головные боли, при перемене положения тела возникают головокружения, «тяжелеет в глазах», появляется тошнота. Он стал хуже переносить жару, духоту, быстро устает при умственной нагрузке,

ухудшились память, сообразительность, «интересы стали не те». Рассказывает, что переживал свою «неполноценность», старался «воспитать выдержку», но со временем это получалось «все хуже», стал «безвольным», легко шел на поводу у окружающих, не мог им противостоять. Говорит, что его приятели «понукали» им, всегда был в «подчиненном» положении и выполнял их требования. Совершенное деяние объясняет тем, что «в компании не было денег, и ребята посоветовали». В отделении подавлен, отгорожен, бездеятелен и безынициативен. Попав под влияние испытуемого наркомана, стал выпрашивать для него транквилизаторы, снотворные препараты. Временами раздражителен, гневлив. Суждения поверхностные, незрелые, легко идет на поводу у собеседника, быстро меняет свое мнение. Память снижена, внимание неустойчивое, истощаем, легко астенизируется. Возможность оценить ситуацию в целом, прогнозировать свои поступки недостаточная. Отмеченные нарушения подтверждены при экспериментально-психологическом исследовании.

Комиссия пришла к заключению, что у С. органическое поражение головного мозга в форме текущего рубцово-спаечного процесса травматического генеза с выраженными изменениями психики, рекомендовала признать его невменяемым и направить на принудительное лечение в психиатрическую больницу общего типа.

В результате тяжелой черепно-мозговой травмы формируется психоорганический синдром с нарастающими эмоциональными и волевыми расстройствами и явлениями психического инфантилизма. Очевидно, в связи с текущим рубцово-спаечным процессом динамика психического состояния неблагоприятна в плане нарастающей психопатизации с усугублением эмоциональных расстройств, слабости волевых задержек, повышенной внушаемости, а также интеллектуально-мнестических нарушений со снижением критических способностей. Повышенная внушаемость проявляет себя в нарастании элементов делинквентности в поведении, полностью обусловленных неблагоприятным влиянием товарищей,, использующих больного в корыстных целях. Она обнаружена и при настоящем клиническом и экспериментально-психологическом обследовании. Опасное деяние не связано с какими-либо стойкими асоциальными установками самого больного, а целиком обусловлено отсутствием возможности выработки собственных моральноэтических целевых установок и его неспособностью противостоять требованиям сверстников, играющих роль отрицательных лидеров.