Внешняя политика польского фашизма


Внешняя политика польского фашизма

В одной из книг, вышедших в Польше после смерти Пилсудского и посвященных его личности, его взглядам и деятельности, в книге «Великодержавные задачи Речи Посполитой в свете взглядов и действий маршала Иосифа Пилсудского», приводится следующая выдержка из речи Пилсудского, произнесенной в январе 1920 г. в Люблине: «Перед Польшей стоит великий вопрос, должна ли она стать государством, равным по силе великим державам мира, или же должна быть малым государством, нуждающимся в помощи сильных. На этот вопрос Польша еще не ответила. Этот экзамен своих сил она должна еще выдержать. Нас ожидают великие усилия, которые мы все, современное поколение, должны предпринять, если хотим так далеко повернуть колесо истории, чтобы польская республика стала не только величайшей военной силой на всем востоке, но и величайшей культурной силой». В этих словах, которые, по мнению автора книги 1, следует рассматривать в качестве завещания Пилсудского, ясно выражены великодержавные стремления буржуазной Польши с самого начала ее образования как самостоятельного государства после мировой войны.

Действительно, первые шаги вновь образовавшегося польского государства, во главе которого стоял Пил-

* Автор книги — Александер Войтецкий; книга издан. Комитетом пропаганды польского действия, Варшава 1936 г.

200

судский, были направлены на то, чтобы мысли о великодержавной, о «Ягеллоновской Польше» превратить в действительность.

Борьба за Восточную Галицию, захват Виленщины, борьба с Советской республикой, поход на Киев в 1920 г. являлись выражением стремления вновь захватить все те территории, которые когда-то, во времена Ягеллонов, были завоеваны польской шляхтой. Однако корни великодержавных стремлений современной Польши находятся не в далеком историческом прошлом, а в современной действительности — в польском империализме, в агрессии польского монополистического капитала, в захватнических стремлениях крупнейших польских помещиков.

Эта захватническая политика польской буржуазии была направлена главным образом против Советской страны, и поэтому все наиболее воинствующие контрреволюционные империалистические круги всегда рассматривали и рассматривают Польшу как военный плацдарм против СССР, как аванпост капиталистического Запада против социалистической страны. «Войну с Советским Союзом, если это будет война в Европе, должна будет вести прежде всего Польша», -констатирует на первой же странице своей книги «Послевоенный мир и Польша» Роман Дмовский, вождь национал-демократов. Будучи носительницей собственного империализма, Польша вместе с тем является полем для империалистической экспансии крупных капиталистических стран.

Основные направления империалистической экспансии Польши определяются характером основ этой экспансии.

Характерно, что в конкурсе, организованном в 1928 г. польским правительственным хозяйственным банком на лучшее исследование вопроса о путях экономического развития Польши, первую награду получает автор труда, в котором указывается, что «естественный» путь экономического развития Польши — это пу 1 ь экспансии на восток и на юг о-воет ок.

В этом «труде» утверждается, что Польша, отсталая

в отношении западноевропейских государств, является передовой в отношении востока и юго-востока Европы. Поэтому путь экономического роста Польши — это путь восстановления довоенных рынков, прежде всего украинского, а также завоевания новых рынков Ближнего Востока — Турции, Персии и т. д. Это завоевание требует выхода на Черное море. Поэтому Польша все свои силы и внимание должна обратить на Восток. Вот вывод, к которому приходит автор премированного «труда».

Все великие капиталистические державы имеют колонии. И польские империалисты также требуют колоний. Польский сенат своим постановлением в марте 1933 г. дает 'наказ правительству требовать для Польши колоний. В Польше создана специальная «колониальная лига», издаются специальные органы печати, посвященные вопросам колоний. Некий Леон Буловский, польский майор, написал книгу «Колонии для Польши», в которой он «доказывает», что Польша уже «созрела» настолько, чтобы владеть колониями, что она «имеет право» требовать колоний в качестве «вознаграждения за оборону Европы в 1920 г. от нашествия большевиков», за то, что Польша является барьером против «большевизма».

Роль Польши в качестве барьера против «красной опасности» постоянно выпячивается польской буржуазией. И не только польской буржуазией, но и ее друзьями. Ведь эта роль Польши была одним из основных аргументов Антанты для создания польского государства. Современная гитлеровская Германия, ставшая «другом» 'Польши, также не перестает твердить, что именно эта роль Польши является звеном, объединяющим Польшу с Германией. В газете «Берлинер берзен-цейтунг» (от 10 августа 1935 г.) в статье руководителя национально-социалистской партии Данцигского района, Альберта Форстера, — «Германопольские задачи в Европе», подчеркивается, что «Германия совместно с Польшей должны выполнять в Европе простую, но огромного значения задачу. Эта задача состоит в том, чтобы большевизм, который добился власти в Восточной Европе,

202

во что бы то ни стало держать в отдалении от остальной части европейского континента».

Аванпост воинствующего империализма и контрреволюции — вот основное назначение буржуазно-помещичьей Польши в послевоенной империалистической системе. Вместе с тем Польша составляла одно из важнейших звеньев версальской системы. Она должна была охранять устои Версаля на восточных границах Германии, в то время как Франция выполняла их на западных. Этими основными позициями, которые Польша заняла с самого начала ее образования, определились основные линии ее внешней политики и ее взаимоотношений с другими государствами.

Версальским договором и последующими актами создавались условия, на основе которых возникли чрезвычайно глубокие противоречия между Польшей и Германией. Большая часть территорий, отошедшая от Германии по Версальскому договору, перешла к Польше. Верхняя Силезия, Познанское воеводство, Поморское воеводство с Данцигским «коридором», перешедшие от Германии к Польше, и сам «вольный город Данциг» являются очагами постоянных конфликтов между Польшей и Германией. Даже сейчас, когда между фашистской Польшей и гитлеровской Германией существуют «особо дружеские» отношения, эти очаги дают богатую пищу для частых недоразумений между новоявленными «друзьями». И не удивительно. Верхняя Силезия — один из богатейших углем и цветными металлами (цинк и свинец) районов Западной Европы. На базе естественных богатств Верхней Силезии развилась мощная каменноугольная, металлургическая и химическая промышленность. Достаточно привести данные об удельном значении Верхней Силезии в тяжелой индустрии Польши, чтобы понять, какое она имеет значение для Польши. Так, производство Верхней Силезии составляет по отношению ко всей продукции в Польше: по каменному углю — 75%, чугуну — 75%, стали — 65%, прокату — 65%, цинку и свинцу — 100%, серной кислоте — 85%, азоту — около 60%, электроэнергии— около 50%, коксобензольной промышленно

203

сти — около 100%. Военнопроизводственное значение Верхней Силезии для Польши чрезвычайно велико.

Большое экономическое значение для Польши имеет и «Данцигский коридор», дающий выход к морю. Но еще более ценен «коридор» с военностратегической точки зрения. Словом, противоречия между Польшей и Германией, несмотря на их теперешнюю дружбу, настолько глубоки, что раньше или позже должны возникнуть попытки разрешить их силою оружия.

Отношения между Польшей и Францией и блоком государств, ориентирующихся на Францию (Малая Антанта), в продолжение целого ряда лет определялись в основном двумя факторами: общей антисоветской позицией и общей заинтересованностью в сохранении Версаля. Эти отношения получили свое внешнее выражение в военных союзах, заключенных между Францией и Польшей (в 1921 г., а потом возобновлен в 1925 г.), а также между Румынией и Польшей. Аналогичным образом определились отношения между Чехословакией и Польшей, несмотря на наличие территориальных споров. Польша, во-первых, была заинтересована в Чехословакии как в базе военного снабжения в случае антисоветской войны, и, во-вторых, их объединяли общие интересы в вопросе о сохранении Версальского договора.

Огромные успехи социалистического строительства в Советском Союзе, полная победа социализма в городе и в деревне, чрезвычайное развитие и усиление хозяйственной мощи СССР на фоне экономического кризиса во всем капиталистическом мире, нарастание революционного движения в капиталистических странах и все более растущая симпатия к Советскому Союзу самых широких масс трудящихся во всем мире, а главное то, «что из страны слабой и неподготовленной к обороне Советский Союз превратился в страну, готовую ко всяким случайностям, в страну, способную производить в массовом масштабе все современные орудия обороны и снабдить ими свою армию в случае нападения извне» (Сталин), — все это чрезвычайно укрепило международную мощь Советского Союза

204

последовательно и неустанно проводящего политику мира, сделало его могущественнейшим политическим фактором на международной арене. Многие капиталистические государства под влиянием этих факторов стали на путь пересмотра своих отношений к СССР. К этим государствам в первую очередь относится Франция, которая, учитывая опасность роста фашизма и военной силы в Германиц, а вместе с тем нарастание угрозы войны, и видя в лице СССР единственного поборника и защитника мира против войны, приступила к нормализации своих отношений с СССР. Правительство Польши также не решалось дольше продолжать саботаж предложений СССР о заключении пакта о ненападении. Под давлением рабочего класса и трудящихся масс, е одной стороны, с другой — учитывая условия международной обстановки, Польша вынуждена была в 1932 г. заключить с СССР пакт о ненападении. Отношения Польши к СССР стали более нормальными, но только на некоторое время. Уже на XVII съезде партии товарищ Сталин вынужден был предупредить: «Это не значит, конечно, что наметившийся процесс сближения можно рассматривать, как достаточно прочный, обеспечивающий конечный успех дела. Неожиданности и зигзаги политики, например, в Польше, где антисоветские настроения еще сильны, далеко еще нельзя считать исключенными» *.

И в самом деле вскоре после прихода германского фашизма к власти фашистская Польша делает резкий зигзаг в сторону Германии. Сперва приход Гитлера к власти вызвал (и не без основания) тревогу в Польше. Но германский империализм увидал в Польше то звено в кольце окружавших его государств версальского блока, которое легче всего прорвать, не разбивая его силой (для этого вооруженные силы германского фашизма были еще недостаточны), путем привлечения на свою сторону, путем империалистической сделки. Общий язык между фашистской Германией и фашистской 1

1 Вопросы ленинизма, изд. 10, Партиздат, стр. 550.

205

Польшей нашелся на базе их общих антисоветских устремлений.

С момента прихода Гитлера к власти и лихорадочных вооружений Германии угроза новой империалистической войны становится все более реальной. Все государства, заинтересованные в сохранении мира, вынуждены были искать опоры и соглашений с наиболее могущественной страной, единственной неуклонно проводящей политику мира и на деле защищающей мир против империалистической войны, — с СССР. Наиболее решительно меняют свою политику по отношению к СССР те страны, которым больше всего угрожают германские вооружения и которые скорее всего могут подвергнуться нападению со стороны германского фашизма. Это— прежде всего Франция и Чехословакия. Между этими странами и СССР заключаются пакты о взаимопомощи. Значительно улучшились и отношения между Румынией и СССР.

Но по мере того, как улучшались отношения между СССР, с одной стороны, и Францией, Чехословакией и Румынией, — с другой, отношения между Польшей и этими странами все более ухудшались. Особенно обострились отношения между Польшей и Чехословакией, причем стороной, вызвавшей эти обострения, была Польша. Резкое охлаждение отношений происходит между Польшей и Францией.

После заключения польско-германского договора о ненападении (в начале 1934 г.) правительства обоих фашистских государств выступают совместно и поддерживают друг друга на международной политической арене.

Наиболее ярко обнаружилось их сотрудничество в вопросе о восточноевропейском пакте взаимопомощи. Этот пакт, выдвинутый Советским Союзом, поддержанный Францией и другими государствами, не заинтересованными в войне, натолкнулся на противодействие лишь со стороны правительства Германии и Польши. Такое отношение фашистских стран Германии и Польши к международному соглашению, имеющему целью уменьшить опасность возникновения войны в восточной

206

части Европы, объясняется лишь тем, что агрессивные планы правящих групп этих государств направлены именно к захватническим действиям на востоке Европы, к захвату территорий СССР. За счет СССР они хотят отодвинуть на задний план существующие между ними глубочайшие противоречия.

За сговор и военно-политическое соглашение с фашистской Германией для совместного выступления против СССР в течение уже ряда лет выступает редактор органа Виленской газеты «Слово» Мацкевич. Сторонниками самого тесного сговора с фашистской Германией являются в первую очередь крупнейшие польские помещики, связанные с монополистическим капиталом, с князем Янушем Радзивиллом во главе. Будучи вождем группы консерваторов, входивших в состав правительственной партии «Б. Б.», председателем сеймовской комиссии по иностранным делам, этот князь опубликовал в своем органе «Час» ряд редакционных статей, вскрывающих тайну основ особых отношений между Польшей и Германией. Радзивилл и ему подобные господа считают, что стремление гитлеровской Германии к захватам новых территорий вполне закономерно и подлежит удовлетворению. Германия вооружилась и снова стала мощной военной силой. Ее экспансия может угрожать Польше. Необходимо поэтому канализировать экспансию германского империализма таким образом, чтобы удовлетворить аппетиты фашистской Германии и чтобы польская буржуазия и помещики не только при этом не потеряли, но и кое-что приобрели. Лучшим путем для этого является, по мнению князя Радзивилла и ему подобных, направление совместных сил Германии и Польши на восток для захвата советских территорий.

Другой видный пилсудчик, редактор «Польско-украинского бюллетеня» Владимир Бончковский, в своей книге «У источников упадка и величия» (о которой выше уже упоминалось), изданной уже после смерти Пилсуд-ского и развивающей, по словам автора, «идеи и политику Пилсудского в отношении Украины, Белоруссии и всей Восточной проблемы в целом», не менее откровен

207

но говорит об экспансии Польши на восток. Он видит в этом «историческую» закономерность.

«Оттесняемые напором германцев на западе, мы должны были продвигаться на восток. Трагедию потерь на западе мы должны были борьбой возмещать себе на чужом и враждебном востоке для уравновешения потерянного». Если такова была «история» прошлого, то и в настоящем, по мнению автора, необходимо поступать таким же образом.

«На западе перед нами стоит одна задача, которую можно сформулировать одним словом: оборона. В этом слове содержатся наша цель и наши задачи. Дискуссировать здесь не к чему. Дискуссия начинается лишь тогда, когда мы задаем себе вопрос, откуда нам черпать силы для обороны на западе? Запад сильнее нас. И тут вырастает со всей яркостью действительный характер проблемы Востока, этого нашего источника уравнения исторических потерь, обусловливающего нашу возможность удерживаться под напором Запада».

По существу это та же политическая программа экспансии на восток, проповедуемая Мацкевичем и Радзи-виллом.

Пропагандируется не только германо-польский, но и германо-польско-японский союз, направленный против СССР.

Примером такой пропаганды является книга Владислава Студницкого.

Но дело не ограничивается только пропагандой, предназначенной для обработки и подготовки общественного мнения в пользу определенно направленных мероприятий. По всем признакам, польские фашисты, и в частности военные круги, уже установили контакт с правительствами и военными кругами Германии и Японии. Об этом свидетельствует целый ряд фактов и сообщений мировой прессы.

В своей внешней политике польское правительство нередко прибегает к маневрам, стремясь представить свою внешнюю политику как ни от кого «не зависимую». На самом же деле между Польшей и Германией установились такие взаимоотношения, что, при даль

208

нейшем их развитии в том же направлении, Польша станет наиболее вероятным кандидатом на предостав-, ление Германии своих границ «в кредит».

Польские фашисты готовы отдать Польшу в кредит фашистской Германии, несмотря на то, что они прекрасно знают, что современные правители Германии говорят о поляках, как о «низшем» народе, достойном быть лишь навозом для германской «расы». Они прекрасно знают, что германские фашисты ждут только удобного случая, чтобы не только вернуть под власть германских капиталистов и юнкеров-ломещиков «германские» земли — Верхнюю Силезию, Познань и Поморье, но и еще кое-что прихватить в придачу. Они знают, что фашистская Германия —самый опасный, смертельный враг независимости и свободы польского народа. Но несмотря на-все это князья Радзивиллы и Сапеги, господа Мацкевичи и Студницкие, готовы на любое соглашение с германским фашизмом, лишь бы удержать власть над трудящимися массами Польши. Не впервые польские магнаты-помещики и польская буржуазия готовы предать свою родину и свой народ ради возможности его эксплоатации и угнетения. Ведь никто иные, как деды тех же Радзивиллов, Сапег, Любомир -ских, организовали «Тарговицкую конфедерацию» и предали Польшу царице Екатерине и королю Фридриху. Ведь та же польская буржуазия, которая политикой полковника Бека укрепляет силы германского фашизма, шла змегте с русским самодержавием против свободы польского, народа.

Польский фашизм сам понимает, что завоевательные планы гитлеровской Германии в восточной части Европы прежде всего создают огромную опасность для независимости самой Польши. И чем больше вооружается фашистская Германия, чем мощнее делается бронированный кулак Гитлера, тем эта опасность для Польши становится реальнее. Поэтому, не исключено, что под давлением внешней и внутренней политической обстановки польский фашизм попытается прибегнуть к политике «зигзагов». Но все же пилсудчина, а равным образом партия национал-демократов гото-

14-2375

209

вы скорее стать приказчиками Гитлера в своей собственной стране, чем лишиться возможности держать трудящиеся маосы Польши, Западной Белоруссии и Западной Украины в кабале, нищете и голоде.

Но польский, белорусский н украинский народ не хочет иметь своим правителем ни пилсудчины, ни Гитлера. Он громко заявляет на фабриках и заводах, в селах и городах, в Домброве и на Волыни, на улицах Кракова и Львова, Ченстоховы и Познани, Хржанова, Лодзи и Варшавы, что он не хочет больше Польши — тюрьмы народов, что он хочет действительно независимой, действительно свободной, негитлеровской и не-пилсудчиковской Польши.

«Всем, кто хочет видеть Польшу свободной, не безе-леровской, не гитлеровской, кто хочет подлинной независимости польского народа, коммунистическая партия говорит: будем бороться вместе»1.

1 Из манифеста ЦК Компартии Польши, Варшава, март 1936 г., Коммун. Интернационал, № 7, стр. 87, 10 апреля 1936 г.