Русская народная резьба по дереву часть 28 (Глава IX)


На речных судах также было не мало резных украшений. Еще в половине XIX столетия расшивы, баржи и барки как в Волжском бассейне, так и на северных русских реках, имели на носу и на корме крупные декоративные порезки. Это были сильно поредевшие остатки того богатого «судового наряда», который постепенно исчезал под напором утилитарных задач, выдвигаемых требованиями экономики.

Архив Оружейной палаты, Опись Викторова, 1022, лл. 478—530.

260. Резные детские санки. Москва. Гос. Исторический музей

Начало судовой резьбы относится к глубокой древности. В старинных песнях и былинах сохранились многочисленные идеализированные описания богатырских кораблей, у которых:

Нос-корма по-туриному,

Бока возведены по-звериному.

На том соколе-корабле Сделан муравлен чердак.

В чердаке была беседа—дорог рыбий зуб,

Подернута беседа рытым бархатом >.

На корабле Соловья Будимировича

Еще нос-корма в ем по-звериному,

А как хоботы-то мечет по-змеиному,

Бока выведены в ем да по-туриному...

Еще рубка на корабле была рыбьящата...

А в этой беседке рыбьящатой Сидел молодец Соловей Будимирович .

Малинькой кораблицок;

Да как нос-корма по-звериному,

Да бока ты сведены по-лошади ному,

Да как место глаз было врезано

Да по дорогу, по самоцветному по камешку *,

«Древние российские стихотворения, собранные Киршей Даниловым», Спб. 1892, стр. 2.

«Сборник Отделения русского языка и словесности императорской Академии наук», т. 59, стр. 242.

■ А. Д. Григорьев. Архангельские былины и исторические песни, собранные в 1899—1901 гг., М. 1904, т. I, стр. 118. Ср. Н. С. Тихонравов и В. Ф. Миллер. Русские былины старой и новой записи, М. 1894, стр. 63.

261. Носовая часть корабля. Деталь резьбы на петровских галерах.

Ленинград. Морской музей

В этом сказочном наряде древнерусских кораблей нетрудно узнать характерные черты украшений норманских судов, когда-то плававших и по русским рекам, так называемых «кораблей викингов» , сохранившихся в погребальных курганах Норвегии до нашего времени. Их остатки, найденные во время археологических раскопок и хранящиеся в музеях Христиании, могут дать представление о размерах и вместимости не только норвежских, но и наших судов.

Лучше других сохранившийся корабль викингов имеет пятнадцать метров длины при трех с половиной метрах наибольшей ширины. По изучению местных археологов, он мог вместить от 60 до 80 вооруженных людей.

На всех без исключения «кораблях викингов» имеются фрагменты фантастических резных животных, которыми заканчивались нос и корма, и орнаментальных фризов, сплошной полосой обходивших борта. Такого же рода резными изображениями украшались и

Викинги—скандинавские морские разбойники дохристианской поры.

262. Резные фризы. Москва. Кустарный музей

античные триеры, и византийские хиландии; варианты подобных украшений имелись и на русских судах и во времена норманских разбойников в дохристианскую нору страны и в раннем срсдневе-ковьи и сохранялись без больших изменений еще и в XVI столетии.

В 1584 году англичанин Джером Гарсей, описывая строившийся в Вологде флот Г розного, особо упоминает о двадцати кораблях с их «удивительной красотой, величиной и странной обделкой» и объясняет, что под странной обделкой он разумеет «изображения львов, драконов, орлов, слонов и единорогов, так отчетливо сделанных и так богато украшенных золотом, серебром, яркой живописью ит.п.» . Впрочем, резные украшения на судах получили широкое распростри-нение не только в одной России: ими были перегружены галеры венецианского, генуэзского, испанского, турецкого и других флотов. После постройки вологодского флота в России был длительный перерыв, и новое строительство кораблей было основано на Оке уже при Алексее Михайловиче. Приглашенными голландскими мастерами

* Джером Гсрсей. Записки о Московии XVI века, Спб. 1909, стр. 44.

263. Резной лев. Деталь чердачного окна. Москва. Гос. Исторический музей

там был сооружен корабль «Орел», яхта, два шняка и бот со всеми снастями. Постройка всей флотилии происходила при селе Деднове и обошлась в 9 000 рублей, что в переводе на современные золотые рубли составляет свыше 125 000 рублей. Построенный голландцами «Орел» сплыл к Астрахани и там во время разинского движения в 1670 году был сожжен.

Следующая попытка обзавестись своим флотом относится уже к эпохе Петра 1. При нем, в 1696—1699 гг. в Воронеже на вновь устроенных верфях начинается интенсивное судовое строительство, в котором принимают участие и резчики московской Оружейной палаты. На моделях петровских судов, хранящихся в Морском музее в Ленинграде (см. рис. 261), можно видеть ту декоративную резьбу, которая когда-то покрывала борта строившихся в эту эпоху кораблей. Резьба здесь была очень крупного размера, широко исполненная, без мелочей. В ее состав входили изображения морских божеств, фигуры крылатых побед, трубящих в рога, или раковины, сирены, тритоны, нереиды и прочие аллегорические фигуры, переплетенные со всевозможными атрибутами и эмблемами военно-морского обихода. Для изготовления всей этой резьбы—и круглой и с высоким рельефом—Петр берет себе в Воронеж почти всех резчиков со всеми их учениками из московской Оружейной палаты, и вчерашние иконостасчики-резчики превращаются в декораторов по крупной судовой резьбе Кроме Воронежа, резчики посылались и в Архангельск для того же корабельного дела, что видно из челобитной вдовы резчика Филиппова, умершего на работе «в Архангелском городе» .

Кроме моделей в Морском музее Ленинграда, от петровского кораблестроения сохранились фрагменты декоративной резьбы с га-

Архив Оружейной палаты, ст5. №№ 34365 и 33094.

* Там же, сто. № 30280.

264. Чердачное окно с драконами. Москва. Кустарный музей

265. Резная причелина Коллекция П. И. Щукина

лер, кпгда-то строившихся на Плещеевой озере, в музее Переславля Залесского, да два небольших судна ((Верейка» и «Плезир-яхта», хранившихся в так называемом домике Петра Великого в Астрахани. Эти суда были построены из дуба на казанских верфях в 1722 году. Корма «Плезир-яхты» была украшена резными аллегорическими фигурами *.

Вся корабельная резьба расписывалась красками, а иногда серебрилась и золотилась (см. цветную таблицу). Украшение судов резьбою продолжалось до введения пара и исчезло вместе с парусными судами сначала с морей, а потом и с рек внутреннего бассейна страны. Украшение военных судов имело большое влияние и на торговый флот; на русских реках до 40-х годов прошлого столетия были в большом употреблении баржи, беляны и другие транспортные суда, украшенные резьбой. Судоходство на Волге процветало с незапамятных времен. Трудно представить себе все разнообразие плававших по этой реке судов, если вспомнить, что еще в 60 — 70-х годах прошлого столетия, до развития пароходства, насчитывалось до двадцати различных типов судов . Все они имели на своих бортах, в носовой и кормовой частях и на мачтах всевозможные резные, расцвеченные красками декоративные украшения (см. рис. 262).

Так как на Волге сталкивались восточные и западные влияния,

«Археологические известия и заметки», М. 1896, № 4.

Лаптев. Казанская губерния, 1861, стр. 388—392.

2166. Детали резьбы наружных украшений изб, Москва. Гос■ Исторический л>мгг!

267. Барочная резьба «Жар-птица». Москва. Гос. Исторический музей

дававшие особое художественное соединение, то следы его несомненно можно было бы найти в судовом наряде плававших здесь барок, расшив и белян. К сожалению однако ж, если у нас нет недостатка в сведениях о названиях старинных судов, об их вместимости, величине, быстроте хода и прочих утилитарных качествах, то относительно их наряда до нас не дошло ни одного сколько-нибудь подробного описания, кроме нескольких случайных и отрывочных данных. Наибольший интерес, по словам Н. П. Боголюбова, в 60-х годах XIX столетия представляли расшивы: «Эти суда— самые красивые на Волге. Украшения их весьма затейливы. На носу обыкновенно рисуются глаза, либо сирены, либо иные чудовища» *. Рисунков, изображающих расшивы и их орнаментацию, почти не осталось, кроме иллюстраций художника Боголюбова и Ф. Васильева. Последние хранятся в библиотеке Академии художеств, и часть их была воспроизведена в VI томе «России» Семенова-Тяныианьского— «Среднее и Нижнее Поволжье». Мотивы барочных украшений на толстых сосновых досках имеются во многих музеях: в московских Кустарном музее, Историческом музее, Центральном музее народоведения и других (см. рис. 263). Резные доски с барок, которые они украшали, перешли и на береговые постройки, *и дома старых водников-лоцманов, приказчиков, капитанов Приволжского края очень часто украшены мотивами, более свойственными водной стихии (см. рис. 264). Барочная резьба на избах стала гораздо

Н. П. Боголюбов. Волга от Твери до Астрахани, Спб. 1862; кроме того см. о расшивах еще: Рагозин. Волга, т. II, стр. 118; В. И. Немирович-Данченко. По Волге, Спб. 1877, стр. 83—84.

беднее, круглые фигуры заменились барельефами, и в изображениях «сирене на резных досках того же Исторического музея с трудом можно узнать тех волшебниц, которые прельщали своим пением Одиссея (см. рис. 265). Наилучшие образцы этой резьбы встречаются в правобережных деревнях вверх и вниз от Нижнего-Новгорода. В деревнях Кстово, Игрище, Безводное, Великий Враг, Ржав-ка, Никольское, Кузьминки и других можно видеть прекрасные образцы корабельной резьбы на избах, снабженные датами их постройки, начиная с избы 1815 года, в деревне Ржавка, и кончая 70-ми годами XIX века. Корабельная резьба привилась в деревне. Ее сильные рельефы прекрасно связались с конструкцией постройки, и корабельные резчики, не находя себе работы на судах с тех пор, как там осталась одна раскраска, нашли применение своему труду при украшении вновь строящихся домов. Перекочевывая все дальше и дальше, они разнесли ее мотивы по всей стране. Благодаря этому становится понятным появление в деревне на первый взгляд таких необычных сюжетов, как сирены с рыбами в руках на избах какого-нибудь глухого угла лесной губернии, откуда до судоходной реки десятки, если не сотни верст (см. рис. 266). По словам археолога И. И. Голышева, в таких местах этих сирен крестьяне называют «фараонами», по существующему поверью, что при переходе израильтян через Чермное море потонувшее войско фараона превратилось в существа, имеющие до половины человеческую фигуру, оканчивающуюся рыбьим хвостом . В числе реальных сюжетов, вырезанных на карнизах и фризах старых изб, можно встретить вожака с медведем, коня, петуха и павлина, но изображение льва или уже совершенно фантастические сюжеты, как только что упоминавшаяся сирена, с рыбами и змеями в руках, или жар-птица в распахнувшейся телогрее, с узорными вышитыми рукавами и богатым ожерельем,—безусловно доминируют (см. рис. 267). Часто эти сюжеты для большей выразительности отделяются рамкой от остального узора доски, который состоит из итальянского или римского орнамента, сильно русифицированного и сдобренного всевозможными жгутами, перевивками, кистями и тому подобными украшениями, очевидно, вводившимися безо всякой определенной идеи, единственно с целью придать изображаемому узору больше пышности и великолепия (см. рис. 268). Кроме крупных орнаментов и отдельных сюжетов, резные доски имели мелкие узоры, составленные из классических «ов» и «киматиев», бывших в большом употреблении в конце XVIII века. Конечно, в них очень мало осталось от классических образцов, и только форма отдаленно напоминает их происхождение.

К числу крупной декоративной резьбы, подобной только что

И. И. Голышсв, Резьба, 1876; И. М. Снегирев. Памятники московских древностей, М 1842, стр. 39.

рассмотренным образцам, следует отнести еще и целый ряд работ го украшению предметов военного характера. Русские резчики трудились над убранством лафетов или «станков дубовых... с колесы. Станок деревяной весьпро-резной позолочен на красно под зуб. У станка ж три крепи по местам позолочены и посеребрены. У того ж станка оправа внизу полосы посеребрены, а гвоздья позолочены. Наверху две полосы и гвоздья ж и закладки все позолочено» . Они делали украшения на прикладах ружей, карабинов и пищалей крайне разнообразного рисунка, как на «винтовальной пищали Левонтье-ва дела Вяткина», которая имела «станок Яблоновый с резными раковины, резаны травки и люди и звери. Среди прикладу орел двоеглавый с «орунами. По правую сторону звери дерутца, по левую сторону царьградское видение, скоба и спуск медные золочены... Карабин № I, ствол красной... станок черный гобоновый на голландское дело, в нем вре-зываны раковины вииицей-ские на ■ прорез. У прикладу с правой стороны человек борется со львом, а с левой стороны человек на коне колет змею. Меж шу

Архив Оружейной палаты, стсб. №Ns 7157. 7907, л. 40.

268. Резные фризы. Москва. Кустарный музей

рупов против замка человек режет вола, а меж тех местных раковин развод раковинный же, навод серебряной, а меж разводу птицы и листье фряжское» . Все предметы военного характера обыкновенно хранились в Оружейной палате или на пушечном дворе, и узоры, их украшавшие, видели очень немногие, а благодаря этому их влияние па народное творчество ничем не проявилось.

* Архив Оружейной палаты, Опись Викторова 936, стр. 330—369. 381.

Резная группа. Москва. Гос. Исторический музей



Русская народная резьба по дереву, Соболев Н.Н., 1984



Курьер онлайн
Небеса обетованные онлайн
Суета сует онлайн