ШТУРМ НЕДР


Наипервейшая задача геологов — это исследование земель своей родины, ее природных богатств.

Перед русскими исследователями недр лежали просторы необъятной страны — одной шестой части мира. Титанических усилий требовало изучение земель отечества. И в этой области русские люди добивались замечательных результатов.

На рубеже XVIII и XIX веков на Алтае было открыто знаменитое Риддеровское месторождение, в сокровищнице которого собрались и золото, и серебро, и свинец, и множество других ценных металлов.

Новые богатсгва были обнаружены и на Урале, где уже много лет дымили десятки металлургических заводов. В 1814 году близ знаменитой горы Высокой было открыто Меднорудянское месторождение, в 1827 году — новое, Туринское месторождение меди, а позже — Богословская меднорудная залежь.

На юге России на Таманском полуострове, инженеры Гурьев и Воскобойников нашли в 1830 году залежи железной руды, а несколько лет спустя Гурьев открыл богатейшее Керченское месторождение железа, поныне питающее рудой многие домны нашей южной металлургии.

В те же годы в Криворожье горный мастер Кульшин вслед за академиком Зуевым указал на признаки, говорящие о присутствии в этих местах железных руд. И действительно, в 20-х годах XIX века криворожские рудные залежи были разведаны, и вскоре началась их разработка. Сейчас Криворожье — один из центров нашей южной металлургии.

Славная деятельность разведчиков ископаемых богатств нашей родины помогала не только укреплению отечественной горнозаводской промышленности — она помогала и развитию науки о земных недрах. В России создавались кад

29 Рассказы

ры специалистов-геологов. В поисках месторождений полезных ископаемых они все увереннее опирались на научную основу, на законы, управляющие жизнью земной коры.

XIX век ознаменовался в геологии выдающимися научными открытиями, многие из которых были сделаны русскими разведчиками недр.

* * *

Огромную важность имеет изучение осадочных пород, то есть пород, образовавшихся в результате выветривания или в процессе осаждения на дне водоемов, накопления там органических остатков. Осадочные породы — это богатейшие кладовые материалов, нужных промышленности. Пласты глины, известняка, каменного угля, песчаника — все это осадочные породы. В толще таких пород скрываются золотые россыпи, разнообразные руды.

Выдающимся знатоком осадочных пород был русский геолог, профессор Николай Алексеевич Головкинский (1834— 1897). Искуснейший мастер геологической разведки и одновременно глубокий теоретик, Головкинский создал труды, значение которых очень велико.

Могучим фактором, определяющим строение земной коры, являются испытываемые ею колебательные движения. Отчетливое представление об этих движениях было введено Головкинским в результате изучения послетретичных образований Поволжья и геологических образований пермского периода. Ученый не ограничился установлением колебаний земной коры — он разработал метод, позволяющий обнаружить их действие на осадочные породы.

Важнейшее значение для геологии имеет открытое Головкинским влияние перемещений береговой линии на образование слоев осадочных пород. Головкинский первый показал,- как связано возникновение речных террас с вертикальными смещениями земной коры. Ему принадлежит первенство и в введении в науку представления о геологическом горизонте. Горизонтом в геологии называют с тех пор совокупность пород, различных по своему минералогическому составу, но отличающихся характерным единообразием палеонтологических остатков.

Замечательны труды ученого, посвященные исследованию одного из сложнейших вопросов геологии—вопроса о фациях.

В многослойной толще земной коры каждый пласт — это как бы страница, документ той геологической эпохи, во время которой он возник. Хотя весь такой пласт образовался в одну эпоху, отдельные участки его нередко состоят из совершенно различных пород, содержат в себе различные палеонтологические остатки. Пласт состоит из не схожих между собой участков. Эти участки геологи и именуют фациями. Изучение закономерностей изменений в одном пласте — чрезвычайно важное дело. Ведь в этих изменениях как бы сфотографирована картина поверхности земли в ту эпоху, когда образовывался пласт: ее ландшафты, распределение водоемов, география растительного и животного мира.

Занимаясь проблемой фаций, Головкинский провел глубокие исследования причин неоднородности пластов.

Тщательным образом изучив явления осадкообразования, ученый вывел замечательный закон, управляющий этим процессбм, так* называемый закон соотношения фаций. В 1893 году этот закон был цезависи-мо открыт немецким геологом И. Вальтером.

Выдающийся русский геолог был передовым человеком своего времени. В годы реакции 80-х годов свободомыслящий ученый в знак протеста против политики, проводимой правительством Александра III в области просвещения, оставил пост ректора университета в Одессе и стал работать земским гидрогеологом в Крыму. И в этой скромной должности Головкинский сумел многое сделать для н&уки: он провел

блестящее исследование подземных вод Крымского полуострова и создал интересную теорию их происхождения.

Неизгладимый след оставил в геологии Александр Александрович Иностранцев (1843—1919).

Уже своей кандидатской диссертацией «Петрографический очерк острова Валаама», оконченной Александр Александрович Иностранцев.

в 1867 году, он зарекомендовал себя талантливым ученым-новатором.

Изучая горные породы острова, Иностранцев первый ввел в арсенал науки о минералах одно из сильнейших средств исследования — микроскоп. Этим он заложил основы нового раздела геологии — микроскопической петрографии (петрография — наука, изучающая каменные по-роды).

Через год молодой ученый защитил магистерскую диссертацию, посвященную геологической истории западного берега Ладожского озера.

Громадную научную ценность представляет созданный под руководством Иностранцева геологический музей при Петербургском университете. Когда Иностранцев учился в университете, геологические коллекции университета занимали всего два шкафа. В результате же работ Иностранцева музей превратился в известное во всем мире богатое экспонатами учреждение. Здесь были собраны редчайшие образцы минералов, многие геологические уникумы. Музей стал подспорьем в широко развернутой Иностранцевым научной и педагогической работе кафедры геологии университета, первым профессором которой он был.

Полвека отдал Иностранцев русской геологии. Его исследования Алтая, Крыма, Карелии, Кавказа, Донецкого бассейна — яркие страницы в истории изучения строения земных недр России.

Выдающимся исследователем был современник Иностранцева Иван Дементьевич Черский (1845— 1892). Сосланный в Сибирь царским правительством за участие в польском восстании, Черский отдал изучению этого края большую часть своей жизни.

Первые работы Черского, посвященные геологии юга Иркутской губернии, в которых он выяснял вопрос о возрасте горных пород и исследовал берега реки Иркута, дали ему опыт экспедиционной работы, позволили усовершенствовать искусство геологического исследования.

Микроструктуры минералов.

Вскоре Черский принялся за изучение загадочного озера Байкал, которое привлекало ученых своими удивительными особенностями: огромной глубиной, землетрясениями в его районе, нефтью, приносимой волнами к берегам, необычайной растительностью и животным миром, многие представители которого обитают только в этом озере.

Средства, отпущенные на экспедицию, которой предстояло решить труднейшие задачи, были скудны до крайности. Но это не остановило ученого. В течение четырех лет с весны до поздней осени он работал не покладая рук. В 1880 году исследования Байкала были закончены.

Точность, обстоятельность, глубокое проникновение в тайны природы отличали отчеты Черского. Ими и сейчас нередко пользуются ученые. Среди огромного круга проблем, разрешенных Черским, немалое место заняла геология байкальской прибрежной полосы. Целых семь геологических систем обнаружил Черский в прибайкальских горах.

Он открыл там присутствие древнейшей архейской системы, представленной мощными кристаллическими известняками, гранитами, гнейсами; нашел также породы, образовавшиеся в силурийский, девонский, юрский и другие позднейшие периоды.

Изучение строения берегов Байкала позволило Черскому выдвинуть свою гипотезу происхождения этого огромного озера. Два мнения существовали об этом: немецкий ученый Эрман полагал, что Байкал — это громадная щель в юрских образованиях; другие же ученые утверждали, что Байкальская впадина — результат вулканической деятельности. Черский пришел к заключению, что Байкал образовался путем медленных, постепенных преобразований, идущих еще с древнейших времен, когда на месте Сибири было море.

С большим успехом провел Черский исследования высокого плоскогорья Восточной Азии и геологические исследования полосы, идущей вдоль Сибирского тракта от Иркутска до Урала.

В отчетах об этой экспедиции он нарисовал широкую картину строения земных недр от Урала до Байкала и раскрыл связь между геологией Урала и Прибайкалья.

Ученый-энтузиаст и в последние годы своей жизни не замыкался в кабинетной тиши. В 1891 геду он отправился в труднейшую экспедицию для исследования Якутской области. В пути Черский тяжело заболел, но, несмотря на это, продолжал работу. Предчувствуя близкую смерть, он заботился лишь об экспедиции, о собранных ею материалах.

Труды Черского и ныне раскрывает каждый геолог, отправляющийся исследовать места, где когда-то работал этот замечательный ученый.

В 80-х годах XIX века начал свою деятельность молодой горный инженер Александр Петрович Карпинский (1847 — 1936). Урал, привлекавший внимание многих исследователей, стал темой первой работы будущего знаменитого ученого. Составленная им геологическая карта

е. Красноярск 'Устье р. Кадо р. Еимеем д. КуЕекова

Урала долгие годы служила главнейшим источником сведений о геологии этого района. Уже эта работа принесла широкую известность ее автору.

Долгую жизнь прожил Карпинский, и вся она была полна вдохновенного, творческого труда. В результате деятельности великого геолога в науке о земле появилось несколько новых разделов. Заложив основы учения о месторождении руд, он обобщил и озарил светом теории богатства фактов, накопленных его предшественниками и им самим.

Ученый объяснил происхождение многих руд, скрытых в недрах нашей страны. Например, Карпинский наглядно нарисовал образование никелевых и поверхностных железных руд Урала. Он доказал, Иван Дементьевич Черский. что в этом процессе участвовали ветер и вода. Роль ветра, говорил Карпинский, заключалась в том, что он разрушал горные породы, содержащие крупинки железных и никелевых солей и окислов. Вымытые из разрушенной породы, эти частички уносились потоками воды во впадины земной коры.

Осаждаясь и группируясь, эти окислы с течением времени образовали здесь залежи руд.

Трудами Карпинского были основаны палеокеанография и палеогеография — отрасли геологии, изучающие прошлое земной коры и те изменения, которые произошли в ней в течение многих тысячелетий, распределение воды и суши на поверхности планеты в далекой древности.

Эти новые разделы науки о земле он связал с другими дисциплинами — стратиграфией, исследующей осадочные породы, и тектоникой, изучающей движения земной коры.

Часть геологической карты Черского.

Александр Петрович Карпинский.

Ученый раскрыл глубочайшие законы, которым подчинена жизнь земной коры: ее движения, колебания, изгибы; показал, исходя из этого, что очертания моря и суши подчинены закономерностям.

Все свои теоретические открытия ученый-патриот поставил на службу Родине.

Он создал превосходную карту России, на которой предстала во всей сложности ее геологическая история. Он нарисовал меняющуюся картину последовательных разло-"" мов, передвижек, изгибов — процессов, продолжающихся отчасти и сейчас.

Разрабатывая палеокеаногра-фию — науку, изучающую водоемы древности, — он выяснил характер древнего морского бассейна, осадки которого образовали современный Донбасс.

Создав теорию образования рудных месторождений, Карпинский приложил ее к изучению Урала. Он показал, каким было строение Уральского хребта до того, как движение земной коры сместило его складки и придало ему тот вид, который он имеет теперь. Карпинский указал путь к решению загадки крутого восточного склона Урала, не похожего на отлогий западный. Ученый доказал, что восточный склон ныне почти полностью разрушен и погребен под Западно-Сибирской низменностью.

Трудно назвать уголок нашей страны, который бы не привлекал к себе внимания великого геолога.

Карпинский был необычайно разносторонним ученым. Его перу принадлежит ряд классических работ об ископаемых растениях и животных, трудов по биологии и ботанике.

Русский ученый прославился, однако, не только как крупнейший исследователь и теоретик, на многие годы определивший пути развития геологии, но и как великолепный организатор геологической службы. С 1882 года он принимает деятельное участие в работах только что организованного Геологического комитета, а в 1885 году становится директором этого, одного из самых авторитетных геологических учреждений мира. Целая плеяда ученых, среди которых были такие выдающиеся деятели науки, как И. В. Мушкетов, Ф. Н. Чернышев и другие, группировалась вокруг Карпинского: все они с гордостью называли его своим учи-телехМ.

Русская наука высоко оценила заслуги Карпинского. С 1916 года он становится во главе штаба отечественной науки, избирается президентом Академии наук. На этом посту он пробыл до самой смерти.

Одним из сподвижников Карпинского был выдающийся русский геолог Иван Васильевич Мушкетов (1850—1902).

С 1882 года Мушкетов, как и Карпинский, связал свою деятельность с Геологическим комитетом и Русским географическим обществом; Мушкетов организует экспедиции, комиссии по изучению геологических явлений, редактирует научные труды, много времени отдает педагогической работе. Увлекательные и глубокие лекции Мушкетова завербовали в ряды русских геологов многих из тех, кто слушал этого замечательного ученого.

Начав свою деятельность, как и многие другие русские геологи, на Урале, Мушкетов направил впоследствии свои научные интересы на изучение огромной горной страны, протянувшейся от Арало-Каспийской низменности до границ Китая. Капитальный труд «Туркестан», в котором ученый подытожил результаты многочисленных экспедиций, знаком всем исследователям Средней Азии.

Работы Мушкетова по исследованию горных систем Тянь-Шаня и Памиро-Алая имели громадное значение. Ученых всего мира давно волновала проблема происхождения этих гигантских горных систем. Честь решения этой проблемы принадлежит России.

Ложным, подчас прямо-таки фантастическим представлениям о горных цепях Средней Азии, основанным зачастую на непроверенных рассказах, почерпнутых из древних

книг и описаний средневековых пу- Схема зачаточного кряжа Карпинского тешествий, Мушкетов противопоста- 4 (вверху) и схема расположения гор-

вил свое учение о малоисследован- ных хРебтов н9; земном шаре, под-о ^ тверждающая идею Карпинского о еди-

нои стране гор. Он показал, что эта Ч0Ий

связи горных систем (справа).

цепи гор образуют широкие дуги, выпуклые к югу. Мушкетов дал и объяснение происхождению этих горных цепей. Они появились в результате могучего смещения земной коры на север. Теория Мушкетова о складчатом происхождении горных цепей . Тянь-Шаня и Памиро-Алая была подтверждена всем дальнейшим ходом исследований.

Выдающееся значение имели и другие геологические труды Мушкетова. Геология киргизских степей, причины береговых оползней около Одессы, движение ледников и много других интересных -проблем нашли свое разрешение в его творчестве.

В 1891 году Мушкетов выпустил двухтомный труд «Физическая геология», по полноте и основательности не имевший себе равных.

Процессы земной коры, богатые сведения о которых накопила геология, осмысленные с точки зрения передовой науки, были представлены читателю в виде единой, яркой картины жизни земной коры.

Иван Васильевич Мушкетов.

Самые отвлеченные теории Мушкетов умел поставить на службу георазведке и горному делу. В большой степени эта черта присуща и «Физической геологии». Многократно переиздававшаяся «Физическая геология» и сейчас остается денным пособием.

Другим представителем плеяды русских геологов, возглавляемой Карпинским, был Алексей Петрович Павлов (1854 — 1929), прославившийся исследованиями геологии Поволжья.

Начав свою работу в этом районе в 1883 году, он продолжал ее в течение многих лет и собрал важнейшие материалы по геологической истории и строению Поволжья и Русской равнины. Многолетние наблюдения дали ему возможность сделать важные теоретические заключения об истории древних морей юрского и мелового периодов, в районе Поволжья оставивших толстые известковые отложения.

Павлов первым из геологов указал на существование в районе Жигулей большого нарушения залегания слоев, вызванного движениями земной коры. До этого в геологии существовало мнение, что на Русской равнине все слои земли расположены горизонтально, без изломов.-Будучи лучшим знатоком геологии юрских и меловых отложений, то есть как раз тех пластов земли, которые особенно богаты полезными ископаемыми, Павлов сделал немало практических выводов из своих изысканий. Замечательно, например, его предсказание существования нефти в районе Самарской луки, в месте, которое известно нам теперь как один из районов знаменитого «Второго Баку». Гипотеза Павлова была впоследствии подтверждена И. М. Губкиным.

Павлов предсказал также присутствие фосфоритов в юрских и меловых слоях земной коры.

Блестящий исследователь Феодосий Николаевич Чернышев (1856—1914) много труда отдал познанию Урала. Только в советское время Чернышевская схема стратиграфии Урала, показавшая, как залегают на Урале осадочные отложения и каков их состав, была дополнена и расширена в свете новых данных, полученных нашими исследователями.

Уральские работы Чернышева послужили образцом для изу

чения верхнепалеозойских отложений и в нашей стране и за рубежом. Еще в молодости Чернышев стал виднейшим авторитетом по этим отложениям, образовавшимся в конце палеозойской эры.

Результаты своих исследований верхнепалеозойских пластов земной коры Чернышев изложил в двухтомной монографии, вышедшей в 1902 году и являющейся поныне настольной книгой геологов всего мира.

Замечательнее теории Чернышева были результатом обобщения многочисленных наблюдений и изысканий, которые он неустанно проводил в своих экспедициях.

При составлении знаменитой геологической карты Европейской части России, над которой Геологический комитет трудился, начиная с 1882 года, целых десять лет, Чернышев, подготавливавший материал по Уралу и Северу, объездил эти области вдоль и поперек.

Когда закончилась работа над картой, Чернышев отправился по заданию Геологического комитета в Донецкий бассейн. Комитет дал задание составить детальную геологическую карту этого района. Чернышев положил, таким образом, начало научным исследованиям недр Донбасса.

Неутомимый геолог побывал и на суровой Новой Земле, и на полярном острове Шпицберген, и в солнечной Фергане.

С 1903 года и до самой своей смерти в 1914 году Чернышев был директором Геологического комитета и плодотворной деятельностью содействовал приумножению славы этого замечательного учреждения.

По инициативе Чернышева и при его непосредственной помощи в это время были проведены важнейшие работы: исследование Криворожья, Апшеронского полуострова, Северного Кавказа, Сибири.

Имя Чернышева по праву занимает в истории геологии одно из виднейших мест.

Профессора Леонида Ивановича Лутугина (1864—1915) называли «поэтом Донбасса». Трудом его жизни было составление детальной геологической карты каменноугольного бассейна. Этим делом он занимался, будучи профессором Горного института и сотрудником Геологического комитета. Лутугин не оставил свой труд и после того, как в 1905 году реакционеры отстранили его от государственной службы как революционно настроенного человека.

Ученик Лутугина профессор А. А. Гапеев писал, что увольнение Лутугина из Геологического комитета поставило этот комитет в очень трудное положение. Лутугин был крупнейшим специалистом, отлично знавшим Донбасс; он из года в год руководил составлением геологической карты Донбасса, и заменить его было буквально некем.

Так называемое «присутствие Геологического комитета», то есть собрание крупных русских геологов, постановило: «просить бывшего руководителя продолжать съемку в Донецком бассейне».

1

2

3

4

^“111

5

6

$*>•

7

3

~7^%

11 ' 12

Составленные Карпинским карты расположения морей на

РапппаЙгкпЯ ипп'гп Рпггпп

в различные

геологические

эпохи.

Лутугин решил продолжать начатое дело. Он слишком любил его. Без всякого вознаграждения со стороны комитета этот энтузиаст руководил работой коллектива геологов, трудившихся в Донбассе.

К 1913 году гигантская работа была в основном закончена: под

робнейшая геологическая карта Донбасса была почти полностью составлена. Завершил же впоследствии составление карты известный советский геолог П. И. Степанов, воспитанник Лутугина.

Мало кто из ученых знал геологию каменноугольных месторождений так, как Лутугин. Огромные знания и опыт позволяли ему поистине «видеть сквозь землю». Своей проницательностью, своими непогрешимыми указаниями во время поисков угольных пластов, он приводил в восхищение даже бывалых геологов. Не раз ученый выручал горняков своими советами. Так было, например, во время работ по вскрытию пласта на Тквибульском руднике в Грузии. Много раз инженеры, нацеливаясь в пласт, проводили штЬльни, но все попытки обнаружить его были безуспешны. Пласт удалось найти лишь после того, как вызвали Лутугина. В своих расчетах местонахождения пласта Лутугин ошибся всего на один метр!

После окончания работ в Донбассе Лутугин занялся Кузнецким бассейном. За один год Лутугин и его ученики, по существу, заново открыли Кузбасс. Своими изысканиями они показали, что здесь сосредоточены колоссальные залежи каменного угля.

Человек, столько сделавший для' познания ископаемых богатств России, Лутугин намного продвинул вперед и теорию геологии.

Разработанные им методы исследования отложений каменноугольного периода явились фундаментом нового раздела науки — угольной геологии.

Еще одно направление в науке обязано своим рождением Лутугину— это инженерная геология. Возводя какое-либо сооружение — мост, плотину, башню, инженер, чтобы правильно выбрать для них место, должен детально знать геологическое строение района, где предполагается возвести сооружение. Без учета свойств грунта сооружение может получиться или непрочным, или постройка его обойдется очень дорого.

Пионером составления инженерно-геологических карт был Лутугин. В Советской стране инженерная геология получила блестящее развитие.

Выдающийся русский геолог и палеонтолог профессор Николай Иванович Андрусов (1861—1924) завоевал славу крупнейшего знатока неогена — отложений, образовавшихся в конце третичной системы.

Леонид Иванович Лутугин.

Изучение этих отложений и органического мира тех времен имеет огромную практическую важность: в их толщах скрываются богатейшие месторождения нефти.

Если спросить любого геолога, какие труды в первую очередь следует прочесть, чтобы познакомиться с неогенными отложениями, он, не колеблясь, ответит: труды Андрусова.

Андрусов исследовал неоген Керченского полуострова Северного Кавказа, Азербайджана, Мангышлака. Андрусов выяснил характер, состав и распространение неогена в Черноморско-Каспийской области и на юго-востоке Европы. По палеонтологическим остаткам он воссоздал картину изменения животного мира в третичную эпоху и показал, как одни виды сменялись другими.

Андрусов раскрыл влияние изменений физико-географических условий на фауну и флору. Учет взаимосвязи органического мира с физико-географическими условиями дает возможность особенно глубоко исследовать осадочные породы.

Нарисовав подробнейшую картину строения нефтеносных отложений обследованных им районов, ученый дал путеводную нить для познания нефтяных богатств Кавказа.

Важное значение имеет и открытие Андрусовым ископаемых .рифов — коралловых построек древних эпох.

Первым из геологов Андрусов показал существование известняков, образованных деятельностью рифовых организмов. Понятие онкоид, введенное им для обозначения таких известняков, прочно вошло в науку.

Большой вклад в науку о земле сделал в конце XIX века профессор физики Московского университета Э. Лейст (1852—1918), специализировавшийся в изучении земного магнетизма.

Каждое лето приезжал Лейст в Курскую губернию, где, удивляя встречных, бродил по полям с морским компасом в руках.

Здесь, в Курской губернии, как это заметили инженеры, строившие железную дорогу, компас вел себя очень странно. Стрелка становилась не так, как ей полагалось.

Объяснить это загадочное явление пытались многие исследователи. Был приглашен из Франции специалист профессор Муро. Он, а с ним и другие ученые, склонялись к мысли, что на стрелку компаса влияют какие-то блуждающие в почве электрические токи.

Но Лейст остался при особом мнении: он был уверен, что стрелку отклоняют скрытые в недрах массы железной руды.

Наблюдая поведение стрелки в сотнях различных пунктов и отмечая результаты наблюдений на географической карте, Лейст вычертил подробную магнитную карту обследованной им местности. На этой карте отчетливо вырисовывались две длинные полосы, соответствующие тем местам, где стрелка отклонялась от нормального положения особенно резко. Под этими полосами, утверждал ученый, и расположены два мощнейших подземных хребта железной руды.

Работы по изучению Курской магнитной аномалии, проведенные в советское время, подтвердили эти прогнозы. Под курской землей были действительно найдены богатейшие залежи железной руды.

Работы по исследованию Курской аномалии имели исключительное значение и для развития техники георазведки.

Магнитометрический метод — поиски рудных месторождений с помощью указаний магнитной стрелки — один из самых надежных в арсенале современной георазведки. Он принадлежит к группе так называемых геофизических методов. Эти методы, позволяющие с поверхности земли обнаружить в ее толще полезные ископаемые, необычайно упростили рудную разведку: сделали ее более действенной и позволили проводить ее быстрее.

Появление другого геофизического метода разведки — сейсмометрического — было подготовлено работами русского физика, академика Бориса Борисовича Голицына (1862—1916), осуществленными им в начале нашего века. Внимание Голицына, видевшего в земле как бы громадную физическую лабораторию, приковала одна из могущественных сил природы — сила землетрясения. Уже давно ученые регистрировали случаи подземных толчков, вели их летопись. Но наблюдения были отрывочными, нерегулярными. Только знаменитый геолог Мушкетов ввел постоянное наблюдение за подземными толчками.

Рассмотрев землетрясение как физическое явление, Голицын сумел по глухим сигналам подземных толчков воссоздать точную картину рождения и распространения упругих колебаний в земной коре.

Заслуга Голицына срстоит также и в том, что он увидел в этих колебаниях средство познания земных недр. «Можно уподобить всякое землетрясение, — писал Голицын, — фонарю, который зажигается на короткое время и освещает нам внутренность земли, помогая тём самым рассмотреть то, что там происходит».

И действительно, изучая волны упругих колебаний, проходящие сквозь земную толщу, можно составить довольно точное представление о физических свойствах глубинных слоев недр.

В слоях, состоящих из более упругих пород, волны бегут быстрее. Переходя же из слоя в слой, волны эти меняют свое направление. И потому, замечая, нисколько они отклонились от первоначального направления, можно узнать, сквозь какие слои пришлось им пройти. Колебания, встречая на своем пути породы, частично отражаются от них. Ловя эти волны, можно узнать, на какой глубине встретили первичные волны породу той или иной плотности. Для того чтобы уловить свет этого «фонаря землетрясения» и рассмотреть в его лучах недра земли, Голицын создал специальные очень чувствительные приборы — сейсмографы.

Где бы ни находился очаг землетрясения, как бы ничтожно малы ни были колебания, дошедшие к приборам Голицына, сейсмографы регистрировали эти колебания и показывали их силу.

У Голицына была также своя замечательная методика наблюдений, пользуясь которой он смог решить даже такую невероятно сложную задачу, как определение места очага землетрясения по показаниям одной только станции.

И, наконец, Голицын создал стройную, математически совершенную теорию упругих колебаний в земле. Именно ему принадлежит честь основания этого нового раздела науки о земле — сейсмологии.

Много «белых пятен» стер с геологических карт, много сложнейших вопросов геологии разрешил академик Владимир Афанасьевич

Обручев (1863—1956), один из любимейших учеников И. В. Мушке- _ „

^ Сейсмограмма с сейсмо-

това. графа Голицына.

Свою первую экспедицию, маршрут которой был выбран им вместе с Мушкетовым, Обручев совершил в 1886 году. Он исследовал Кара-Кумы, дошел до самых границ Афганистана. Первая работа молодого исследователя была удостоена золотой медали Географического общества. Имя его сразу получило известность среди географов и геологов.

В 1889 году Обручев начал исследование полезных ископаемых Сибири, занявшее огромное место в его научной деятельности.

Уже первый год работы принес много побед.

Обручев исследует Прибайкалье; изучает там слюдяные месторождения, выходы каменного угля на обрывистых берегах реки Оки, разыскивает месторождение графита на острове Ольхон, посреди Байкальского озера.

В Хамардабане он ищет ляпис-лазурь, а в Ниловой пустыни исследует горячие источники.

В последующие годы работы в Сибири он уделяет большое внимание исследованию золотоносных районов Витима и Олекмы.

В 1892 году Обручев совершает большую экспедицию в Центральную Азию.

Два с лишним года провел исследователь в пустынях и горах этой малоизученной страны. Тысячи километров прошел он по местам, где до него не ступала нога ни одного европейца.

До сих пор материалы этой экспедиции — единственный источник достоверных сведений по геологии труднодоступных районов Монголии и Китая.

Ученый долго жил в Сибири, в том краю, которому посвящена большая часть его деятельности.

В 1912 году Обручев был вынужден покинуть Томский университет, геологической кафедрой которого он руководил. В эти годы реакции многие прогрессивные ученые изгонялись из учебных заведений.

Приехав в Москву, ученый занялся углубленной обработкой геологических материалов, накопленных во время экспедиций. В Москве же началась его замечательная деятельность как популяризатора научных знаний. Кроме множества статей, разносторонний ученый написал и хорошо известные советскому читателю научно-фантастические романы «Плутония» и «Земля Санникова».

Октябрьская революция принесла Обручеву, как и многим другим передовым русским ученым, «второе рождение».

Электромагнитный сейсмограф, изобретенный Голицыным.

Социалистическое строительство расширило поле деятельности исследователя, наполнило новым содержанием его работу.

Под научным руководством Владимира Афанасьевича Обручева, с 1929 года ставшего во главе Геологического института Академии наук, проходили разведки зем-ных недр.

Изыскания советских геологов открыли грандиозные запасы Урало-Кузбаоса, помогли создать этот могучий промышленный район.

Многие другие победы советской геологии также связаны с именем Обручева, ставшего крупнейшим авторитетом в области изучения рудных месторождений.

Обручевым создан институт мерзлотоведения. Институт, носящий имя этого замечательного ученого, разрабатывает методы борьбы с бичом северных земель — вечной мерзлотой.

Неутомимый исследователь разработал ряд сложнейших геологических проблем. Он занимался вопросом происхождения лёсса. Многие геологи считали, что любой мелкозем под действием почвообразовательных процессов в условиях подходящего климата может превратиться в лёсс. Этому мнению Обручев противопоставил свое суждение. Он показал, что нужно различать лёсс первичный, образовавшийся из пыли пустынь, и вторичные породы, появившиеся вследствие почвообразования, породы, только напоминающие по своим свойствам лёсс. Это мнение имеет теперь многих сторонников.

Исследовал Обручев и причины оледенения Сибири. Многие геологи отрицали, что Сибирь когда-то была покрыта льдом. Изучив следы прежнего оледенения огромной страны, ученый опроверг мнение этих исследователей.

Участвовал он в разрешении вопроса о действии на формирование земной коры так называемых тектонических движений, вызванных вулканическими силами. Раньше в тектонических явлениях считали главными те движения, которые образуют складки на земной коре. Обручев показал, что значение этих явлений огромно и для образования

сбросов и сдвигов в земной коре, — именно перемещениями такого рода создан в основном рельеф всей Азии.

Занимала Обручева также проблема происхождения Ленского золотоносного района. Ему удалось доказать, что ленские россыпи образовались в результате разрушения коренных пород, содержавших золотоносные вкрапления.

Советское правительство высоко оценило заслуги В. А. Обручева.

В 1945 году ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

С огромной силой развернулось в годы советской власти и творчество Ивана Михайловича Губкина (1871—1939), который вошел в историю науки как один из основоположников геологии нефти.

Научная деятельность его началась в 1908 году на Кубани. Внимание ученого привлекло загадочное явление: в этом районе некоторые скважины не давали нефти, в то время как из соседних она била фонтаном.

Долгие, упорные изыскания, проведенные на промыслах, сбор геологических данных и их математический анализ завершились созданием нового оригинального метода составления карт нефтеносных пластов. Карты с изображенным на них подземным рельефом раскрывали закономерности залегания нефти в этом районе.

В своей работе Губкин не только открыл нефтеносные кубанские пласты, но и вооружил разведчиков умением искать подобные, особенно глубоко спрятанные залежи.

Значение проблемы, которую разрешил он, выходило далеко за границы района Кубани.

Изучая месторождения Кубани, геолог открыл существование нефтеносных залежей нового, еще неизвестного типа. Такие залежи он нашел в последующие годы и в Майкопском нефтеносном районе. Уже первая работа принесла Губкину славу крупнейшего специалиста по геологии нефти.

Через 15 лет после этого открытия существование залежей подобного типа установили в Америке.

В изучение любого вопроса Губкин вносил свой новаторский подход.

В 1912 году на Таманском полуострове, в районе, который не раз изучали крупнейшие геологи, исследователь обнаружил четыре совершенно неизвестных до него нефтеносных горизонта. Мало того, в недрах этого полуострова он открыл неизвестный дотоле в России тип складок-земных пластов.

В следующем году, работая на Апшеронском полуострове, там, где, казалось бы, все подробнейшим образом было изучено его многочисленными предшественниками, он сумел заново воссоздать всю картину строения этого полуострова.

Мировую славу принесла Губкину и его теория грязевого вулканизма. До него считали, что там, где бьют грязевые вулканы, нефти быть не может. Ученый доказал ошибочность такого предположения. Грязевые вулканы, утверждал он, есть как раз верный признак нефтеносности района.

Замечательные работы, проведенные геологом до Октябрьской революции, были лишь вступлением к тем научным -победам, которые одержал этот выдающийся ученый в годы советской власти.

В первые послереволюционные годы, по поручению Владимира Ильича Ленина, И. М. Губкин вместе с академиком П. П. Лазаревым начал исследования залежей Курской магнитной аномалии.

Прославленный геолог-нефтяник в решении и этой, не близкой ему по специальности задачи добился важных результатов. Экспедиция Губкина — Лазарева установила существование под курскими землями громадных залежей железной руды.

Вершина деятельности Губкина — это открытие нефтеносных районов Заволжья и создание знаменитого «Второго Баку». О необходимости исследования нефтеносности Приуралья и Заволжья Губкин стал говорить с самых первых лет советской власти. Ученый был твердо уверен, что в этих местах, где следы нефти были открыты еще полтора столетия назад, ее должно быть много.

Возглавив работу Московского отделения Геологического комитета, Губкин в 1928—1929 годах организует разведку нефти в районах Приуралья и Заволжья.

Поиски дали блестящие результаты. В 1932 году было открыто Ишимбаевское месторождение.

Советские геологи, руководимые Губкиным, успешно продолжали свою деятельность, увеличивая с каждым годом число открытых месторождений.

Труд Губкина «Волго-уральская нефтеносная область», в котором он изложил результаты своих многолетних научных работ по геологии нового нефтеносного района, — жемчужина в мировой литературе о нефти.

До самой смерти ученый отдавал много времени общественной и государственной деятельности: он был вице-президентом Академии наук СССР и руководителе^ многих научных учреждений.

Иван Михайлович Губкин.



Истории, рассказы о русской науке и технике, Болховитинов В. 1957