Русская народная резьба по дереву часть 24 (Глава VIII)


Соединяя два таких поставца и ставя их один на другой, получили более законченный вид шкафа; при этом верхний, более мелкий, стоит на нижнем, более глубоком. Таков был шкаф в Художественнопромышленном музее Строгановского училища в Москве (см. рис. 200), Его верхняя часть застеклена, а в глухой нижней имеются три дверцы. Он весь покрыт мелкой плоской резьбой, которая на первый взгляд очень схожа с резьбой уже рассмотренных свечных ящиков. При внимательном сравнении их узоров заметно, что порезки шкафа

159. Висячий шкафчик. Москве. Гос. Исторический музей

гораздо худшего качества, суше, и отдельные клейма на створках мало связаны со всей композицией и менее богаты. Среди типичных мотивов плоских порезок на карнизе этого шкафа помещен орнамент, напоминающий классические мотивы. Во все эти произведения народного творчества в XVII столетии внесено было много нового; с переходом к западным мотивам все шкафы и поставцы стали более архитектурными: сильно выступающие профили и шаблоны изобилуют флемованными дорожниками и другими мотивами этого времени (см. рис. 201). Изменению наружного вида шкафов предшествовало изобилие западной мебели, имевшейся не только при царском дворе, но и в покоях богатых и знатных людей. Известно, что у Никиты Ивановича Романова имелась дорогая иноземная мебель, как «шкаф большой, дерево индейское» и другие подобные предметы, которые посте его смерти поступили в казну и были распределены в разные места. Такие же шкафы значились и в описи казны князей Голицыных, принятой в Оружейную палату в 1689—1690 годах. «Шаф немецкой большой дубовой о четырех створках з замки, оклеен ореховым деревом, по створам и по сторонам резба немецкая, а в ней месты и личины. Цена 150 рублев. Шаф оклеен орехом, по нем резба, а в резбе личины и травы. Цена 80 рублев. Шаф дубовой, с лица оклеен синослоем, а по

iBrrfu,

приемным книгам написано оклеен орехом. Цена 50 рублев» . Мастера Оружейной палаты делают в «верх», для царя и для других обитателей дворца, шкафы или точно такие же, «против образца», или же по указанным размерам, придерживаясь в конструкции и деталях привозных моделей. Так, в 1677 году наши резчики делали «шкаф большой... с дорожниками, решотча-той». Или «в нынешнем во 192 году... делают они (резчики) в хоромы шаф большой четырех аршин, глубиною полтора аршина, с тремя выдвижными большими ящики и с дорожники и с шпренгели». Совершенносвоеоб разной формы был «шаф круглый о пятидесяти об одном месте», который делали «в полатех резного и столярного дела мастеры Клим Михайлов с товарищи всего 9 человек» . Но ни этих замысловатых, ни других, более простых шкафов того времени, в Москве как-то не сохранилось. Украшающие кремлевские терема шкафы и «книгохранитель-ницы» так сильно реставрированы, что следов старины в них осталось очень мало. Кое-где на севере в глухих уездных городах иногда встречаются такие шкафы по ризницам церквей. В ризнице соборного храма Михаило-Архангельского монастыря в Устюге Великом имеется подобный шкаф. По обычаю того времени он раскрашен «цветным или зеленым аспидом», т. е. под малахит и мрамор с золотом. Увенчанный резным двуглавым орлом, с несколько тяже»

200. Резной буфет. Москва. Художественно-промышленный музей

Архив Оружейной палаты, Опись Викторова 938, л. 9. * Там же, стбб. №№ 16241, Ni> 22272, 22540, л. 37.

201. Висячий шкафчик конца XVII века. Москва. Кустарный музей

ловатым верхом, он обременен всевозможными гзымзами, карни* зами и флемованными дорожниками, к которым во второй половине XVII столетия было такое пристрастие (см. рис. 202).

Кроме таких шкафов, для ризниц храмов делались особые, в виде высоких и широких комодов, с многочисленными неглубокими ящиками для облачений, называвшиеся «ризницами». Иногда т^кне ризницы объединены с неглубоким поставцом, за стеклянными дверцами которого стоят священные сосуды и евангелие. Уступ, служащий в такой ризнице переходом к верхнему отделению, прикрывается под углом откидной доской, которая, открываясь, служит письменным столом. Таких ризниц, представляющих в общем довольно громозд-

кое сооружение, можно было встретить немалое количество в провинциальных церквах. В городе Торопце Псковской губ. сохранилось довольно много ризниц одного и того же типа, сделанных под сильным влиянием английских шкафов в стиле «Chippendale» (господство стиля чиппендель в Англии относится к 1730—1780 гг.), с фигурными переплетами стеклянных дверец и окрашенных или в светлокремовый или в слегка зеленоватый тон, по которому разбросаны фрукты и цветы. Причину подражания английскому образцу в этом глухом углу Псковской губ. трудно объяснить. Возможно, что в какой-нибудь из церквей был пожертвованный прихожанином подлинный английский шкаф, послуживший образцом всем позднейшим, или же заказчик пер-202. Шкаф конца XVII века. Ризница Михаи- торопецкой ризницы

ло-Архангельской церкви в Великом Устюге ВЗЯЛ за образец шкаф, бывший в одном из многочисленных дворянских имений, окружающих этот город, и тем положил начало всем остальным, вариировавшим этот мотив.

В русских палатах XVII века, кроме рассмотренных уже поставцов и обыкновенных деревянных резных шкафов, имелись и наборные—«маркетри», как упоминающиеся в описи казны князей Голицыных «шкатуна немецкая на трех подножках витых, а в ней в середине створ двойной, а за створами в середине пять стекол, ца посторонь пять ящиков выдвижных, да с лица во всей шкатуне двенадцать ящиков больших и малых выдвижных, а по ящиком с лица нарезано по черепахе травы оловом. На верху шкатуны гзымз, а у него внизу две личины человечьих с крыльями золочеными, а наверху посторонь три шах-чатца золоченых. Под шкатуною внизу, меж подножек, личина да две резьбы золоченые. Цена сто рублев. Шкатуна немецкая. Под ней станок на четырех подножках. В шкатуне четыре ящика выдвижных,

да цынбалцы, да клевакорты, а на верху шкатуны часы малые. В шкатуне внутри и с лица написано золотом и краски. Цена25 рублен» . Образцы их часто заказывали русским резчикам, и эти копии дарили цари своим приближенным. «1700 года августа в 20 день в. г. указал сделать в Оружейной палате четыре поставца больших мерою и образцом против немецкого, каков на двореу Александра Данилова сына Меншикова, с накладными резными золочеными штучки, из липового лесу. И те поставцы, где удобно, прикрыть красками и расписать фрукты совсем в отделку против того ж образцового немецкого поставца. А сделав те поставцы, немедленно отвезть на дворы к боярину Федору Алексеевичу Головину, другой к постельничему Гаврилу Ивановичу Головкину, а два поставца к Александру Меншикову» .

Господство стиля Людовика XV—эффектного рококо—познакомило дворцы и дома знати с прекрасными произведениями западных мастеров-мебелыциков и их русских учеников. Причудливые формы изящных шкафов этого стиля отразились и на крестьянском творчестве, которое восприняло только внешнюю форму украшений, не сумев связать ее с общей довольно сложной в то время конструкцией. Находящийся е Государственном Историческом музее небольшой шкаф, наглядно показывает, как мотивы орнаментации этой эпохи были поняты в широких народных кругах и остались совершенно чуждыми форме, которую должны были украшать (см. рис. 203). Замысловатая лицевая декорация этого шкафа приставлена к простому четырехугольному ящику и ничем органически с ним не связана. Различные порезки, грубо передающие подобие эле ментов рококо, показывают на какой ложный путь вступило в тот период массовое народное творчество, захваченное вычурностью украшений. Пришедший на смену стиль начала XIX века оказался слишком скромным и влияния почти никакого не оказал. Гораздо более чем Empire привился и понравился своими украшениями стиль немецкого ренессанса, как более подходящий к столярно-резному делу. Подмосковные кустари до самого последнего времени охотно делали мебель среднего качества именно в этом стиле.

Сундуки, укладки, скрыни, шкатулы и пр. Мягкая рухлядь и запасная праздничная одежда обыкновенно хранились в укладках, сундуках, скрынях, или шкатулах, как назывались они в разных местах и в разное время. Главное, на что обращали внимание, была прочность, и для этого укладки оковывали железными полосами на близком расстоянии одна от другой. Внутри оклеивали, глядя по достатку, холстом, набойкой (как в хорошо сохранившемся сундуке рязанских владык в местном музее древностей), а то и «таф- 1 2

Архив Оружейной палаты, Опись Викторова 938, л. 10.

Там же, стб. № 34666, лл. 1—3.

203. Шкаф XV HI века. Москва. Гос• Исторический музей

тою алою», как у придворного дьякона Якова в 1690 году .

Снаружи сундуки или окрашивались однотонной краской или расписывались разными тонами. Материалом для их изготовления служила липа, а еще чаще дуб. Больше художественной отделки было В мелких сундучках И шкату- У УЧ0К XVII века. Москва. Гос.

1 J „ Исторический музей

лах, кроме прямого назначе- н 1

ния служивших еще и декоративным украшением горниц. Первые из этих «шкатул» появились у нас из-за границы—«из немцев» (см. рис. 204). Все они были черного эбенового дерева—«гебан». Кроме резьбы, они были украшены инкрустацией и металлическими вставками и накладками. «163 года... ящик немецкого дела дерево гебаново, врезываны раковины. А в ящике шкатунка немецкого дела, а в ней тринадцать перстней золотых с каменьем, с лалы, сызумруды» . В описи имущества Никиты Ивановича Романова значатся крайне разнообразные шкатулы. «Коробья лубяная с каменными ж судами и с шанданами. Шкатула с цынбалы и с часами писаная. Шкатула черная, немецко дело, с ящиками. Шкатула черная ж, немецкое дело лекарственная, а в ней восемь суденков серебряные, золочены, на склянках тиски серебряные, золочены ж, а нижнего и верхнего ящика отмкнуть было нечем. Шкатула ж черная, немецкая ж в верх палаткою, писана серебром и золотом. В верхних ящиках под месты четыре черепа кости рыбьей шадра черная. В среднем ящике судонки костяные. Шкатула писанная маленька, а в ней ящики маленькие в сорочке ветчаной» . Привозных немецких шкатул для обихода московского двора было недостаточно, и работавшие при Оружейной палате мастера были загружены заказами на их изготовление (см. рис. 205). Перелистывая документы XVII столетия, то и дело встречаешь записи, подобные следующим: «В прошлом во 192 году апреля 7 числа... восемь ларцов по аршину и в три чети и меньше. Кровли теремами, и гладкие, и с перегородки, и с ящики» . «193 году ноября вЗ день... боярыня княгиня Агафья Романовна Горчакова выдала девятнадцать сулеек, да семь скляночек измайловского дела, а приказала к сулейкам сделать шкатунки четвероугольные, к скляночкам штигранную. И сделав их, оковать железом белым прорезным с замками нутряными» . В обиходе

Си. '<Дело Шакловитого» свиток Ns 6, стр. 591. Связка 133—175. Рукопись Гос. Древлехранн шща,

■ Таи же, сто. № 5507, л. 2.

* «Чтения в Обществе истории и древностей российских*, 1887, кв. III, стр. 42. Романовская роспись.

* Архив Оружейной палаты, сто. № 22272.

* Тая же, сто. № 22628.

205. Ларец XVf I пека. Москва. Гос. Исторический музей

же обычно» повседневной жизни, наряду с такими специально заказанными сундучками, большую роль играли сундучки «холмогорского дела», обшитые кожей нерпы или тюленя и заслужившие себе в старину такую же известность, как и более близкие к нам по времени кустарные изделия Тагильского и Макарьевского районов. В старых описях часто можно встретить: «сундучок холмогорской, обит нерпью, а в нем пергамины белые, магнит камень, да книжка в пергамине маленькая» . Это были по большей части простые, без особых украшений вещи, но иногда, в особых случаях, делались и более сложные по конструкции и более богатые по отделке укладки, обходившиеся довольно дорого, как изготовленные для «кизыльбашские посылки» в 1662 году ларцы и сундуки, предназначавшиеся в подарок персидскому шаху. «Ларец верх палаткою, длиною в аршин. В нем два

Архив Оружейной палаты, Опись Викторова, 609, л. 3 об.

206. Ларец XVII века. Москва. Гос. Исторический музей

ящика выемных, третей выдвижной. В вышину аршин без вершка, в кровле стекло. Сундук о девяти верхах. Верхи бочешные, а в них в бочках 6 ящиков выемных, под ним пять ящиков выдвижных, в длину полтора аршина, в вышину 2 аршина без чети о трех днах, в сундушных кровлях 2 стекла» .

Вообще относительно украшения резьбой русской работы сундуков, ларцов и шкатул можно сказать с уверенностью, что это было не в наших обычаях; никаких указаний на такую декорацию не нашлось и в старинных документах. Только некоторые сундучки из музеев ленинградского б. Общества поощрения художеств и Государственного Исторического являются исключением из общего правила. Два из них, имеющих верх палаткою, покрыты резьбой, заключенной на каждой плоскости в особую рамку. Ее мотивами являются разводы, одетые листвой готического характера (см. рис. 206). Такая странная на первый взгляд орнаментация может быть является пережитком украшений тех шкатул немецкого дела, о которых только что говорилось. Внутри их имеется несколько отделений, изолированных одно от другого. Одно отделение занимает нижнюю часть сундучка, другое—его крышку, третье помещается в откосе палатки. Изнутри такие сундучки или оклеены материей, или покрыты красивой росписью с растительным орнаментом, или же, как на одном сундучке того же музея, —с прекрасно написанной в алых тонах птицей сирином. К этому же отделу укладок относятся так называемые «го-

Архив Оружейной палаты, сто. № 7997, л. 5.

ловнички*—небольшие сундучки, имеющие покатую крышку,—вроде конторки, которые ставились на ночь под голову и прикрывались сверху подушкой. В них на ночь женщины убирали свои драгоценности: ожерелья, серьги, подвязи, мониста, sj Головные уборы, как занимавшие много

* места, прятали в особые шкатулы «с бол->з ваном», на который их и вешали. Иногда | для той же цели употреблялись долбленые у кадочки слиповкн», которые покупались | в медовом ряду. Головнички почти всегда Е делались дубовые и прочно оковывались s железными полосами, с насечкой краси-.j вого рисунка или прорезным орнаментом, и под который подкладывалась цветная фоль-d га. Их брали с собою в дорогу, и в боль-| ших санях и в возках они повсюду сопро-

вождали своих владельцев. На больших же сундуках и лубяных коробьях, распро-’I страненных в Заволжье и в Нижегородском » краю, украшение заключается в оковке

* блестящим луженым железом и жестью на S сундуках, а на коробьях — в росписи, очень | богатой и разнообразной. На Украине еще 2 и до сих пор в большом ходу расписанные § букетами цветов скрыни, в которых жен-^ щины держат свое добро и которые слу-| жат украшением каждой хаты.

5 Обычай приносить в церковь с собою свои восковые свечи, до последнего вре-| мени сохранявшийся во Владимирской 2 губ., вызвал появление небольших дере-

вянных ящичков с выдвижной крышкой, g вроде пеналов; таковы хранящиеся в мо-сковском Кустарном или в Государственном Историческом музеях образцы (см. рис. 207). Одни из них покрыты мелкой резьбой растительного характера, напоминающей резьбу XVII века, другие заполнены мотивами плоской резьбы из зубчиков, косиц и прямей, которую с охотой копируют современные кустари на изготовляемых ими в настоящее

время изделиях.



Русская народная резьба по дереву, Соболев Н.Н., 1984



Курьер онлайн
Небеса обетованные онлайн
Суета сует онлайн