ГОСУДАРСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ И ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА ПОЛЬСКОГО ФАШИЗМА


ГОСУДАРСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ И ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА ПОЛЬСКОГО ФАШИЗМА

Польша до фашистского переворота 1926 г.

Польша формально является буржуазно-демократической республикой. Но в действительности даже в наиболее «демократический» период — в первые годы существования новой Польши — буржуазная демократия в Польше была весьма ограничена, более ограничена, чем например во Франции и в ряде других европейских стран. До провозглашения новой, фашистской конституции в апреле 1935 г. в Польше формально действовала конституция, принятая учредительным сеймом в марте 1921 г. Конституция 1921 г. была принята в период, когда буржуазия под натиском революционного движения вынуждена была маневрировать и прибегать ^ радикально-демократическим фразам. Это отразилось в формулировках основных пунктов принятой конституции.

Так, в конституции 1921 г. указывается, что «верховная власть» в «Речи Посполитой» принадлежит нации; сейм, сенат, президент, кабинет министров, суд — все они являются лишь «органами власти нации». Труд был прокламирован в конституции как главная основа богатства государства. По конституции труд должен пользоваться особым покровительством государства; устанавливался 8-часовой рабочий день, обещалась широкая социальная поддержка трудящихся, охрана материнства и младенчества, охрана труда малолетних и т. д. Для успокоения крестьянских масс и удовлетво

12-2375

177

рения их требований была обещана широкая аграрная реформа, наделение крестьян землей, причем земля, как таковая, не должна была являться предметом «неограниченных торговых оборотов»; все лица независимо от их национальности, вероисповедания объявлялись равноправными и полноправными гражданами республики; обеспечивалась неприкосновенность личности и т. д. и т. п. Законодательная власть должна была по конституции принадлежать исключительно сейму и сенату, избираемым на 5 лет на основе всеобщего, равного, тайного и прямого избирательного права. Правительство (кабинет министров), назначаемое президентом республики, было ответственно перед сеймом. Довольно широкими правами пользовались и органы местного самоуправления и т. д. и т. п.

Излишне доказывать, что конституция 1921 г. оставалась мертвой грамотой; буржуазия не считалась с ней, нарушала и искажала ее в такой степени, что говорить о действительной демократии в Польше, хотя бы и буржуазной, даже в тот период, когда еще не господствовал в Польше фашистский режим, не приходится. Да как могла осуществляться в Польше более широкая демократия (даже в буржуазных рамках), если в значительной мере еще продолжали существовать остатки полуфеодальных отношений, если польская буржуазия проводила политику жесточайшего национального гнета по отношению к 40% всего населения страны; как можно было совместить демократию с той контрреволюционной и агрессивной ролью, в которой польский империализм видит свое призвание, свою «историческую миссию» быть «барьером», «стражем Европы» от проникновения с востока «красной опасности», быть аванпостом и военным плацдармом для развертывания антисоветских сил международного капитала. Эта роль, которая так противоречит всякой, даже буржуазной, свободе и демократии, привела к такому безудержному росту милитаризма в Польше, к господству такого режима подавления всякой свободы, всякой попытки революционного и освободительного движения, что для демократии не оставалось места. И

178

первым же нарушением демократических свобод со стороны польской буржуазной власти было запрещение легального существования польской компартии почти тотчас же после ее образования.

Еще в так называемый «демократический» период, т. е. до момента осуществления фашистского переворота в Польше в 1926 г., фашистские тенденции уже проявлялись в Польше. Однако развитие фашизма и установление фашистского режима в Польше происходило несколько в иных формах и темпах, чем например в Германии или в Италии. Рабочий класс Польши оказался достаточно сильным, чтобы тормозить развитие фашистской системы, но силы рабочего класса вследствие ряда причин оказались недостаточными, чтобы предотвратить или совершенно приостановить развитие фашизма в Польше.

Когда в первые месяцы существования послевоенной Польши перед польской буржуазией выросла реальная опасность пролетарской революции, когда возникали советы рабочих депутатов в Польше, защитниками и спасителями польской буржуазии явились Пилсудский и поддерживающие его мелкобуржуазные партии, включая ППС (польска партия социалистычна). Польская буржуазия не успела еще к тому времени создать крепкий государственный аппарат со всеми органами принуждения и насилия, который бы она могла направить на подавление революционного движения. Военной силой в Польше в лице польских легионов, созданных во время войны, располагал лишь Пилсудский. Эти силы были направлены против революционного пролетариата. Однако главным орудием, которым пользовалась польская буржуазия для подавления революционного движения, были не войска, а игра на националистических чувствах широких масс мелкой буржуазии и наиболее отсталой части рабочего класса, чувствах,, воспитанных в течение векового национального гнета; демагогия и сеяние иллюзий в отношении будущей жизни в «свободной» Польше также играли немаловажную роль. Главными проводниками'буржуазного национализма и социальной демагогии были ППС и Пилсудский.

12*

17Э

Пилсудский в то время еще пользовался среди широких народных масс ореолом славы «освободителя» Польши, тогда еще не была развеяна легенда о том, что Пилсудский стоит «за народ». ППС — его сторонники— даже входили в советы рабочих депутатов. Но входили они в советы для того, чтобы овладеть ими, направить по ложному пути и обессилить. Чтобы привлечь на свою сторону крестьянство, требовавшее земли, и отвлечь его от революционной борьбы совместно с пролетариатом, буржуазный сейм принял в 1919 г. законопроект аграрной реформы, которая впоследствии, конечно, не была проведена в жизнь.

В особенно грозные для буржуазии и помещиков моменты на сцену выступали так называемые «рабоче-крестьянские» правительства, возглавляемые пепеэсов-цами (членами партии ППС) и представителями кулацкой партии «Пяст» (например правительство пепеэсов-ца Морачевского в начале 1919 г., в момент сильнейшего подъема революционной волны; правительство Витоса, вождя кулацкой партии «Пяст», и Дашинского, лидера ППС, в 1920 г., когда во время польско-советской войны, в связи с успешным наступлением Красной армии, польской буржуазии грозило восстание народных масс). Но как только эти правительства выполняли свою роль предателей пролетарской революции, они сменялись другими, более угодными для польской буржуазии и европейского капитала, правительствами.

Весь этот первоначальный период формирования буржуазной Польши проходит в борьбе буржуазии против опасности пролетарской революции, против революционного движения внутри страны и в захватнических, империалистических войнах вовне. Основным средством буржуазии в этой борьбе является беспощадная расправа с представителями наиболее революционной части рабочего класса, разжигание националистических чувств и сеяние иллюзий среди широких масс трудящихся. Буржуазия в то время была еще слишком слаба для открытого проведения своей политики, а выдвигала на авансцену мелкобуржуазные партии, в первую очередь ППС, которая демагогией и манев

180

рами в конечном итоге добилась победы буржуазии И укрепления буржуазно-помещичьей власти.

В конце 1918 г., после объединения СДП и Л (социал-демократическая партия Польши и Литвы), единственной революционной партии польского пролетариата, и ППС-левицы, образовалась 'коммунистическая партия Польши (в то время КРПП — коммунистическая рабочая партия Польши). Она становится с самого начала своего существования массовой пролетарской партией, возглавившей развертывающиеся по всей стране экономические и политические бои пролетариата города и трудящихся масс деревни против буржуазии и помещиков. Она организует мощные стачки, грандиозные демонстрации, политические кампании в защиту советов и т. д. Она ясно видит стоящие перед пролетариатом задачи — завоевание власти советами, завоевание диктатуры пролетариата. Но КРПП, в то время еще не поборола те остатки люксембургнанской идеологии, которая внесла в нее СДП и Л, и не отделалась еще окончательно от части меньшевистского багажа, внесенного ППС-левицей. Она тогда еще недостаточно владела большевистской стратегией и тактикой, не могла достаточно противодействовать буржуазной националистической демагогии, не емогла осуществить гегемонии пролетариата в революционном движении широчайших масс трудящихся и повести 'за собой крестьянство. Лишь с течением времени в упорной героической борьбе с польским фашизмом, изживая свои слабости, преодолевая в тяжелой внутренней борьбе правооппортунистические и ультралевые уклоны, коммунистическая партия Польши при помощи Коммунистического Интернационала вышла на путь большевизма и стала одним из боевых отрядов Коммунистического Интернационала.

Политика Пилсудского и его приспешников в первый период существования буржуазной Польши и в особенности антисоветская война разоблачили перед широкими массами трудящихся Польши истинное лицо Пилсудского. Постепенно он теряет авторитет в этих массах, многие иллюзии рассеиваются, значительно

181

ослабевает и влияние Г1ПС. Но к тому времени польская буржуазия успевает уже создать государственный аппарат угнетения и укрепить свою власть. Она уже не так нуждается в маскировке, в ширме из мелкобуржуазных партий; она открыто (выдвигает на авансцену свои, буржуазные! партии, к которым совместно с кулацкой партией «Пяст» переходит правительственная власть в руки.

С 1922 по май 1926 г. у кормила власти в основном находятся представители двух партий: национал-демократов и «Пяст». (Коалиционные правительства, составленные из представителей этих партий, известны под названием правительства «Хиено — Пяст». Национал-демократическая партия (именующаяся теперь «Строн-ництво Народове»)—это старейшая (возникшая в конце XIX в. в бывшем Царстве польском) самая реакционная, наиболее националистическая, контрреволюционная и клерикальная партия польской буржуазии. В период революции 1905 г. национал-демократия, возглавляемая Романом Дмовским — ее идеологом и вождем, яростно боролась против революции, сотрудничая с царизмом и угодничая перед ним. Во время мировой войны эндеки неуклонно ориентировались на Антанту. И в свою очередь, уже после образования современной Польши, наиболее реакционные круги Антанты протежировали и содействовали пребыванию у власти в Польше представителей нацдемов.

Опираясь главным образом на отсталые, клерикальные, националистически настроенные круги мелкой буржуазии городов и местечек, а в западных районах Польши и на многочисленные кулацкие слои, национал-демократы на деле представляли крупную буржуазию и защищали интересы крупной буржуазии. Политика и деятельность национал-демократов в период, когда они находились у кормила власти — с 1923 г. до майского переворота Пилсудского в 1926 г.,-—были направлены, в соответствии с программными установками национал-демократов, на укрепление и развитие крупной промышленной и земельной буржуазии, за счет ликвидации политических и экономических завоеваний рабочего

182

класса. Национал-демократы вели борьбу против 8-часового рабочего дня, против стачек, за ликвидацию социального страхования и т. д. Последствия тяжелого финансового и экономического кризиса, который Польша переживала, всем своим бременем перекладывались на плечи широких масс трудящихся. Уже тогда (до 1926 г.) национал-демократы в борьбе с развертывающимся революционным движением начинают применять фашистские методы, усиленно стремясь фашизировать Польшу на подобие Италии.

Другая партия, образовавшая с национал-демократами правительственную коалицию, партия «Пяст» (в настоящее время входит в объединенную крестьянскую партию «Стронництво Людове»), являлась также старой (образовалась в 1889 г.) кулацко-крестьянской партией, защищавшей интересы кулаков, но часто и широко прибегавшей к «левой» фразеологии и демагогии, вовлекая таким образом в свои ряды и под свое влияние значительные массы середняцкого и отчасти и бедняцкого крестьянства.

Инфляционный кризис, принявший в 1923 г. катастрофический характер, привел к новой волне революционного движения в Польше.

С начала 1923 г. стачки вспыхивают то в одном, то в другом центре, охватывая то одну, то другую отрасль. В середине года подымается новая, более высокая, волна стачек. Во время стачек происходят демонстрации бастующих и безработных. Эти демонстрации имеют преимущественно ярко политический характер. Высшего напряжения достигает стачечная борьба в октябре-ноябре 1923 г., вылившись во всеобщую политическую забастовку, перешедшую в вооруженное восстание в Кракове. Войска, брошенные на подавление краковского восстания, частично переходили на сторону рабочих, отдавали им оружие, частично же избегали столкновений.

Во второй половине 1925 г. начался в Польше жестокий экономический кризис. Фабрики и заводы закрывались. Безработица чрезвычайно выросла; нищета ширилась как в городе, так и в деревне. Вырастал

183

огромный бюджетный дефицит; валюта и курсы польских бумаг стали быстро падать; снова стала угрожать хозяйственная катастрофа.

На фоне экономического кризиса все с большей четкостью обрисовывалось и политическое банкротство руководящей правительственной верхушки. Росло недовольство правительством и в армии. Офицерский состав армии не был консолидирован. Происходили постоянные трения между различными группировками офицерства. Значительно усилилось революционное движение пролетариата. Демонстрации безработных происходили по всей стране. В крупных промышленных центрах дело доходило до кровавых столкновений между демонстрантами и полицейскими отрядами. Высоко вздымалась волна недовольства и в деревне. Правительство становилось все более ненавистным. Национал-демократы все больше теряли поддержку даже среди тех слоев, на которые они раньше опирались. Они теряли свою способность защищать интересы крупной буржуазии и выполнять ее задания. Буржуазия нуждалась в новой политике; в ее среде все больше возникали требования к установлению твердой диктаторской власти, которая могла бы установить фашистские методы управления страной и подавить нарастающее революционное движение. Наиболее подходящим лицом для выполнения этой роли оказался Пилсудский.