Кино, бизнес, политика


Кино, бизнес, политика

Над американским кинематографом вообще, а над продукцией голливудской кухни особенно, всегда витал запах денег. За последние годы этот запах перерос в устойчивый чад. Фильмы в США стали не только прямым способом делать большие деньги, но и средством так или иначе уходить от больших налогообложений, уверткой для легализации незаконных денежных прибылей мафии. По разным данным, сумма капиталовложений мафии в Голливуд колеблется от 10% до 20%. И естественно, что чем больше растет прибыль от фильмов, чем больше становится куш, тем больше желающих сорвать его, тем острей конкурентная борьба. И в этой борьбе сталкиваются, приходят в противоречие буржуазная апология с ее откровенно охранительскими тенденциями и дух бизнеса.

Известно, что средства массовой информации США никогда не скупились на рекламу так называемой «свободы творчества». На деле же немало доказательств, свидетельствующих о стремлениях ограничить влияние и роль прогрессивного кинематографа. Для этого не останавливаются ни перед экономическим давлением на режиссеров, ни перед цензурными запретами. Так, в 1971 году американские кинодокументалисты создали фильм «Год свиньи», направленный против агрессии во Вьетнаме. Фильм был предложен для показа по телевидению, но владельцы телекомпании отклонили его.

Такая же участь чуть не постигла другой фильм — «Сердца и умы»

(режиссер Питер Девис, продюсер Берт Шнайдер, 1974), посвященный той же теме. «Коламбия пикчерс», вложившая в него миллион долларов, посчитала ленту слишком подрывной и решила бросить ее в корзину. «Опасность» этого фильма заключалась в вопросе, который он поднимал: какой след в сердцах и умах американцев оставила агрессия США в Юго-Восточной Азии? Начался скандал. Прогрессивные американские деятели культуры через прессу и телевидение организовали кампанию в защиту фильма. Увидев, что на этом фильме и разразившейся вокруг него борьбе можно заработать и моральный и финансовый капитал, права на него перекупила компания «Уорнер бразерс». Бизнес есть бизнес.

Но, может, фильм был лишен достоинств художественных? Нет, художественные достоинства

фильма были признаны американской Академией кино, присудившей ленте «Сердца и умы» золотого «Оскара» 1975 года как лучшему документальному фильму. Правда, и здесь не обошлось без скандала. Награждение премиями Оскара происходит в Академии кино в Лос-Анджелесе и транслируется по национальному телевидению. Принимая фигурку золотого «Оскара», Берт Шнайдер не ограничился традиционными словами благодарности за высокую оценку его фильма и зачитал послание американскому народу, присланное представителем Демократической Республики Вьетнам в Париже. Этот акт произвел впечатление разорвавшейся бомбы. Хорошо отлаженное шоу грозило превратиться в политическую демонстрацию.

Чтобы самортизировать эффект, а надо сказать, что он был немалым, на сцене появились голливудский комик Боб Хоуп и эстрадный певец Фрэнк Синатра, снискавшие себе в США славу подголосков Пентагона, которые заявили, что академия сожалеет по поводу инцидента и просит прощения у зрителей за вторжение политики «в святую область искусства». Но зал по достоинству оценил выступление молодого продюсера.

Случай с фильмом «Сердца и умы» не единичный. Так, компания «Юнайтед Артисте», ознакомившись с тем, каким получался у Роберта Олтмана фильм «Нэшвилл», отказалась от него и разорвала контракт с режиссером. Олтман завершил его как «независимую» продукцию, т. е. не на средства Голливуда. Этот фильм сразу же пустила в прокат компания «Парамаунт». Руководствуясь стремлением победить в конкурентной борьбе, а отнюдь не из-за какой-то особой «левой» позиции, эта компания, возглавляемая молодым предприимчивым Фредом Яблонски, не раз поддерживала, а порой и финансировала те фильмы, от которых отказались другие компании. Так, кроме фильма Роберта Олтмана «Парамаунт» выпустила в прокат «Грязные улицы» Мартина Скорсезе, «Разговор» Френсиса Копполы, снятый им на свои деньги.

Приведенные выше факты свидетельствуют о том, что сегодня в американском кинематографе идет острая борьба: борьба идеологическая — между передовыми гуманистическими идеями и конформизмом; борьба экономическая, конкурентная — между раз

ными компаниями и кинокомпаниями и «независимыми», в результате которой все больше и больше фильмов в США создаются вне Голливуда и экономически независимо от него.

Борьба, пронизывающая всю систему американского кино, не ограничивается внутренним рынком, она имеет место и на рынке внешнем. Но там она несколько видоизменяется. Американские кинокомпании отодвигают свои противоречия на второй план и выступают уже единым фронтом против общего противника — национального кинематографа стран Европы и «третьего мира».

По мере того как в послевоенные годы укреплялись экономические и политические позиции Западной Европы, усиливалось и ее стремление высвободиться из-под заокеанского диктата. Особенно наглядно это было продемонстрировано в конце 60-х годов ростом антиамериканских настроений у молодежи. Ростом, вызванным прежде всего движением против войны во Вьетнаме, которая в немалой степени способствовала разрушению иллюзорного нимба «оплота демократии» вокруг США в глазах европейцев.

Эти настроения в значительной мере совпадали и с национальной политикой ряда крупных западноевропейских держав. Раздавались голоса, призывавшие противопоставить «вторичной американской культуре» культуру подлинную, европейскую. Уже тогда предпринимались попытки создать единую европейскую киносистему, и в первую очередь систему проката под эгидой «Общего рынка». Подразумевалось, что через эту систему удастся потеснить

США в международном прокате, который в настоящее время почти полностью контролируется американскими кинокомпаниями.

Усилия владельцев американской кинопромышленности направляются в различные сферы кинобизнеса. Во-первых, это прокат своих собственных фильмов в Европе, во-вторых, производство совместных с европейцами фильмов, в-третьих, финансирование фильмов, производимых национальными студиями Европы, в-чет-вертых, овладение прокатом европейских фильмов посредством скупки кинотеатров в этих странах и т. д.

Сейчас Голливуд не ограничивается как явным, так и неявным финансированием европейских фильмов, равно как и съемками своих собственных в Европе, где налоги ниже, а рабочая сила дешевле.

Основное же внимание сосредоточено на системе проката, который сегодня почти целиком зависит от кинокомпаний США, а точнее от все тех же банков, контролирующих и все производство, и весь американский прокат.

Вероятно, здесь целесообразно заметить, что только прокат своих лент за рубежом приносит США 53% дохода от общего проката фильмов.

В последнее время в международной политике Голливуда особую роль играет Американская ки-ноэкспортная ассоциация — МПЭА. Она имеет 16 представительств и 38 различного рода бюро за рубежом. В них работает более 16 тыс. служащих. Как заявил президент этой ассоциации Джек Валенти, МПЭА можно назвать «малым Госдепартаментом», так как это единственное учреждение в США, которое самостоя

тельно ведет переговоры с иностранными правительствами.

Киноиндустрия США всегда развивалась как международная монополия. Но, пожалуй, еще никогда концентрация американского киноэкспорта не достигала такого объема. В настоящее время 17 американских монополий захватили более половины прокатного времени в кинотеатрах всех развивающихся и капиталистических стран. В соответствии с этим растут доходы, получаемые от проката американских фильмов за границей. Так, во Франции их прокат составляет 42% от всего проката, а в Англии он превышает 80%.

Экспансия американского капитала приносит ущерб национальным кинематографам. По признанию американского кинокритика Т. Гьюбека, «нет никакого сомнения, что кинопромышленность Англии и в меньшей степени Италии и Франции, связавшись с американским прокатом и финансированием, утратила свою самостоятельность». Потеряв контроль в этой области, западноевропейские страны уже не могут «определять свою собственную художественную судьбу, поскольку редпочтение теперь отдается тому типу фильмов, коммерческие возможности которого представляются наибольшими. В результате национальная специфика кино исчезает, разбавляясь смесью из международных коммерческих штампов».

Некоторые страны пытаются ограничить проникновение американского капитала всякого рода квотами и налоговыми обложениями. Но в ответ МПЭА применяют различные «силовые приемы»: объявляют бойкот кинорынку этой страны или ищут разного рода об-

ходные пути. Так, фильм «Последнее танго в Париже», который, как известно, считается совместным франко-итальянским, на самом деле был снят на деньги голливудской кинокомпании «Юнайтед Артисте», которая владеет теперь правами его проката по всему миру, т. е. по существу является его полноправным хозяином.

Кино не только товар. Это мощный идеологический инструмент воздействия на психологию масс. Вот почему американскую киноэкспансию следует рассматривать не только как экспансию экономическую, но и как экспансию идеологическую.

В советской печати уже приводились слова Уилсона Дизарда из его работы о ЮСИА. Мы их повторим: «Продукция Голливуда путешествует по всему миру. Ее перевозят маршрутами реактивных самолетов и вьюками по горным тропам... Она призывает копировать ее подход к всевозможным проблемам и подражать ее стилю. Это как бы тот же «Голос Америки», только зримый».

Когда мы говорим о демократическом кино США, мы называем всего лишь несколько десятков фильмов. Но помимо них на экраны ежегодно выходят еще около двухсот фильмов, прославляющих «американский образ жизни». Против них-то и восстает прогрессивное общественное мнение в самых разных частях света.

Вот что заявил Люсьен Майн, кинематографист из Камеруна: «Лишенный африканского кинематографа, наш зритель буквально оглушен европейскими и американскими фильмами, поставляемыми филиалами могущественной МПЭА... В результате низкопробная кинопродукция способствует

деформации вековых привычек человека и его окружения».

В этом году цензурный комитет Малайзии наложил запрет на показ по телевидению Куала-Лум-лура свыше 120 гангстерских и порнографических лент, главным образом сделанных в США. Представитель этого комитета заявил, что пропаганда секса и насилия отрицательно сказывается на молодежи и подростках, способствует росту преступности и наркомании.

В опубликованной у нас в стране работе египтянина Камиля ат Тальмасани, в частности, говорится: «Американский фильм имеет огромное влияние на умонастроение зрителей, ибо американское кино не только важное орудие в идеологической борьбе, но и опасное, быть может, более опасное, чем мы думаем».

«Североамериканский империализм с помощью фондов, созданных международными монополиями, наводняет страну кино- и телепродукцией, отравляющей сознание и совесть народа антикоммунистической, реакционной идеологией, разжигает обскурантизм и политический конформизм,— говорится в заявлении комиссии по культуре ЦК КП Колумбии.— Кино и телевидение представляют не искусство, а большой бизнес, навязывающий нашему народу идеологические схемы, направленные на одичание и ожесточение людей, что должно помочь их дальнейшему закабалению».

Экспансия американского кино, подчинение национальных кинематографий целого ряда стран голливудским кинокомпаниям изменили само понятие «Голливуд». Теперь это уже не просто центр киноиндустрии США. Он все более и более становится междуне

родным центром кинопроизводства и проката, активным инструментом пропаганды чаще всего буржуазных, антигуманистических идеалов.



США - кинематограф 70-х, Голенпольский Т.Г., 1978



Курьер онлайн
Небеса обетованные онлайн
Суета сует онлайн