Социально-экономические обоснования производственно-трудовой советской школы


Социально-экономические обоснования производственно-трудовой советской школы.

А. Возникновение идеи производственно - трудовой школы у Маркса и Энгельса.

I. Как влияет разделение труда в мануфактуре и в крупной промышленности при напиталистичесном способе производства на образование и развитие рабочего.

Во всяком обществе с естественно развивающимся производ-

1СТВОМ,—а современное является таковым,- не производители господствуют над средствами производства, но средства производства господствуют над производителями. В такого рода обществе каждый новый рычаг производства необходимо преобразуется в новое средство порабощения производителей средствами производства. Это относится прежде всего к тому рычагу производства, который вплоть до возникновения крупной индустрии был наиболее могущественен,—к разделению труда; уже первое большое разделение труда, отделение города от деревни приговорило сельское население к тысячелетиям долгого отупения, а горожан—к порабощению каждого в отдельности его детальной работой. Оно уничтожило основу духовного развития первого и физического—вторых. Если крестьянин делается собственником земли, а городской ремесленник—своих орудий производства, то земля еще в большей степени порабощает крестьянина, а ремесло—ремесленника. С разделением труда был разорван на части и сам человек; в целях развития какой-нибудь одной его деятельности были принесены в жертву все прочие физические и духовные способности... Это подавление человека растет одновременно с развитием разделения труда, которое достигает высшей ступени в мануфактуре. Мануфактура разлагает ремесло на его отдельные детальные операции, на" каждую из них указывает отдельному рабочему, как на обязанность всей его жизни, и приковывает его таким образом на всю жизнь к определенной

детальной функции и определенному орудию труда (Ф. Энгельс. „Анти-Дюринг").

Мануфактура создает в каждом ремесле, которое она охватывает, класс так называемых необученных рабочих. Развивая до виртуозности одностороннюю специальность за счет способности к труду вообще, она превращает в особую специальность самый недостаток всякого развития.

Она (мануфактура) превращает рабочего в урода, искусственно культивируя в нем одну только специальную способность и подавляя весь остальной мир производительных задатков и дарований...

Все те познания, понимание и воля, которые развивает в себе самостоятельный крестьянин или ремесленник, хотя бы и в малом масштабе,—все это в мануфактуре требуется лишь от мастерской в целом. Духовные потенции (движущие силы) производства на одной стороне расширяют свой масштаб именно потому, что на многих других сторонах они исчезают совершенно. То, что теряют частичные рабочие, сосредоточивается в противовес им в капитале. Мануфактурное разделение труда приводит к тому, что духовные потенции материального процесса производства противостоят рабочим, как чужая собственность и порабощающая их сила. Этот процесс отделения начинается с простой кооперации... Он развивается далее в мануфактуре, низводящей рабочего до степени частичного рабочего. Он завершается в крупной промышленности, которая отделяет от рабочего

науку, как самостоятельную потенцию производства, и заставляет ее служить капиталу. „Человек науки отделяется от производительного рабочего целой пропастью, и наука, вместо того, чтобы служить в руках рабочего средством для увеличения его собственной производительной силы, почти везде противопоставляет себя ему... Познание становится орудием, которое способно отделиться от труда и выступить против него враждебно" (ТЬотрзоп).

„Духовное развитие значительного большинства людей,— говорит А. Смит,—неизбежно определяется их повседневными занятиями. Человек, затративший всю свою жизнь на отправление немногих простых операций, не имел случая упражнять свой разум... Он бывает обыкновенно настолько тупым и невежественным, насколько это возможно для человеческого существа... Его искусство в своем специальном ремесле приобретается, невидимому, за счет его интеллектуальных, социальных и военных способностей. Но в каждой промышленной и цивилизованной стране в такое состояние неизбежно должны впасть все трудящиеся бедняки, т. е. большая масса населения". Чтобы предотвратить полнейшее искалечение народной массы, являющееся результатом разделения труда, А. Смит рекомендует государственную организацию народного образования, впрочем, в самых осторожных гомеопатических дозах. Вполне последовательно воз-

-----

— 9 —

ражает против этого... Гарвье. Народное образование противоречит, по его мнению, первому закону разделения труда; организацией народного образования мы „обрекли бы на уничтожение всю нашу общественную систему"... Фергюссон уже в „ШеЬогу оГ Ст1 8ос1е1у“ говорит: „И самое мышление в этот век разделения труда становится особой профессией".

Некоторое духовное и телесное искалечение неизбежно даже при разделении труда в рамках всего общества й целом. Но так как мануфактурный период проводит значительно дальше это общественное расщепление различных Отраслей труда..., то материал и стимул для промышленной патологии... дается впервые лишь мануфактурным периодом... .Рассечение труда есть убийство народа* (Пг^иЬаг!). Гегель придерживался очень еретических взглядов относительно разделения труда. „Под образованным человеком следует разуметь прежде всего того, кто может сделать все то, что делают другие", говорит он в своей философии права.

Мануфактурное разделение труда... не только развивает общественную производительную силу труда для капиталиста, а не для рабочего, но и развивает ее путем изуродования индивидуального рабочего. Оно создает новые условия господства капитала над трудом. Поэтому, если, с одной стороны, оно является историческим прогрессом и необходимым моментом в экономическом развитии общества, то, с другой стороны, оно есть орудие цивилизованной и утонченной эксплоатации („Капитал", т. I, глава 12).

Уже утописты вполне понимали, что система разделения труда калечит трудящийся класс, принуждая рабочего заниматься в течение всей жизни однообразным механическим трудом, состоящим в повторении одного и того же акта. Устранения противоположности между городом и деревней требовали и Оуэн и Фурье, видя в нем основное условие для упразднения старой системы разделения труда. Согласно мнению обоих, население должно распределиться по стране группами в 1000 — 3000 человек, каждая группа занимает громадный дворец в центре своей территории и ведет общее хозяйство. И хотя Фурье местами говорит о городах, однако эти города состоят только из четырех или пяти таких, находящихся в недалеком расстоянии друг от друга, дворцов. По плану этих двух утопистов, каждый член общества занимается как земледелием, так и промышленностью. У Фурье главную роль играют ремесло и мануфактура, у Оуэна, например,—крупная промышленность, и последний требует введения силы пара и машин в работы домашнего хозяйства, но и тот и другой особенно настаивают на том, чтобы организация земледелия и индустрии гарантировала населению наибольшее разнообразие в занятиях, и, согласно с этим, они требовали, чтобы воспитание подготавливало юношество для всесторонней технической деятельности. По мнению обоих, человек должен всесторонне

%

развиваться путем всесторонней практической деятельности, и труд должен вновь получить утраченную им, вследствие своего разделения, привлекательность, именно посредством такого разнообразия и вытекающей из него небольшой продолжительности каждого „этапа" отдельной работы, употребляя выражение Фурье (Ф. Энгельс. „Анти-Дюринг").



Советская производственно-трудовая школа, А.Г.Калашников