ВЫГОДНЫЕ РЕФЛЕКСЫ


ВЫГОДНЫЕ РЕФЛЕКСЫ

Мой дед — большой знаток рыбной ловли. Пришел однажды к нему в гости, а он на реке. И вокруг — толпа. Дед ловит, все смотрят. Не успеет мормышка опуститься на дно, а дед тянет ее уже назад. И не пустую. С красноперым окунем. Зеваки удивляются: «Ай да дед! Всех обловил!»

Когда мы сидели за столом и уплетали жареных окуней, он сказал:

— Секрет простой. Рыбу кормлю каждый день. Когда пробиваю лед, стук под водой далеко расходится. Потом корм бросаю. Постучу, еще брошу. А когда иду рыбалить, она меня уже ждет. Стоит только постучать. Условный рефлекс — это, брат, наука!..

Нечто подобное можно проделать и с плотвой, подъязком, лещом. Только в лунку вместе с мотылем нужно постоянно опускать и пареный жмых.

                                                       

НА «ТЕЛЕВИЗОР»

Рыболовы —- пытливый народ. Они пускаются на любую хитрость, лишь бы рыбалка была интересной. Вот одна из них.

В стеклянную банку с водой сажают несколько мальков и монтируют в ней лампочку от карманного фонаря. Батарейку ставят на лед, а банку с проводами опускают на дно. Такой «телевизор» безотказно привлекает окуней. Тяга к свету — это уже рефлекс познания. Подавляя страхи, он заставляет рыб плыть в освещенную зону.

ПОБОЛЬШЕ ВЫДУМКИ

Холодно, неуютно зимой на льду. Снежная пороша заеыпает лунку, а не успеешь ее очистить шумовкой и чуть зазеваешься, мороз уже начинает «паять» лунку, покрывая воду тонкой ледяной корочкой, которая задерживает леску. И сторожок все время в движении, только не поймешь отчего: то ли ветер качает леску, то ли рыба толкает мормышку.

Но не такой уж робкий народ рыболовы, чтобы пасовать перед трудностями: скажи им, что" на Северном полюсе берет крупный окунь, и они завтра же будут там сверлить лунки, тепло одетые, обутые. А многие притащат с собой и разборные палатки. Да еще с «местным» отоплением на керосине или сухом спирте. Такое укрытие избавляет рыболова от перечисленных выше помех. А материал для укрытия самый разнообразный: от лыжных палок до телескопических стоек -— для опоры; от специальной палаточной ткани, картона, фанеры до обычной полиэтиленовой пленки. Но результат один — это комфорт и удобства.

Две-три таблетки сухого спирта, консервная банка, синеватое пламя, и уже тепло...

КАК ЗАМОРОЗИТЬ МОТЫЛЯ?

Зимой мотыль ценится на вес золота. Его трудно добывать и еще сложнее хранить длительное время. Особые трудности возникают у рыболова-горожанина.

А для подледной ловли эта нажива — самая первая. Я долго ломал голову, как выйти из положения? Пытался хранить личинок в сыром клубне картофеля, зеленом огурце, спитом чае. Но тщетно: больше 2—3 недель личинки не выживали.

Случай помог избавиться от дальнейших опытов. Однажды, подобрав около лунки пучок замерзших ли

чинок, я принес их домой. И что же! Некоторые из них не только оттаяли, но и стали подавать признаки жизни.

Вывод: личинок можно замораживать небольшими порциями (в спичечных коробках, а этой дозы хватит на целый день ловли) и хранить на балконе, в холодильнике.

За несколько часов до выхода на рыбалку мотыль размораживается. По своим качествам он не уступает живому. Повторное замораживание приводит личинок в негодность.

                                                       

ГДЕ ЗИМОЙ ЛОВИТСЯ РЫБА?

Однажды дед пригласил меня половить окуней на озере Глубоком. Дед — меня, а я — приятеля. Было это по перволедью.

Приехали. Вышли на середину озера, наугад пробили лунки: лед-то везде одинаковый. Опустили мормышки, сидим, ловим. А дед ходит, что-то под ногами высматривает. Но вот он остановился, протюкдл лунку, да такую, что только пешня в нее и проходила: удар в удар бил, как шилом проткнул: ни тебе крошева, ни тебе — шумовки. И сразу в это отверстие блесенку — буль! И «дирижировать». Раза три тихонько взмахнул удочкой, как дирижерской палочкой, и из лунки вместе с блесной пулей вылетел красноперый окунь. Еще три взмаха — и второй красавец тяжело забился на льду.

Я и рот раскрыл. Дед же, поймав несколько рыбин, снялся с места, двинулся дальше. А сам все на лед смотрит. Но вскоре остановился, пробил лунку и — чудеса: опять у его ног прыгают окупи. Вот так и пошло: дед ловит, а я наблюдаю.

«Ах, ты старый! Вот колдун! Ну, погоди!..»

Я бросил свою удочку и зашмыгал к нему по льду.

А там ничего особенного: лунка как лунка, блесна как блесна: грубая самоделка из красной меди.

— Васильич, ты — волшебник!

— Эх, милай, — ответил дел, смахивая иней с

РАЗДЕЯ ЧЕТВЕРТЫЙ

усов. — Поживи с мое — и ты колдуном станешь... Рыбку-то с кондачка не возьмешь. Гляди на лед. Видишь в нем вмерзшие пузырьки? Смекаешь?.. Это под водой, на корягах скапливается воздух. Пузырьки отрываются, всплывают и указывают место, где лежат коряги. А где коряги — там и окунь.

Зачарованный, забыв про приятеля, стал я ходить рядом с дедом. И вдруг увидел во льду большие пузыри, похожие на вмерзшие блюдца из матового фарфора. Я с радостью указал на них своему учителю: вот, мол, сейчас тут полведра настебаем!

Но дед объяснил, что нам нужны пузыри мелкие, а большие образуются там, где гниют водоросли и выделяется болотный газ. Эти места рыбы обходят стороной.

— Вот так-то, мил человек: есю жизнь — лови, всю жизнь — учись!..

                                                       

«ЯЗЫК» ПОПЛАВКА

У него свои условные сигналы: мелкая дрожь, дробные подергивания — насадку пробует губами плотва; поднялся и лег на бок — наживку взял в рот лещ; медленно, но уверенно пошел ко дну — приманку утащил окунь; резко, с брызгами, как пуля вонзился в воду —• живца схватила щука; а чуть притонул и качается под водой — крючок зацепился за корягу...

Нужно иметь поплавки всегда одной формы и конфигурации, но разной грузоподъемности. Тогда лучше привыкаешь к их движениям, лучше понимаешь «язык» их сигналов.

Поплавок — это интересный рассказчик и помощник. Он непрерывно информирует рыболова о том, что происходит ПОД ВОДОЙ.

ТрОЖЯ И ПРАКТИКА

                                                       

СЕКРЕТЫ ПОДЛЕДНОЙ ЛОВЛИ

Плотва весом в 200—300 граммов уже считается крупной. Всем хороша эта рыба: и поклевкой, и достойным сопротивлением, и красотой, и когда жарится на сковороде... И самое главное, когда сидишь у лунки, — не мучает совесть, что уничтожаешь молодь в- спичку длиной. Но дается она только в умелые руки. Как это ни странно, но чем меньше мормышка, чем меньше крючок (даже второй номер), чем мельче насаженный мотыль (иногда «чулком»), тем крупнее попадаются экземпляры.

Поклевка крупной плотвы еле заметная, особенно в глухую пору: январь, февраль. Сторожок чуть дрогнет, пригнется и тут же принимает исходное положение. В этот миг и нужно подсекать. Да не сильно! Резкая подсечка может принести горечь и разочарование: леска-паутинка не выдержит толчка трехсотграммовой плотвы. Тем более, что таких поклевок бывает не более пяти в день.

Зимой, после поимки первой плотвицы можно просверлить еще пару лунок в одну линию с первой. В крайние бросить прикормку: пареный жмых, остатки хлеба, кормового мотыля !— и поставить поплавочные, удочки, наживленные мотылем. Спустя некоторое время, плотва будет брать и на мормышку, и на спасть с поплавком.

Неплохо попробовать наживу, добываемую из-под коры старых пней, поваленных осин, сосновых дров. Это личинка жука-короеда, внешним видом напоминающая опарыша, только головка у него черная. А «сэндвич» из мотыля и личинки репейной моли бывает просто неотразим.

Словом, нужно искать, творить, выдумывать, пробовать.

Ищущий, да обрящет!



Справочник рыболова, Калугин