ВЕЩИ, СВОЙСТВА И ОТНОШЕНИЯ 8

что у вещи только1 одно качество, так как у нее может быть только одна специфика, выделяющая ее из всех других вещей. Точно так же разные вещи не могут обладать одинаковом качеством, так как в этом случае у них была бы одинаковая специфика и они стали бы одной и той же, вещью. Но авторы учебного пособия по диалектическому мате 37 риализму ссылаются на положение Ф. Энгельса о том, что «существуют не качества, а только вещи, обладающие качествами...» Из приведенной цитаты еще неясно, сколько у вещи качеств. Много вещей — много качеств* Это может быть и в том случае, когда каждая вещь обладает лишь по одному качеству. Однако цитата имеет продолжение: «...и притом бесконечно многими качествами. У двух различных вещей всегда имеются известные общие качества (по крайней мере, свойства телесности), другие качества отличаются между собою по степени, наконец, иные качества могут совершенно отсутствовать у одной из этих вещей» [5, стр. 184]* Из приведенного высказывания Энгельса следует, что одна и та же вещь может обладать многими качествами и разные вещи — одним и тем же качеством. Как же можно избавиться от этих противоречий? На наш взгляд, необходимо изменить определение понятия качества, причем так, чтобы не вызвать новых противоречий, в частности, с качественным пониманием вещи. Определим сначала более общее понятие свойства. Будем исходить из того, что нам дана некоторая совокупность, класс вещей. Тогда свойство определим как то, что обще всем вещам данного класса. Против этого определения можно возразить следующее. Общим классу вещей может быть не только свойство, но и вещь. Например, жабры это то, что обще всем рыбам. Но на самом деле это не общее. У разных рыб — разные жабры. Общим же для всех рыб является свойство обладания жабрами. Далее, приведенное определение как будто бы содержит круг. Ведь класс вещей образуется на том основании, что всем им присуще какое-то свойство. Следовательно, для того, чтобы определить свойство, нужно его знать заранее. Однако это было бы справедливым лишь в том случае, если бы свойство, определяемое нами, было ограничительным, т. е. таким свойством, которое присуще всем вещам данного класса и ни одной вещи какого-либо другого класса. Но определение свойства этого не предполагает. Мы берем любую совокупность объектов и выделяем в них общее. Например, мы можем взять совокупность таких вещей, как Московский Кремль, Солнечная система и написанное предложение «Завтра будет холодно», и выделить из них общее свойство:* 38 «состоять из отдельных пространственно разделенных, но тесно связанных друг с другом частей». Данная совокупность вещей не подбиралась заранее на основе этого свойства. И она не составляет объема понятия «вещи, обладающие указанным свойством», так как этим свойством может обладать, кроме данных, еще бесчисленное множество других вещей. В любой совокупности вещей всегда можно найти общие свойства. В одном и том же классе вещей можно найти много различных свойств и в разных классах — одно и то же свойство. Это значит, что класс вещей, хотя и определяет свойство, но не определяет его взаимно однозначно. Свойства в их отношении к вещам можно разбить на две группы. Свойства одной группы являются границей данной вещи, т. е. с исчезновением этого свойства данная вещь превращается в другую. Такие свойства назовем качествами вещи. Иными словами, качество это существенное свойство. Свойства другой группы не являются границами данной вещи. Их будем называть просто свойствами. Такое понимание качества вполне соответствует качественному пониманию вепги. Качество является границей вещей. Разные качества различают вещи. При этом различие между качеством вещи и просто свойством, которое проводится разобранными выше определениями этих понятий, сохраняется. Однако существенное различие заключается в том, что согласно только что приведенному определению качества, разделяя вещи, не являются вместе с тем их спецификой. Одно и то же качество может быть присуще различным вещам. И наоборот, одна и та же вещь обладает множеством различных качеств, каждое из которых отделяет ее от другой вещи. Поскольку этих других вещей бесчисленное множество, количество качеств данной вещи также бесконечно велико. Исчезает также противоречие между относительностью свойств и абсолютностью качеств. Поскольку качество само является свойством, оно, так же как и другие свойства, относительно, т. е. зависит не только от той вещи, качеством которой оно является, но и от других, связанных с ней вещей. Качество относительно еще и в другом смысле. То, что является качеством для одной вещи, может оказать- 39 с я просто свойством для другой, и наоборот. Например, для ученого умение рисовать может быть просто свойством, а для художника это качество. Поскольку качество представляет собой не целостную специфику вещи, а лишь ее отдельную сторону, оно воспринимается в отдельном ощущении. Таким образом разрешаются те противоречия, к которым приводит распространенное в нашей философской литературе определение качества. Несмотря на все различие между обычным определением качества и определением его как существенного свойства, одно можно рассматривать как частный случай другого. В самом деле, если всякое существенное свойство будет качеством, то и два существенных свойства, вместе взятые, образуют существенное свойство, т. е. качество. Точно так же качествами будут и комбинации из трех, четырех и т. д. качеств. Продолжая этот процесс, мы в конце концов получим такую совокупность качеств, которой будет достаточно для выделения данной вещи из множества всех других вещей. Эта совокупность будет представлять, таким образом, специфику вещи, т. е. будет качеством согласно обычному определению этого понятия. В таком случае качество будет представлять собой свойство, общее всем вещам класса, в состав которого входит только одна данная вещь. Таким образом, определение качества как существенного свойства является обобщением определения качества как специфики вещи. Стремление преодолеть разрыв между качеством и свойством в последнее время проявилось в ряде работ. Обычно это стремление связывается с идеей многокаче- ственности вещи [44; 50, стр. 201—203; 39; 99; 102]. Р. Гропп в своем кратком очерке диалектического материализма определяет качество как особое свойство вещи, как то, чем она по своей особой сущности отличается от других [36, стр. 76]. При этом говорится не о житейском, а именно о философском смысле этого слова Правда, определение Р. Гроппа половинчатое. В согласии с обычным определением он считает, что разные вещи не могут обладать одним качеством, но важно уже то, что понятие свойства указывается как родовое по отношению к понятию качества. 40 Сторонники обычного понимания соотношения между свойством и качеством выступают против их сближения. В связи с этим интересна статья Н. Ф. Овчинникова, написанная в форме диалога между автором, разделяющим ортодоксальную точку зрения, и читателем, рассматривающим качество как существенное свойство [81, стр. 127—139]. Поскольку «читатель» придерживается нашего определения качества, рассмотрим статью Н. Ф. Овчинникова более подробно. Автор правильно связывает определение свойства с определением вещи. Однако как при этом понимается вещь? Читатель первоначально стоит на наивной точке зрения пространственного понимания. «Что такое вещь, это само собой понятно. Вещи есть все то, что можно потрогать, осязать; словом, вещь — это материальный предмет». Затем он переходит к качественному пониманию: «вещь — это нечто целое, некоторая устойчивая совокупность свойств или качеств». Наконец, в результате разъяснений автор говорит: «Теперь стало ясно, что вещь — это относительно устойчивый, сохраняющийся в пространстве и времени материальный предмет, обладающий определенной структурой». Фактически это возврат к отождествлению вещи с телом, ибо как же иначе можно понимать сохраняемость в пространстве и времени? Но в таком случае, как уже отмечалось, понятие вещи исключает определение качества как «внутренней определенности, тождественной с ее бытием». В статье Н. Ф, Овчинникова это противоречие проявляется особенно наглядно. Два разных атома, хотя бы и одного химического элемента,— различные сохраняющиеся в пространстве и времени предметы. У них разное место в пространстве и может быть разное время существовав ния; По вышеприведенному определению, это различные вещи. Следовательно, согласно определению качества как тождественной с бытием определенности у них разные качества. И в то же время, пишет автор, категория качества предполагает, что к данному качеству относятся все атомы данного химического элемента, или все виды данного химического соединения, или все особи данного биологического вида и т. д. [81, стр. 134]. Однако автор не может отказаться от пространственного и встать на позиции качественного понимания вещи, 41 ибо в таком случае исчезает различие между качеством и вещью. Автор определяет свойство как принадлежность вещи и подчеркивает связь свойств со структурой. Но разве структура вещи — не ее принадлежность и тем самым не ее свойство? Далее, качество тоже очевидно принадлежит вещи и, следовательно, является во всяком случае какой-то разновидностью свойства. В конце статьи автор в какой-то мере это признает, делая значительную уступку пониманию качества как существенного свойства: «Каждая конкретная структура, однако, имеет множество свойств. Это множество свойств группируется вокруг устойчивого целостного единства — определенного качества. Причем этим определенным качеством может быть и какое-либо свойство вещи, например, цвет тела» (курсив мой.— А. У.). Однако тут же подчеркивается отличие качества от свойства. Качество может быть присуще не только вещам, но и свойствам и отношениям. Свойства же относятся только к вещам; но в статье не доказывается, почему они не могут быть присущи также свойствам и отношениям. Остается только удивляться уступчивости читателя, который в конце статьи говорит: «Размышляя над вашей точкой зрения, я пока могу сказать, что, возможно, и следует отличать качество от свойства» (очевидно, существенного, ибо отличие качества от несущественного свойства было ясно с самого начала). Однако и автор в свою очередь вынужден согласиться с тем, что «качество и свойство — связанные друг с другом вещи, и порой очень трудно провести между ними различие». 2. ОБЪЕКТИВНОСТЬ СВОЙСТВ Как уже отмечалось выше, для обоснования идеалистического решения основного вопроса философии идеалисты могут использовать и пространственное и качественное понимание вещи. Для субъективного идеализма характерным при этом является отождествление свойств с ощущениями и тем самым отрицание объективного характера свойств. «В