Ушковит

Природа и мы. А.П. Моисеев


Новый минерал! Какого минералога не посещали тайные мечты о нем? Вот он, голубчик, лежит на ладони, совсем не похожий на других. Сразу видно — новый! Минералогические «зубры», глядя на него, уважительно кивают: да, да, вы не ошиблись. И уже слышатся вашему чуткому уху, истосковавшемуся по словам одобрения, далекие

]а.....уез, уез... Со знанием дела вы ставите письменно в известность минералогическую и иную общественность. Она охотно делит с вами эту радость, о вас пишут, рассказывают в местных школах. Признание распространяется быстрее гриппа, перехлестывает через границы страны... Трудяги-геологи уже нашли целое месторождение вашего минерала, и уже идут на завод эшелоны с рудой, из которой на заводе получат металл будущего. Хорошо!... Ответственно скажем, что науке подобные примеры известны.

С ушковитом, в основном, все так и вышло. В океане забот, связанных с выполнением договоров с производством, мелькала смутная надежда о возможной встрече с прекрасным незнакомцем. Горнякам нужны были прогнозы, а еще лучше — запасы руды. И лучше, если бы последние оказались рядом с действующими шахтами. Желания эти понятны. Между тем времени и сил на рядовую минералогическую работу не хватает. Минералов, конечно, встречалось немало. Но руки до них как-то не доходили, особенно до разной микроскопической мелочи.

А когда приходилось браться за них, то мы их не столько изучали, сколько «определяли», то есть, пользуясь специальными определителями и справочниками, пытались отнести данный минерал к какому-нибудь уже известному виду. Дело это не очень хитрое, но при удачном определении большая радость охватывает минералога, особенно начинающего. Подумайте, какой-то невзрачный кусочек почти точно соответствует фундаментально описанному в солидном справочнике очень редкому минералу, добытому, скажем, в Бразилии.

Когда куски триплита с желтоватыми кристалликами какого-то минерала попали в мои руки, конечно, я сталэти кристаллики «определять». Они имели четкую форму что значительно упростило исследование. Уже в поле стало ясно, что минерал соответствует лауэиту — редком)фосфату марганца и железа. Приятно: новый минерал нетолько для Ильменского заповедника, но и для Урала теперь его в музей, и — точка.

б:

з*

На базе, однако, отдал все же один кристаллик на спектральный анализ. Вот и результат. Вид неказистой бумажки в руке Владислава Олеговича Полякова не соответствовал важности момента: марганца нет, а вместо него— магний! Через две недели новому минералу уже было выбрано название — ушковит. Случиться это могло на три месяца раньше, попробуй я проверить содержание марганца. Средства для этого в поле у меня все были. Но «определение» казалось таким очевидным!

Потом потянулись детальные исследования, длившиеся около двух лет. Не о них сейчас речь.

Медово-желтые кристаллики ушковита лежат на столике бинокуляра такие же веселенькие, как и раньше: их наши заботы не трогают. А передо мною снова образ старого, но неугомонного человека, труженика, пытливого исследователя. Образ хорошего человека, Сергея Львовича Ушкова...

Чернорабочих науки надо чаще вспоминать. В конце концов, это от их рук и совести зависит прочность ее фундаментов.